Тайна нечистой силы - Фиона Келли

— Ты хочешь внушить мне, что глубокоуважаемый специалист Чарльз Хенли Джоунс мог вырвать страницу из архивного документа, чтобы скрыть надувательство?

— Вот именно, — ответила Белинда.

Мистер Хейес изо всей силы старался сдерживаться. Не успел он переступить порог дома, как Белинда насела на него со своими домыслами.

— Может быть, ты думаешь, что и пожар в церкви тоже устроил он, чтоб уничтожить регистрационные книги?

— Не исключено. Но у меня нет доказательств.

— А доказательство, что он вырвал страницу, есть?

— Тоже нет.

— А что же есть?! — Мистер Хейес терял терпение.

— У меня есть доказательство того, что он сочинил завещание.

— Какое завещание?

— Завещание, которое подтверждает связь с именем сэра Хетерингтона Хейеса.

Мистер Хейес порылся в бумагах, которые принес ему мистер Хенли Джоунс, и вытащил фотокопию.

— Оно?

— Да. Но это фальшивка. Его не существует в природе. Я проверила.

— Сама проверила?

— Сама. И миссис Тэйлор.

Белинда протянула отцу конверт как главное вещественное доказательство. В нем было письмо миссис Тэйлор о том, что данный документ не был обнаружен.

— Кто такая миссис Тэйлор?

— Заведующая этим отделом архива.

Мистер Хейес разорвал конверт и прочитал письмо. Лицо его помрачнело, как небо перед грозой.

— Мне бы только добраться до этого Чарльза Хенли Джоунса, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Я ему покажу, где раки зимуют.

Мистеру Хейесу не пришлось долго ждать. Он еще не дочитал письмо, как раздался звонок в дверь. В кабинет заглянула миссис Хейес.

— К тебе пришел мистер Хенли Джоунс.

Специалист по родословным держался еще самоувереннее, чем прежде. У него под мышкой был большой плоский конверт.

— Мистер Хейес, — заулыбался он, — я заскочил отдать вам это. — Он протянул пакет.

Мистер Хейес молчал. Его как будто оглушили. Он машинально вскрыл пакет. В нем был рисунок родословного древа Хейесов. Тот самый, что Белинда видела в Джеймса Хопкирка. Только теперь он красовался в золоченой раме.

— Я знаю, — говорил мистер Хенли Джоунс, — что многим нравится, когда стену украшает генеалогическое древо. Особенно если его корни столь благородны.

Мистер Хейес уставился на картинку невидящим взглядом. Белинда чувствовала, что вот — вот взорвется.

— Вы думаете, я идиот?! — проревел он.

Мистер Хенли Джоунс окаменел.

— Я не совсем вас понял.

— Это не родословное древо, а липа.

— И все же я не понимаю, что вы имеете в виду, — спокойно ответил мистер Хенли Джоунс. И Белинда вынуждена была признать, что он прекрасный актер.

Мистер Хейес швырнул на стол письмо миссис Тэйлор.

— Нате, читайте.

По мере того как изыскатель семейных хроник читал письмо, улыбка на его лице становилась все шире и увереннее.

— Вас что — то веселит? — решил подколоть его мистер Хейес.

— Ну разумеется. Сама миссис Тэйлор, — он почти заливался смехом. — Она очень старательная дама, но она не машина. И она не виновата, что не может со всем управиться.

Первое зернышко сомнения было заброшено.

— Вы хотите сказать, что здесь какая — то ошибка?

— Не сомневаюсь. Просто она искала в другом месте.

— Значит, завещание существует? — спросил мистер Хейес.

— А как же иначе, — продолжал улыбаться специалист. — Вы собственными глазами видели фотокопию. Помните?

— Подделку, — вставила Белинда.

Мистер Хенли Джоунс медленно повернулся к ней. Он был само терпение.

— Имеете ли вы хоть малейшее представление, юная леди, насколько трудно было бы подделать такой старинный документ?

Теперь засомневалась и Белинда. Она вспомнила, что Джеймс Хопкирк говорил то же самое.

Мистер Хенли Джоунс взглянул на часы.

— Мне очень жаль, но я должен идти. Вообще — то есть простой способ прояснить все. Мы вместе сходим в архив, и я найду это завещание специально для вас. Согласны?

— Да. Хорошо бы, — вздохнул мистер Хейес.

— Прекрасно. Несколько дней меня не будет в городе. В среду вас устроит?

— Отлично, — кивнул мистер Хейес. — Я провожу вас.

— До свидания, юная леди, — добродушнейшим голосом сказал мистер Хенли Джоунс, заморозив Белинду ледяным взглядом.

Когда мистер Хейес вернулся в кабинет, его взгляд тоже был ледяным.

— Лучше бы ты оказалась права. Иначе я никогда тебе этого не прощу.

Белинда старалась держаться уверенно, но внутри у нее все дрожало.

А ее подруга Трейси в бассейне дрожала от холода. Она проплавала слишком долго и, когда вышла, в душевой уже не было горячей воды. Она бежала в раздевалку растереться и согреться чашечкой горячего шоколада. Полотенце было намотано на голову, и она едва расслышала, как к ней кто — то обратился: