Пейзаж с ивами - Роберт ван Гулик

Лекарь испуганно вскинул глаза:

– Служанка повела меня в спальные покои. Она обрадовалась моему приходу, потому что незадолго до этого принесла хозяйке чай, но, постучавшись, не получила ответа, а дверь была заперта изнутри. Если госпожа И затворялась, это всегда означало, что она плохо спала и чувствует себя неважно. Я пообещал Кассии дать хозяйке успокоительное, потом, в свою очередь, постучался и крикнул, что это я пришел ее проведать. Госпожа И не отзывалась ни на какие уговоры, и в конце концов я испугался, что ночью ей стало дурно и бедная женщина нуждается в помощи. Тут уж я попросил Кассию позвать своего сына, и он топором выбил замок. – доктор подергал узкую бородку и покачал головой. – Госпожа И висела на потолочной балке, мой господин. Мы немедленно перерезали веревку, но тело уже остыло и окоченело. Видимо, госпожа И подвинула на середину комнаты туалетный столик, а так как рядом лежал перевернутый стул, я решил, что она поставила его наверх, забралась сама, накинула на шею петлю и оттолкнулась ногой. Кроме того, я обнаружил, что у госпожи И сломаны шейные позвонки, а значит, смерть наступила мгновенно. Как домашний лекарь, мой господин, я бы осмелился сделать заключение, что это самоубийство на почве временного помрачения рассудка.

– Спасибо. А теперь ступайте – судебный лекарь, вероятно, захочет задать вам несколько вопросов.

Доктор Лю ушел, и судья Ди обратил взгляд к своим подчиненным:

– Пока они там работают, давайте еще раз осмотрим дом. Сначала галерею. Вдруг при дневном свете мы сумеем обнаружить улики, ускользнувшие от наших глаз вчера вечером. Где этот привратник? – Он хлопнул в ладоши, но никого не дождался. – Что ж, думаю, я и сам найду дорогу!

Судья повел спутников в пустынные коридоры и, немного поплутав, отыскал лестницу на галерею. Он вошел первым и, увидев, что все бамбуковые занавески опущены, повернул голову к Tao Ганю:

– Пожалуйста, подними эти…

Судью прервал удивленный возглас Ма Жуна. Гигант стоял как вкопанный, ошеломленно разглядывая галерею.

– Что с тобой? – сердито поинтересовался судья Ди.

– Это же то самое место, что я видел в волшебном фонаре Юаня! – воскликнул Ма Жун. – Сцена, где человек в черном бьет женщину! – Он возбужденно ткнул пальцем в сторону павильона. – Только скамья стояла там в середине. Женщина лежала на ней лицом вниз и…

– О чем это ты? – изумленно спросил судья Ди. – Кто такой Юань?

Ма Жун снял шлем и смущенно почесал голову.

– Это любопытная история… – начал он.

– В таком случае сядем, – перебил судья Ди. – Но прежде всего подними занавески, Tao Гань. Мне не нравится этот застоявшийся воздух.

Они устроились на скамье, и Ма Жун подробно рассказал о кукольнике с его волшебным фонарем.

– Потом Юань показал мне вторую сцену – дом на берегу. Я видел только ее часть, поскольку свеча в ящике потухла, а вчера вечером, когда стоял на мосту, было слишком темно, чтобы ясно разглядеть жилище Ху. Но теперь я узнал и его. – Он махнул рукой. – Как ни странно, именно этот дом Юань показал мне на второй картинке!

Судья поглядел в окно, задумчиво теребя усы.

– Это может означать только одно, – сурово проговорил он. – Юань знает о том, что на этой галерее шесть лет назад И до смерти засек рабыню, а Ху замешан в этом гнусном преступлении. А так как Бирюза говорила вам, что отец состоял на службе у Ху, Юань, наверное, мог видеть все собственными глазами. Ты должен разыскать этого кукольника, Ма! Мне совершенно необходимо с ним поговорить!

– Я приложу всё усердие, мой господин! —с довольной улыбкой пообещал тайвэй.

Судья встал:

– Я бы хотел, чтобы вы с Чао Таем взглянули на балкон и сказали, прав ли я, полагая, что забраться на него мог только человек сильный и гибкий… два друга отправились выполнять поручение, а судья Ди с Tao Ганем принялись расхаживать по галерее, обсуждая рассказ.

Наконец Ма Жун и Чао Тай, немного поспорив, подошли к судье.

– Вскарабкаться по одной из этих колонн не так уж и трудно, мой господин, – объявил Чао Тай. – А вот залезть на выступ под балконом гораздо сложнее. Заметьте, этот выступ поднимается над колонной примерно на чи, а от него до перил – добрых три чи, и ухватиться не за что. Да, чтобы проникнуть в дом таким способом, нужны силы и умение. Охотнику, привыкшему взбираться на любые деревья, это бы удалось, но он должен быть довольно рослым.

– Ху невысок, – покачал головой судья Ди, – но я заметил, что у него длинные, как у обезьяны, руки. Поэтому…

Tao Гань потянул его за рукав.

– Вчера я кое-что пропустил! – грустно заметил тот, указав на обшивку стены.

Одна из деревянных панелей, как раз у самой скамьи, слегка отошла.

– А ведь это даже не потайная дверь, – продолжал сокрушаться Tao Гань. – У нее самая обыкновенная ручка. Но все эти панели совершенно одинаковы, а так как освещение было никуда не годным…

– Ничего, – успокоил его судья. – давайте заглянем внутрь!

За дверью была маленькая комнатка без окон. В спертом воздухе застоялся запах румян и благовоний. Большую часть пространства занимал туалетный столик с большим круглым зеркалом из полированного серебра. Кроме того, здесь стояли табурет и две высокие вешалки. В дальней стене виднелась еще одна дверь.

Судья выдвинул ящики туалетного столика – пусто. Но в щели на дне самого последнего что-то застряло. Ди, ковырнув ногтем, извлек на свет маленький красный камешек.

– Так-так, – довольно усмехнулся он, – вы только посмотрите! Эта девушка, Порфир, видимо, очень спешила! Вот камень от второй серьги. – Судья положил добычу в карман. – А теперь посмотрим, куда ведет дверь.

Ма Жун открыл ее и обнаружил крутую, узкую лестницу. Последняя вела к длинному коридору без окон. Добравшись до его конца, спутники попали во двор перед домом.

– И пользовался этим коридором, как самым коротким и удобным путем в галерею, – догадался Tao Гань. – Таким образом, он мог водить к себе сомнительных гостей незаметно для слуг.

– А в душном закутке женщины переодевались, точнее – снимали одежду, – добавил Ма Жун.

Судья Ди, казалось, ничего не слышал. Глаза его неотступно следили за юным привратником, идущим по двору с ведром и метлой. При виде высоких гостей он неуклюже поклонился и удрал. Судья повернулся к Tao Ганю.

– Этот юноша тебе никого не напоминает? – спросил он.

Tao Гань растерянно покачал головой.

– Он похож на господина Ху, – объявил Ди. – Вот почему, когда мы пришли в Ивовый дом, лицо хозяина показалось мне знакомым. Теперь, увидев мальчика при ярком дневном свете, я в этом совершенно уверен. Вы сами упоминали о свободных нравах «старой знати», Tao Гань. Этот юнец – внебрачный сын Ху! Так вот что, помимо ненависти к И, заставило Кассию попытаться запутать дело! Именно она, обнаружив труп хозяина на галерее, начисто вытерла подоконник, чтобы скрыть следы пребывания Ху!