Антитела - Кевин Андерсон

Малдер подошел к секретарю и предъявил свое удостоверение.

— Агент Фокс Малдер, Федеральное бюро расследований, — представился он. — Нам нужен доктор Хагарт.

— Вам назначено? — Слова Малдера не сразу достигли ее сознания, но потом женщина моргнула и встрепенулась. — Как вы сказали? ФБР?

— Мы хотим поговорить с ним собаке, которую доктор лечил два дня назад, — вмешалась Скалли. — Он отправил образец ее крови в центр регистрации заболеваний.

— Доктор Хагарт примет вас сразу, как только освободится. Кажется, он сейчас проводит операцию по удалению яичников, — отозвалась женщина. — Может быть, пройдете в его кабинет? Малдер вежливо шаркнул ножкой:

— С вашего позволения, мы подождем его здесь.

Сорок пять минут спустя, когда голова Скалли уже начинала гудеть от визга и завываний страждущих животных, на пороге комнаты появился пожилой ветеринар. Его глаза растерянно, но с любопытством моргали под кустистыми бровями. Выявить среди посетителей агентов ФБР было совсем нетрудно.

— Прошу в мой кабинет, — сказал он и, проводив Малдера и Скалли в маленькую процедурную, закрыл за собой дверь.

Середину комнаты занимал большой стол из нержавеющей стали, в воздухе висел неистребимый запах мокрой шерсти и дезинфицирующих средств. Из-за стеклянных дверец шкафов поблескивали термометры, шприцы и иглы для лечения бешенства, собачьей чумки и изгнания солитера.

— Откровенно говоря, я впервые имею дело с ФБР, — произнес Хагарт тихим спокойным голосом, в котором тем не менее угадывалось беспокойство. — Чем могу служить?

— Вчера вы направили в ЦРЗ образчик крови вашего пациента, черного Лабрадора, — ответила Скалли. — Мы хотим задать вам несколько вопросов.

Малдер вынул из кармана фотографию Вейдера, найденную в разгромленном доме Кеннесси.

— Взгляните, доктор, — сказал он. — Та ли это собака, которую вы лечили?

— Опознать животное по такой фотографии практически невозможно, — заметил ветеринар, удивленно вскинув брови. — Впрочем, размеры и возраст соответствуют. Вполне вероятно, это и есть то самое животное. — Он моргнул. — А что, тут замешано какое-то преступление? При чем здесь ФБР?

Скалли показала ему снимки Патриции и Джоди Кеннесси.

— Мы ищем этих людей, и у нас есть основания полагать, что они и есть хозяева пса. Доктор покачал головой и пожал плечами:

— Нет, собаку привезли другие люди. Ее сбил автомобиль, на котором ехала семья туристов. Мужчина хотел только одного — побыстрее выбраться отсюда. На заднем сиденье фургона хныкали дети. Была поздняя ночь. И все же я оказал псу помощь, хотя и не видел в этом особого смысла. — Он еще раз качнул головой. — Когда животное умирает, это видно невооруженным глазом. Ошибки быть не может. Но этот пес… с ним произошла странная вещь.

— Странная? В каком смысле? — спросила Скалли.

— Он получил тяжелейшие повреждения, — ответил ветеринар. — Глубокие раны, сломанные ребра, таз и позвоночник, разрывы внутренних органов. Я был уверен, что он умрет, к тому же пес, вероятно, страдал от сильнейшей боли. — Доктор рассеянно провел ладонью по только что вымытому столу, оставляя на нем следы пальцев. — Я перебинтовал его, но надежды не было. Пса лихорадило, у него была такая высокая температура, какой я не видывал в жизни. Именно поэтому я взял образец крови. То, что я обнаружил, поставило меня в тупик.

Брови Малдера дрогнули. Скалли посмотрела на напарника, потом вновь перевела взгляд на старика и сказала:

— Мне казалось, после столкновения с автомобилем температура тела должна была упасть. Особенно если пес был в шоке и начинал впадать в состояние комы.

Доктор медленно кивнул головой:

— Совершенно верно. Это-то меня и озадачило. Я подумал, что пес был болен еще до происшествия на дороге. Может быть, именно поэтому он растерялся и попал под машину. — На лице Хагарта появилась беспокойная, почти тревожная мина. — Когда я увидел, что пес безнадежен, я усыпил его, введя пентабарбитал натрия. Десять кубиков, с явным избытком для собаки такой массы. В таких случаях остается лишь одно — избавить животное от страданий… а этот пес очень страдал.

— Нельзя ли взглянуть на труп? — спросила Скалли.

— Нет, — сказал ветеринар и отвернулся. — Боюсь, это невозможно.

— Почему? — осведомился Малдер. Хагарт глянул на агентов из-под серых кустистых бровей и вновь принялся рассматривать свои тщательно вымытые пальцы.

— Я отправился в лабораторию, приступил к анализу крови, и в этот миг в операционной поднялся переполох. Вернувшись туда, я увидел, как Лабрадор спрыгнул со стола. Между тем я готов поклясться, что у него были сломаны лапы и расплющена грудная клетка.

Скалли откинулась на спинку кресла, недоверчиво внимая словам ветеринара.

— Вы осмотрели пса?

— Нет, не смог. — Хагарт покачал головой. — Я попытался его поймать, но он облаял меня и бросился к двери. Я побежал следом, но этот черный дьявол скрылся в ночи с резвостью щенка.

Скалли увидела, как брови Малдера поползли вверх. Ветеринар нервным жестом пригладил волосы. Похоже, воспоминания о минувших событиях выбили старика из колеи.

— Кажется, я видел тень, скрывшуюся среди деревьев, но сказать наверняка не могу, — продолжал он. — Я покликал пса, но он, по-видимому, прекрасно знал, куда направляется.

— Вы утверждаете, будто бы животное, сбитое машиной и получившее смертельную дозу яда… каким-то образом сумело спрыгнуть с вашего операционного стола и выбежало в дверь? — ошеломленно спросила Скалли.

— Подумать только, какая живучесть, — заметил Малдер.

— Послушайте, — заговорил ветеринар. — Я не в силах объяснить случившееся. Я несколько часов бродил по лесу, по улицам, заглядывал во дворы, обшарил автостоянку неподалеку отсюда в надежде обнаружить тело, но… ничего не нашел. В газетах и по радио также ничего не сообщали. Мои соседи любят поболтать о загадочных происшествиях подобного толка, но и они молчат. Скалли перевела разговор в другое русло.

— Сохранился ли у вас образец крови собаки? — спросила она. — Вы можете нам его показать?

— Разумеется, — с готовностью отозвался доктор, довольный тем, что ему предоставили возможность подтвердить свои слова, и пригласил агентов в маленькую лабораторию, где проводились простейшие анализы крови и выделений животных. На столе под лампами дневного света стоял массивный стереоскопический микроскоп.

Хагарт вынул из ящичка предметное стекло, под покровной пластинкой которого виднелся высохший и уже побуревший мазок крови. Поместив стекло под объектив, он включил лампу нижней подсветки и, отступив в сторону, жестом предложил Скалли посмотреть в окуляр.

— Когда я впервые его рассматривал, — сказал ветеринар, — в крови кишели крохотные серебристые крупинки. До сих пор я не встречал ничего подобного, хотя за долгие годы практической работы мне доводилось сталкиваться с самыми разнообразными паразитами, обитающими в крови животных. Нематоды, амебы, всевозможные микроорганизмы… но эти частицы — нечто невиданное. Поэтому я отправил образец в ЦРЗ.