Просроченное убийство - Миранда Джеймс

– Джулия, все будет в порядке, – сказал я, искренне желая и сам в это поверить.

Она уронила руки на колени; лицо ее блестело от слез.

– Господи, что же с нами будет?

– Они не арестуют Джастина, – успокоил я Джулию, мысленно добавив: «По крайней мере, не сегодня».

– Пожалуйста, только не это. – Джулия забилась в кресло. Сейчас она выглядела куда старше своих пятидесяти. – Эзра с ума сойдет, когда обо всем узнает.

– Но тебе придется ему рассказать, – пробормотал я, и Джулия кивнула. – Кстати говоря, у меня есть вопрос по поводу Эзры.

В глазах Джулии мелькнула тревога.

– Ты же весь день была с ним в больнице? Пока я не позвонил и не попросил забрать Джастина? – Я внимательно следил за выражением ее лица.

Джулия на секунду отвела взгляд.

– Да, именно так.

– И Эзра тоже все время был в больнице?

Джулия удивленно выпрямилась.

– Ну конечно! А почему ты спрашиваешь? – нахмурилась она. – Эзра не убивал Годфри. Можешь сразу выкинуть эту глупую мысль из головы.

Джулия снова начала на меня злиться, но я не собирался отступать.

– Хорошо, – покладисто ответил я. – Но тогда позволь задать тебе еще один вопрос.

Мне самому категорически не нравился этот разговор, но Джулия определенно лукавила, когда сказала, что до самого вечера неотлучно сидела возле мужа.

– Ну так задавай, – с вызовом произнесла она.

– Что ответит Эзра, если я спрошу, где ты была весь день?

– А что он может ответить? – сощурилась Джулия. – Разумеется, скажет, что я была с ним.

– Тогда один из вас соврет, – проговорил я так мягко, как мог. – Джулия, я знаю, что либо ты, либо Эзра сегодня приходили в отель к Годфри, – и замолчал, давая ей время обдумать мои слова.

Джулия побледнела, а я понял, что попал в точку. Правда, меня это нисколько не обрадовало.

– Откуда? – спросила она, едва размыкая губы.

– Когда Джастин обнаружил в номере мертвого Годфри, он также нашел там вещь, которая принадлежит Эзре.

– Боже мой, – Джулия осунулась, разом растеряв весь запал. – Джастин собирается отдать эту вещь – что бы то ни было – помощникам шерифа?

– Нет, я попросил его пока не делать этого, – сказал я. – Он очень переживает, но хотел для начала выяснить, кто оставил ее в номере. Ты не говорила сыну, что приходила к Годфри?

– Не говорила, – покачала головой Джулия. – А надо было.

– Мне тоже не помешает знать всю правду, если хочешь, чтобы я ему помог.

– Да, я понимаю. Больше ничего не буду от тебя скрывать, – твердо сказала она.

– Тогда у меня еще два вопроса. Во-первых, кто из вас ходил в отель? Во-вторых, когда это случилось?

Джулия снова откинулась на спинку кресла.

– Я ходила. Эзра не покидал больницу. А что я там оставила?

– Ручку, которую Джастин подарил Эзре.

– Конечно. И чем я только думала? Годфри хотел подписать для меня чек, но у него не было ручки. У меня в сумке лежали вещи Эзры. Я дала ему ручку и потом про нее забыла.

– Годфри был жив, когда ты уходила? – я не хотел задавать этот вопрос, но выбора у меня не было.

– Конечно! – Джулия сверкнула глазами. – Жив и вне себя от злости. Потому что я отчитала его, как мальчишку. Я пришла к Годфри, надеясь найти там Джастина. Но он уже ушел. И когда я спросила Годфри, где сын, он заявил, что они поругались.

– И тогда ты показала ему, где раки зимуют? – Я с трудом подавил улыбку. Да уж, на боевой характер Джулии годы не повлияли.

– А то, – ответила Джулия с ноткой самодовольства. – Сказала, что он должен думать в первую очередь о том, что хорошо для Джастина, а не о своих желаниях. Он вроде бы меня понял.

– Еще бы не понял! И сколько ты там пробыла?

Джулия задумалась.

– Минут пятнадцать, может, десять. Мне нужно было возвращаться в больницу.

– Во сколько ты ушла?

– Хм… В больницу я вернулась в начале четвертого. Там как раз была пересменка.

– То есть примерно до трех Годфри был жив? – Я пытался выстроить в голове хронологию событий.

– Да.

– А ты не искала Джастина перед тем, как поехать к Эзре?

– Нет. Я беспокоилась за него, но мне нужно было вернуться к мужу. К тому же я хотела заскочить в банк, чтобы обналичить чек, который мне дал Годфри, и положить деньги на счет. И была уверена, что Джастин позвонит, если я ему понадоблюсь. – Она на миг отвела взгляд. – Во всяком случае, я так думала.

– Тебе придется рассказать об этом помощникам шерифа, – сказал я.

– Знаю. И они подумают, что Годфри убила я. Или Джастин. Или мы вместе, – Джулия потерла глаза и посмотрела на меня. – Как бы я хотела услышать, что сейчас происходит на кухне.

– Я тоже. Но нам остается только ждать.

Джулия кивнула.

– Они действительно могут решить, что вы имеете отношение к убийству, – сказал я. – Но им понадобится мотив. Например, месть.

– Зачем мне сейчас-то мстить Годфри? – фыркнула Джулия. – Если бы я хотела его убить, сделала бы это, когда он бросил меня беременную девятнадцать лет назад.

– Справедливо. Но посмотри на это с другой стороны. Твой муж смертельно болен, а тут объявляется Годфри и хочет забрать Джастина в Калифорнию. В такой стрессовой ситуации немудрено потерять контроль.

– Об этом я не подумала, – прошептала Джулия побелевшими губами. – Когда ты так говоришь, звучит логично. Стресса мне в жизни и в самом деле хватает.

– Оно и неудивительно, – с сочувствием произнес я. – Учитывая, что тебе приходится терпеть из-за болезни Эзры.

Джулия благодарно улыбнулась.

– Но я не убивала Годфри. Мои муж и сын тоже этого не делали.

– Значит, нам стоит искать в другом направлении, – подытожил я. – Как часто в последние годы Годфри наведывался в Афины?

Джулия на мгновение задумалась.

– Каждые несколько лет. Иногда приезжал в рамках книжных туров. Иногда – чтобы найти информацию для своих триллеров.

– После того, как его родители отсюда переехали, у Годфри осталось много знакомых? Помимо тех, кто учился с ним в колледже.

Подруга задумчиво глядела куда-то в пространство и, кажется, не услышала последний вопрос.

– Джулия? Ты что-то вспомнила? – подался я вперед.

– Сказала про книжные туры и… – Она наконец снова посмотрела на меня. – Когда я уходила сегодня из отеля, у стойки администратора стояла женщина с коробкой книг, – Джулия пожала плечами. – Во всяком случае, я подумала, что там книги, потому что на коробке было название последнего опуса Годфри.