Осторожно, блондинка! - Ирина Хрусталева

– Какой мужчина? – принял стойку сыскной собаки Владимир.

– Какой, какой, обыкновенный. В шляпе с большим козырьком.

– Без пальца? – тут же влезла в разговор Лариса.

– Про пальцы сказать ничего не могу, не видал. А вот что ругались с Виктором, это точно слышал. Слов, конечно, передать не могу, не понял ничего, у меня в слуховом аппарате батарейки сели. Даже грохот слышал, похоже, подрались они.

Лариса и Виктор переглянулись.

– А Виктор ему сам дверь открыл? – поинтересовался Владимир.

– Вот чего не видал, того не видал, – развел старик руками. – Я был на балконе, а когда в комнату вошел, тогда шум и услыхал.

– А, стоя на балконе, не видели, кто в подъезд входил?

– Нет, не мог я видеть. У меня балкон на другую сторону выходит, аккурат на проезжую часть. Нет, не мог видеть. Вот когда уходил мужил в кепке, я уже у двери дежурил и в глазок его рассмотрел. Правда, зрение уже у меня не то, но пока без очков обхожусь, только когда газетку почитать захочу, тогда надеваю.

– Ну а что вы еще можете сказать про того мужчину? Какой он?

– Какой? Да вроде обыкновенный, сейчас таких много. Высокий, худой, в шляпе, ее еще футболкой называют.

– Бейсболкой, – поправила Лариса.

– Во-во, так и называют, точно, дочка, ты приметила.

– Не густо, – вздохнул Владимир. – Что делать-то будем? – обратился сыщик к Ларисе.

– Откуда я знаю? Наверное, нужно в милицию сообщить, только затаскают ведь. Пока докажешь, что ты не верблюд, успеешь на пенсию выйти, а у меня всего два дня осталось.

– Оставлять все, как есть, тоже нельзя, – возразил Владимир.

– Это я и без тебя прекрасно понимаю, не глупая, – окрысилась Лариса. Она повернулась к старику и, сложив ручки, взмолилась: – Родион Павлович, миленький, может, вы сами в милицию позвоните и скажете, что вашего соседа убили? Понимаете, если мы это сделаем, нас же затаскают, а вы – сосед, человек пожилой, что с вас взять. Ну допросят пару раз и все. Вы им все про того мужчину расскажете, и от вас отвяжутся. Сами понимаете, мы-то здесь совершенно ни при чем. Пришли и сразу на труп наткнулись.

– А Витю что же, взаправду убили? – с любопытством зашептал старик.

– Похоже на то, – кивнула девушка.

Родион Павлович задумался, а потом, прищурив глазки, спросил:

– А ежели на меня повесят?

– Кого? – не поняла Лариса.

– Кого, кого? Труп соседский, кого же еще? – со значением произнес старик.

Лариса не выдержала и рассмеялась.

– Родион Павлович, хороший мой, вам сколько лет?

– В этом годе восемьдесят шесть стукнет, – гордо вскинув голову, ответил Родион Павлович.

– Никто на вас никого вешать не будет, успокойтесь. Вы по возрасту на роль убийцы не тянете.

– Это почемуй-то? Я еще очень даже крепкий.

– Родион Павлович, я в этом не сомневаюсь. Просто сейчас речь о другом. Вы согласны нам помочь и не говорить, что видели нас здесь? Вы же понимаете, что это не мы сделали? Просто очень не хочется иметь дело с милицией.

– Ступайте, только в милицию сами звоните. Я уже говорил, что у меня аппарат на ухе, что по телефону говорят, ничего не понимаю.

– Спасибо, миленький, – взвизгнула девушка и повисла у старика на шее.

Владимир тем временем подошел к телефону, и только было хотел набрать 02, как тут же отдернул руку.

– Я совсем идиот, ведь в одну секунду вычислят, откуда звонок. Поймут по голосу, что не сам старик у телефона, и расколют его в одну минуту. Нужно из автомата позвонить. – Он повернулся к Ларисе: – Все, пошли отсюда, звонить буду из автомата. А еще лучше, если вы, Родион Павлович, когда мы уйдем, постучите к соседям, поднимете панику. Расскажите, что пошли к соседу, ну за спичками, например, или за солью, а его дверь открыта, а сам он в ванной комнате на полу с перерезанным горлом.

– А он с перерезанным? – испуганно прошептал старик.

Владимир посмотрел на его побледневшее лицо и сразу же пожалел о своих словах.

– Да, к сожалению, – пришлось ему подтвердить свое страшное сообщение.

– Нет, никуда я не пойду и ничего делать не буду, – засуетился старик. – Вы уж сами, что хотите, то и делайте, а я ничего не видел и ничегошеньки не знаю. Вот вам мой ответ, – торопливо говорил Родион Павлович, бегая по комнате. – Ох, это же надо было мне, дураку старому, дверь вам открыть. Идите с богом, дайте последние денечки прожить спокойно. Самому помирать уж скоро, а я буду здесь с мертвецами возиться. Ох, грехи мои тяжкие, – не унимался старик. – Ступайте, вам говорят, я вас не видел и ничего не знаю! – И он торопливо распахнул дверь, давая понять, что аудиенция закончена.

Лариса с Владимиром выскочили за дверь и решили, что старик прав, нужно оставить все, как есть. Придет время, и милицию кто-нибудь вызовет. Они бегом добежали до машины, и Владимир резко нажал на газ…

– Вот влипли, – покачала Лариса головой. – Что теперь делать?

– Не знаю, – зло буркнул Владимир. – Мне уже, если честно, надоело все это. Сутки уже нет от тебя покоя, а лишь сплошные трупы!

– А я-то здесь при чем? – удивленно заметила Лариса. – Я, что ли, эти трупы делаю трупами?

– Одного вроде сделала, только он понял, с кем имеет дело, и сбежал, – уже почти миролюбиво проговорил Владимир и улыбнулся. – И откуда ты такая взялась?

– Оттуда, откуда и все, – парировала девушка.

– Куда едем-то? Мне, между прочим, по делам нужно, – строго напомнил детектив.

Лариса тяжело вздохнула.

– Отвези меня домой и можешь уезжать на все четыре стороны. Не волнуйся, больше я тебя беспокоить не буду. Завтра с утра пораньше поеду к отцу и все ему расскажу. Мне больше деваться некуда. Денег я таких никогда сама не достану, а ждать, пока меня прихлопнут в своей собственной квартире, я не намерена. Тем более, даже не узнаю за что. Пусть отец сам со всем этим разбирается.

– Тебя же предупредили, чтобы ты этого не делала?

– Ну и предупредили, ну и что? А что прикажешь делать? Ты помогать мне не хочешь, у тебя, видишь ли, своих дел по горло. А я, между прочим, хотела тебя нанять…

– Куда нанять?

– Как это куда? Ты детектив или не детектив?

– Ну, детектив.

– Сотрудник агентства «Холмс»?

– Хозяин.

– Тем более. Значит, если бы я пришла в твое агентство и наняла тебя как частного детектива, ты бы взялся за мое дело?

– Ну не знаю, навряд ли. Я сам уже давно никакими делами практически не занимаюсь, только в исключительных случаях, – осторожно ответил Владимир.