Семь дней - Деон Мейер

Эксперты Толстый и Тонкий собирали оборудование.

— Привет, Бенни! — окликнул его Арнольд, толстый коротышка.

— Ну все, теперь мы можем выдохнуть, — подхватил высокий и тощий Джимми.

— «Ястреб» приземлился, — сказал Арнольд.

— Здрасте, — поздоровался Гриссел.

— «Здрасте»? — передразнил его Арнольд. — С каких пор? Раньше ты не так к нам обращался! Раньше сразу посылал далеко и надолго. Неужели «Ястребы» не ругаются?

— Не ценят там традиции. Вот в чем беда с нашими элитными подразделениями.

Гриссел вздохнул:

— Вы Мбали видели?

— Нашего мощного «Ястреба», — хихикнул Арнольд.

— Falcus Giganticus, — ухмыльнулся Джимми.

— А Бенни у нас — поющий ястреб-тетеревятник, — вдруг обрадовался Арнольд. — Я слышал, ты обзавелся своей рок-группой…

— Да пошел ты! — против воли вырвалось у Гриссела.

— Так-то лучше, — ухмыльнулся Арнольд. — Только, ты уж извини, такое название уже есть у другой группы: «Да пошли вы, полицейские» называется. Но и «Пошли вы, „Ястребы“» тоже сойдет…

— Мбали, — напомнил Гриссел, потому что злиться на двух клоунов было невозможно.

— Улетела, — ответил Джимми. — Вернулась на место преступления в Клермонт.

— Бенни, она тебе уже рассказала?

— Что?

— Что с ней случилось в Амстердаме?

— По-моему, кто-то попытался снять ее в «квартале красных фонарей», а она его прикончила, — ответил Джимми.

— Так, Бенни?

— Я ястреб, а не крыса, — бросил Гриссел, направляясь к воротам.

Снайпер отправил послание без семи четыре, но спешка и неуверенность отняли у него удовольствие. И за компьютером не сиделось. Он достал из выдвижного ящика стола ключи от «чаны», быстро вышел в кухню и открыл внутреннюю дверь, ведущую в гараж. Немного постоял на пороге, уговаривая себя не спешить.

Именно этого он сейчас себе позволить не может. Одна ошибка. Достаточно всего одной ошибки. Он должен взять себя в руки. Придется хорошенько обдумать свой следующий шаг. Каждая минута, проведенная на дороге в «чане», представляла собой риск.

Он задумался, стараясь успокоиться. У него нет другого выхода. Придется ехать. Сдать экзамен.

Он медленно закрыл за собой дверь, сел в машину. Посмотрел назад. Все на месте. Он завел мотор. Нажал кнопку на пульте, открывая ворота гаража.

Выехал на шоссе N7, в сторону Мелкбосстранда, потом повернул на М19 к востоку, откуда начиналась старая Атлантическая дорога. Он искал подходящее место и нашел его в пяти километрах от поворота — там гравийная дорога отходила влево и пересекала железнодорожные пути. Он свернул, увидел возможную цель, метрах в ста от него. Эвкалипт шаровидный с толстым стволом, местами кора отходила клочьями.

Он остановился, заглушил мотор. Почувствовал, как свело шею от напряжения. Казалось, внутри у него все переворачивается. Почему он никак не может перестать волноваться?

Потому что он уже два раза промахнулся. Вот что злило его и лишало всякого удовольствия. Он все замечательно спланировал, но такого не предвидел.

Он приказал себе: «Успокойся! Решай задачу». Он ждал. Смотрел. Слушал. Наконец перелез через сиденье, опустил матерчатую шторку, достал винтовку и чуть сдвинул боковую панель.

Прицелился в дерево. Насколько все легче, когда цель неживая! Он выстрелил. Посмотрел в прицел. Превосходно! Насколько все легче, когда цель не движется!

Значит, проблема не в винтовке. Проблема в нем.