Дом с химерами - Инна Бачинская

Галка издала что-то вроде «ах!» и прикрыла рот ладошкой. Наступило долгое молчание.

Я смотрела на него испытующе – не похоже, что валяет дурака. Я не знала, верить ли… Ерунда, конечно, не верю! Может, роль репетирует. Или проблемы с головой, сейчас полно неадекватных личностей. Я взглянула на Галку, она ответила мне недоуменным взглядом.

– А кто там жил до вас? – спросила я.

– Последний живой… – он хмыкнул, – съехал оттуда несколько месяцев назад, это актер Молодежного театра Петя Зосимов. Я там всего четыре дня.

– А вы у него не спрашивали? – подхватила Галка. – Если он там жил, то…

– Не спрашивал. Мы вчера сидели втроем – Петя, подпольная кличка Жабик, мой друг Виталик Вербицкий и я… Понимаете, я не хотел выглядеть шизоидом!

– Виталий Вербицкий – ваш друг? – воскликнула Галка. – Из Молодежного?

– Да, мы учились вместе. Понимаете, вчера мне показалось, что Петя-Жабик на что-то намекал… Знаете, у них очень маленькие зарплаты, а в Приюте бесплатно, и я подумал, странно…

– …что он ушел оттуда? Испугался! – всплеснула руками Галка.

– Примерно так я и подумал.

– Позвонить и спросить! – деловито сказала Галка. – И всех делов! Номер есть?

– Он подумает, что я двинулся головой. Мы с ним только вчера познакомились, и я не думаю, что…

– Я вас умоляю! – перебила его Галка. – Сейчас все двинутые. Давайте его сюда, мы с ним сами поговорим. Прямо сейчас! Звоните!

Я фыркнула – а еще говорит, что я занимаюсь всякой фигней и вечно лезу не в свое дело. А сама? Но одного у нее не отнимешь – энтузиазма и напористости. Прет, как танк, никаких вам: ах, неудобно! ах, что они обо мне подумают? ах, не так поймут! В отличие от меня – я вся в сомнениях, всегда боюсь задеть, обидеть, отказать… Хотя Ситников считал, что у меня тот еще характер… характерец. Я неприметно вздохнула.

Короче говоря, этот Петя-Жабик Зосимов прибежал через полчаса. Небольшой, вертлявый, болтливый, он представился нам и упал на свободный стул.

– Ну и жарища! – простонал. – Бьет все рекорды! Чисто тебе Африка!

– Пива? – предложил Глеб.

– Давай! Холодненького! Девчонки, а вы кто? Что-то я не видел вас на подмостках.

– Я многодетная мать, – сказала Галка. – Екатерина – частный детектив.

– Кто?! – изумился Петя. – Детектив? Ты чего, Глебыч, нанял детектива? Вот это я понимаю, деловой подход! Ойропа!

– Вы детектив? – Глеб изумился не меньше, чем Петя.

– Галина шутит, я не детектив. Просто работаю в охране. А что, по-вашему, Глебу нужны услуги детектива?

– Так ты охрану нанял? Лучше бы квартирку сменил.

– Никого я не нанимал! Мы только что познакомились. Пей пиво давай.

Мы смотрели, как он пьет. Делал он это долго, шумно глотая, закрыв глаза от наслаждения. Допив, отставил кружку и спросил:

– Ну-с, в чем дело, господа? Где горит?

– Вы видели в «Приюте» привидения? – взяла быка за рога Галка.

Молодец! Я бы мямлила до второго пришествия.

Петя перевел взгляд с Глеба на Галку, потом на меня. Подумал и сказал:

– Ну, видел.

– Видел? – изумился Глеб. – Что ты видел?

– Хрен его знает, что! Что-то. А только я на другой день свалил оттуда без памяти. Барышня, еще пивка! – крикнул он девушке-официантке. – На всех! Разговор серьезный, всухую не получится. Я даже рад, Глебыч, что ты спросил. А то я уже думал, что сдвиг по фазе.

