Гран-при для убийцы - Чингиз Абдуллаев

Они прилетели в Баку вчера днем. Трое одинаково молчаливых исовсем непохожих людей. Дронго, вспоминая подробности многих преступлений,совершенных Мулом за последние годы, был все время задумчив. Картина получаласьбезрадостной. Террорист был натурой эксцентричной, жестокой и деспотичной. Асамое страшное, что его не могли остановить страдания беззащитных людей и кровьневинных жертв.

В последнее время, после того как он попал в больницу воФранции, Дронго с нарастающим удивлением и некоторым беспокойством отмечал, чтоу него чаще и сильнее болит сердце, о существовании которого он раньше и неподозревал.

Перелеты на самолетах стали напоминать небольшую пытку, ончасто задыхался в воздушных лайнерах, стараясь не показывать окружающим тонеприятное состояние панического удушья, которое охватывало его, едва онпопадал в закрытое пространство самолетов.

Сидевший в самолете у окна Мовсаев вообще не отличалсяразговорчивостью. Он дремал все время, отказавшись даже от обеда. Только дверюмки коньяку попросил перед тем, как заснуть. Песах Гурвич, которого Дронгопо-прежнему упрямо называл Павлом, напротив, пообедал с большим аппетитом и,достав журнал, углубился в чтение. Перемены, происшедшие в его бывшей стране,представлялись ему такими поразительными и невозможными, что чтение прессыделалось просто необходимым атрибутом выживания в этом непонятном для негоновом мире.

Сегодня утром они были приняты в Министерстве национальнойбезопасности. Узнавший, что генерал МОССАД не приехал, а вместо него к нему наприем хотят попасть офицер МОССАД, сотрудник посольства и бывший международныйэксперт-аналитик, министр решил, что принять эту необычную группу вполне можетодин из его заместителей, и перепоручил ему заниматься делом непонятногоканадца, из-за которого разгорелся дипломатический скандал.

Чтобы не мешать расследованию и облегчить работу Дронго иГурвича, полковник Мовсаев не стал официально заявлять о своем присутствии. Онприлетел в Баку как дипломат и сразу поехал в российское посольство длядальнейшей координации действий с местным резидентом СВР в Азербайджане.

Посольство Канады в Турции прислало в Баку своегоспециального представителя, потребовав немедленно отпустить задержанногогражданина своей страны и дать внятные объяснения по поводу его незаконногозадержания. А прилетевшая группа, сформированная совершенно удивительнымобразом, только мешала завершению расследования.

Заместитель министра национальной безопасности Азербайджанапринял гостей в мрачном настроении. Было неприятно, что именно ему поручено этокляузное, грязное дело.

— Мы уже во всем разобрались, — мрачно сообщил он гостям. —У канадского гражданина украли паспорт еще в Европе, и один из его знакомыхпредложил ему помощь через посольство Канады в Германии. Он сообщил нам имясвоего знакомого, и мы выслали запрос в Германию и передали все документы вканадское посольство. Если паспорт у него не в порядке, то это проблемыканадцев, а не наши. Завтра мы его депортируем в Германию, пусть тамразбираются в посольстве. Азербайджанская виза получена им в нашем посольстве вБрюсселе. У нас нет никаких претензий к этому задержанному. И, соответственно,нет никаких оснований держать его у нас.

— Но по его документам границу пересек другой человек, —настаивал Павел Гурвич.

— Сейчас мы его ищем, — развел руками заместитель министра,— фактически мы имеем только один паспорт. Человек с именем Анвера Махмуда непересекал больше нашей границы, тем более канадский гражданин. У нас в странебывает не так много канадцев, чтобы мы о них не знали. Он прилетел и черезнесколько дней улетел. И у нас нет никаких доказательств обратного.

— Но он врет, — нервничал Гурвич, — из Голландии прилетел неон. С его паспортом оттуда прибыл совсем другой человек, это же ясно. А улеталименно этот тип. Он все врет, проверка в Германии ничего не даст.

— Повторяю, у нас нет никаких доказательств, — сухо возразилзаместитель министра, — по нашим сведениям, один человек въехал со своимпаспортом в нашу республику и через несколько дней этот же человек с этими жедокументами пытался выехать. И мы его арестовали по вашей просьбе. Но вы непредставили нам никаких доказательств. Извините, но мы должны депортироватьзадержанного в Германию. Пусть его посольство разбирается с ним на месте. Этоне наше дело.

— Максимум, что ему грозит, это штраф за незаконноеиспользование документов, — отметил Гурвич, — и то, если сумеют доказать, чтодокументы были незаконными. Его адвокаты легко докажут, что документынастоящие.

— Это проблема канадских властей, — упрямо повторил хозяинкабинета.

Ему стали надоедать эти израильские представители, которыетак тупо настаивали на своей несостоятельности. ??н с легким презрением подумало том, что хваленый МОССАД мог бы сработать и лучше. Сидевший напротив негоДронго молчал. Он понимал, что позиции обеих сторон по-своему справедливы и, непонимая позицию своего собеседника, невозможно принять другую точку зрения.

Однако нужно было что-то предпринять.

— Простите, — неожиданно сказал он, обращаясь к заместителюминистра, — но вы же можете разрешить нам поговорить с ним.

— Нет, — улыбнулся тот, — не могу. Вы граждане другого государства,а он гражданин третьего. Я не могу разрешить вам допрашивать его.

— Но я не гражданин Израиля, — тоже улыбнулся Дронго.

— Лучше бы вы помогали нам, — сказал заместитель министра, —у наших гостей и без того хватает помощников.

— А может, я помогаю и вам, — быстро отреагировал Дронго.

— В любом случае, разрешить не могу, — сухо ответилзаместитель министра.

— Но мы могли бы побеседовать в вашем присутствии, —настаивал Дронго, — поймите, речь идет не только о безопасности Израиля. Этотеррорист международного уровня. Вполне возможно, что готовится акция в самомБаку. В таком случае вы лично будете виновны в этом террористическом акте. Мыеще можем его остановить или хотя бы понять, куда делся террорист.

Заместитель министра задумался. С одной стороны, естьстрогая инструкция. С другой, Израиль был дружественной страной, а перспективатеракта могла оказаться вполне реальной. В Баку за последние годы уже привыклик подобным трагедиям, когда террористы взрывали станции метро и автобусы,подкладывая бомбы против случайных людей.