Полуденный демон - Наталья Солнцева

Кажется, впервые в жизни он залился краской. До сих пор никому не удавалось выбить его из колеи. Он всегда безукоризненно играл свою роль. Но не в этот раз…

– Верь мне, Пьер, – прошептала Клод, приникая губами к его уху. – Все закончится ужасно… Я вижу воду и кровь… много крови… и еще больше воды…

«Она нарочно пугает меня, – опрометчиво отмахнулся он. – В отместку за «то ограбление». Выходит, она догадалась…»

Росси решил перевести все в шутку.

– Так чего мне следует бояться? – усмехнулся он. – Воды или крови?..

* * *

Москва. Наше время

От назойливого однообразного ритма сводило скулы, но Глория терпела. Она искала глазами Лилю Морозову, которая часто проводила время в ночном клубе «Панда». Здесь собиралась ленивая обеспеченная молодежь, проматывала денежки преуспевающих родителей.

Морозову в клубе знали. В последнее время она не появлялась без своего жениха Валентина Шлыкова. Его отец разбогател на финансовых операциях и владел сетью банков.

– Деньги липнут к деньгам, – прокомментировал этот факт Лавров, вводя Глорию в курс дела. – Теперь принято женить детишек по кастовому принципу. Дабы приумножать достаток, а не рассеивать. Я навел справки о Лиле. Она довольно взбалмошная и вздорная девица. Впрочем, в последнем я не уверен.

– Не уверен, что она – девица? – улыбнулась Глория.

– Именно…

– А ее жених что собой представляет?

– Обычный парень из богатой семьи: избалованный, высокомерный… привыкший шиковать за чужой счет. Звезд с неба не хватает. Отец устроил его на учебу в Англию, но отпрыск не оправдал надежд. В общем, его отчислили из колледжа за неуспеваемость. Там ведь взяток-то не берут. Вернулся недоросль домой, поступил в университет. Думаю, скоро папаша сделает его директором одного из отделений своего банка. Приставит соглядатая, чтобы сын не пустил по ветру нажитое… и будет приучать наследника зарабатывать. Если получится.

– Ты злой, Рома!

– Я справедливый, – возразил начальник охраны. – Говорю правду, которая никому не нравится. За то и пострадал. Пришлось уйти с госслужбы на вольные хлеба. Но и тут начальство притесняет, все норовит обуздать.

– У Морозовой есть прозвище?

– Ну да… в клубе ее называют Лилит.

– Дочь ночи, – пробормотала Глория. – Предается пороку и преклоняется демонам…

– Чего? – не понял Лавров.

– Так. Мысли вслух…

Они сидели за столиком и делали вид, что пьют коктейль и флиртуют. По темному залу бегали разноцветные огни, гремела музыка. У барной стойки крутились расфуфыренные барышни, уже успевшие набраться.

Одна из них, едва держась на ногах, поковыляла к площадке, где дергались танцующие, чуть не упала и схватилась за первого попавшегося молодого человека. Тот охотно обнял ее за талию, но девица вырвалась и начала пританцовывать самостоятельно, шатаясь на своих длиннющих каблуках.

– Ну и гадость, – скривился Лавров, отодвигая стакан с ядовито-зеленой жидкостью. – Что туда намешано? Надеюсь, не отрава?

– Не хочешь, не пей. Может, потанцуем?

– Мы староваты для здешней публики. Не находишь? Лучше не привлекать к себе внимания.

Глория собралась было разразиться возмущенной тирадой, как в тот же миг увидела красивую черноволосую девушку, тонкую, длинноногую, в обтягивающем желтом платье. Девушку сопровождал парень в светлой рубашке и брюках-дудочках.

– Вот они! – прошептал Лавров, положив ладонь на холодные пальцы Глории. – Не смотри на них слишком пристально…

– Без тебя знаю.

– Нам повезло, – добавил он. – Эта парочка приходит сюда раза три в неделю. Мы отлично подгадали.

Лиля Морозова выглядела потрясающе. Юная, свежая, с румянцем на высоких скулах, с яркими губами и вьющимися по плечам и спине смоляными кудрями, она чем-то напоминала отца.

– В жизни она еще краше, чем на фото, – вырвалось у Лаврова.

– Жених явно проигрывает, – отметила Глория.

Шлыков в самом деле потерялся на фоне очаровательной невесты. Он был не то чтобы невзрачен, а совершенно обыкновенен. Плоское лицо, худощавое тело, ежик русых волос.

– Стихи и проза…

– Лед и пламень! – подхватила Глория.

– Н-да, – покачал головой Лавров. – Бедный парень. Ходить ему с ветвистыми рогами. Боюсь, Лилит сделает его оленем еще до свадьбы! Или уже сделала. Таких, как она, невыносимо тяготит девственность. Они избавляются от нее как можно раньше.

– Прямо в колыбели?

– Скажешь, она святая?

– Зачем же крайности?

Глория положила конец перепалке, признав, что Шлыков – странный выбор для Лили Морозовой.

– Полагаю, жениха подыскали родители, – заявил Лавров. – Небось сам господин Морозов. Дочке пришлось смириться.

– Она не похожа на овечку…

Начальник охраны согласно кивал. Тянул через соломинку тошнотворный коктейль. Морщился.

Глория хихикала, искоса поглядывая на будущих молодоженов.

Эти жених и невеста казались удивительной парой. И повели себя не менее удивительно. Девушка не захотела танцевать, решила заказать выпивку. Было видно, что они не сошлись в выборе спиртного. Он вяло жестикулировал, она настаивала на своем. Наконец им принесли шампанское и виски. Лед – отдельно в ведерке.

Девушка насыпала себе много льда в шампанское. Парень наполнил свой бокал виски почти до половины. Он быстро пьянел, тогда как она оставалась трезвой. Невеста улыбалась и время от времени подносила к его губам свой фужер с шампанским. Жених послушно глотал.

– Его скоро совсем развезет, – заметил Лавров.

«Она его спаивает, – догадалась Глория. – Интересно, зачем?»

Вся эта пантомима разыгрывалась под оглушительный ритм музыки, прерываемой невнятными словами диджея.

Пророчество Лаврова сбылось быстрее, чем он ожидал. Жених окосел и начал клевать носом. Судя по всему, он относился к породе людей, которые во хмелю становятся сонными и беспомощными.

Невеста наклонилась и что-то сказала ему на ухо. Тот неловко махнул рукой и перевернул свой стакан. Вероятно, пролил виски.

Она направилась к выходу из зала. Обогнула танцующих. Несколько парней, как по команде, повернулись ей вслед. Она в самом деле была великолепна.

– Что, Рома, слюнки потекли? – съязвила Глория.

Ее задело то, каким плотоядным взглядом уставился на девушку Лавров.

– Пойду за ней, – шепнул он.

– Куда? В дамскую комнату?

– Думаешь, она решила попудрить носик?