– А чего ж ты не сказал? – спросил Глеб.

– О чем? Что видел привидение? А ты бы мне поверил? Тем более я и сам не уверен, что видел. Да и при Витальке не хотелось, если честно.

– Так что же вы видели? – спросила я.

– Висельника!

– Кого?!

– Висельника. На первом этаже! Я вернулся поздно… Как сейчас помню – двенадцатого марта, отмечали день рождения Ромы Дяченко. Включил свет, тогда еще был свет, его потом обрезали, и смотрю – он висит в проеме двери, той, что в зал! Висит, раскачивается… Ну, я офигел! Выскочил пулей на крыльцо, оттуда на улицу и первым делом позвонил в ментовку. А потом Витале! Причем дверь была заперта, ключ у меня. Менты приехали через десять минут. Я чуть умом не тронулся! Повел их в дом, говорю, неизвестный человек повесился! Там, кроме меня, ни души не было. Двое пошли со мной, еще двое побежали за дом. Входим – вот, говорю!

Петя делает драматическую паузу. Рот у Галки открыт, Глеб побледнел, впившись в Петю взглядом.

– Входим мы, и меня как колом по голове: исчез висельник! Ноги у меня подкосились, чуть не падаю… И мысль кувалдой – как же так? Глазам своим не верю, а они говорят – где труп? Вот тут однозначно висел, отвечаю, и показываю рукой. А они спрашивают: пил? Пил, говорю, день рождения справляли, но, честное слово, я как стеклышко! Ну, один, грубый такой, говорит: а ты знаешь, козел, что бывает за такие шуточки? Ребята, отвечаю, честное слово, был! Вот здесь, на этом самом месте!

Тут те двое подошли, которые за дом ходили, где тело, спрашивают. А один на меня показывает – вот оно, говорит. Тут, к счастью, Виталя подгреб, все им объяснил насчет дня рождения и актерской возбудимой натуры, взял меня на поруки, пообещал им контрамарки на премьеру, и они свалили.

Виталя тут же мне по шее заехал. Смотрит на меня, пальцем у виска крутит – совсем, спрашивает, с катушек слетел? Ну, покрепче, конечно, выразился, не при девушках будь сказано… – Петя покосился на нас. – Я говорю ему: Виталя, говорю, был висельник! Клянусь честью, говорю. Я же своими глазами! Вот здесь! На этом самом месте! Пятнадцать минут назад! Я даже заорал, когда увидел, – висит, раскачивается. Тут меня вдруг как кувалдой по башке: ваша, говорю, работа? Виталя, говорю, вы чего? Совсем охренели? А если бы я дуба врезал? Хорошо, что на рауше, реакция заторможенная, а ежели б тверезый?

В ту ночь я ночевал у Витали, а на другой день забрал шмотки из Приюта. Неделю у него кантовался, пока хату не нашел.

– И что это было? – спросил Глеб.

– Не знаю, Глебыч. Понятия не имею. Когда Виталя сказал, что ты живешь в Приюте, я чуть в осадок не выпал. Говорю ему, ты чего, говорю, там же чертовщина, а он говорит, ничего, Глебуха чел бывалый, отобьется! Тем более он на мели, и куда прикажешь его девать? А что? Ты видел что-нибудь?

– Не видел. Слышал.

– Слышал? – выдохнул Петя. – Что он сказал?

Я протянула ему листок. Он прочитал.

– И все? А ты уверен? Тут же всего десяток слов! Может, приснилось?

– Я не спал. Вчера обследовал дом, проверил все комнаты…

– Ты что, думал найти его?

– Не знаю, что я думал. В эту ночь снова был голос. Действительно, какая-то ерундовина там творится. Я помню, что запер входную дверь, а Виталя говорит, была отперта – он и вошел. И дверь на чердак захлопнулась, а сквозняк погасил свечку… Если бы не Виталя…