Я - твой сон - Антон Грановский

Отведя взгляд от плаката, Соболев резко повернулся и в сопровождении двух неслышных, как тени, телохранителей зашагал к крыльцу офисного здания.

19

Максим, сидя на диване с сигаретой в губах, протянул руку к приемнику, стоящему на столе, и включил его. Из динамиков раздалась тихая песня. Максим сделал звук погромче.

Миром позабыт мелкий городок.

В нем сотни лет одно и то же:

Топот горожан, чей срок давно истек…

– Тебе не мешает? – спросил он Аню.

Аня не ответила. Она сидела на диване, так же, как Максим, полностью одетая, да еще и закутавшаяся в плед, словно пыталась – безуспешно – компенсировать свою недавнюю наготу. Вид у нее был испуганный и смятенный.

Максим глубоко затянулся сигаретой и стряхнул пепел в стоящее на столе блюдце. Аня повернула голову, посмотрела, как он пускает ртом колечки дыма, улыбнулась и тихо сказала:

– Максим…

– Что? – не глядя на нее, отозвался он.

– Что теперь будет?

Он повернул голову, чуть удивленно посмотрел на нее, но тут же улыбнулся и ответил:

– Все будет хорошо.

– Да. Я понимаю. Но… – она робко взглянула ему в лицо. – Мы поженимся?

– Поженимся? – Максим отвел взгляд, снова затянулся сигаретой, задумчиво выпустил облачко дыма. – Малыш, быстро такие дела не делаются. Нужно подать заявление, подумать насчет жилья. И все такое прочее. – Он посмотрел Ане в глаза, протянул руку и провел пальцами по ее щеке. Добавил с улыбкой: – Не могу же я привести такую красавицу в шалаш. Только во дворец.

Брови Ани дрогнули.

– А я бы согласилась и в шалаше, лишь бы с тобой, – тихо и честно проговорила она.

Максим тихо засмеялся, наклонился к Ане и поцеловал в губы.

– Максим, – снова робко позвала она.

– Что?

– А в Москве хорошо жить?

– В Москве-то? – на мгновение Ане показалось, что по лицу Максима пробежала тень, однако он тут же улыбнулся и, пожав плечами, ответил: – Ну, так. Нормально. Не хватает настоящего.

– Настоящего? – не поняла она.

– Ну да. Там люди друг другу постоянно врут. Все хотят казаться не тем, что есть.

– Почему?

– Кто для выгоды, а кто просто так, чтобы круче казаться.

– И ты тоже врешь?

– Конечно. Там без этого никак, – Максим затушил сигарету в блюдце и поднялся с дивана. – Пойду попью воды, – сказал он.

– Да, – тихо промолвила Аня.

Максим вышел из комнаты и оказался на кухне.

Там он долго стоял перед ведром с водой, хмуро о чем-то размышляя. Потом набрал полный стакан и, запрокинув голову, выпил все до капли. Поставил стакан на тумбочку, накрыл ведро дощечкой и вышел.

Когда он вернулся в комнату, Аня спала, по-детски закутавшись в плед и положив русую голову на бортик дивана.

Радио на столе по-прежнему что-то бормотало. Максим протянул руку и выключил его. Аня не проснулась.

Некоторое время Максим разглядывал ее красивое, чистое лицо. Пару раз она чему-то улыбалась во сне, но потом улыбка сменялась выражением растерянности и озабоченности.

Чем дольше Максим вглядывался в это лицо, тем мрачнее делалось у него на душе. В голову полезли воспоминания – мрачные, тревожные, неудобные, от которых хотелось избавиться, но никак не получалось.

Он отвернулся, осторожно, стараясь не скрипеть половицами, прошел в прихожую, накинул куртку и тихо покинул дом.

На улице, встав под фонарем, он извлек из кармана пачку сигарет и закурил. На душе было неуютно, особой радости от победы не ощущалось. Перед глазами стояло лицо спящей Ани. Светлое, чистое… Как у ребенка. И эта ее смиренная, смущенная улыбка… Максим и не знал, что взрослые умеют так улыбаться.

– Черт, – тихо проговорил он и яростно стряхнул с сигареты пепел.

И вдруг услышал рядом чье-то тихое дыхание. Максим быстро обернулся. Перед ним стояла стройная черноволосая девушка в яркой курточке с меховым воротом.

– Инга? – удивился он. – Ты что здесь делаешь?

– Шла к подруге в гости, – ответила Инга Соболева, со странной полуулыбкой разглядывая его лицо. – А ты случайно не от нее?

– От кого?

– От Ани Родимовой.

Максим покачал головой:

– Нет.

Инга снова внимательно вгляделась в его лицо. Он поднес к губам сигарету и затянулся. Глаза Инги чуть расширились, когда она увидела его руку.

– У тебя засохшая кровь, – сказала она.

– Что?.. Где? – не понял Максим.

– На руке.

Максим посмотрел на свои пальцы, затем стыдливо убрал руку в карман.

– Вот, значит, как, – с лукавой улыбкой произнесла Инга и посмотрела на окна Аниного дома. – Ты и до Аньки добрался? Не думала, что она так легко сдастся.

– Не понимаю, о чем ты, – пробормотал Максим.

– Правда? – Инга снова посмотрела ему в лицо. – Что-то я не вижу большой радости в твоих глазах. Неужели все было так плохо?

Максим поморщился:

– Инга, кончай, а? И без тебя тошно.

– Тебе повезло, что она совершеннолетняя.

– А тебе повезло, что я не настроен на ссору. Хотя… – он невесело усмехнулся. – Сегодня у меня уже была стычка с вашим семейством.

– Стычка? – не поняла Инга.

– Угу, – он стряхнул с сигареты пепел. – Сегодня я заново познакомился с твоим братцем. Он сильно изменился с тех пор, как я видел его в последний раз. Сколько ж лет я не был в Лучах?.. Года четыре?

– Меня ты тоже не видел четыре года, – сказала Инга. – Но сразу узнал, когда мы встретились в магазине.

– Ты мало изменилась, – улыбнулся Максим. – Красивые девушки вообще не меняются. А ты – тем более.

– Четыре года назад ты называл меня глупой девочкой. Помнишь? Там, на сеновале. И еще – монашкой.

– Правда? – он пожал плечами. – Мне было досадно.

– Еще бы! Я ведь тебе тогда отказала. Все, что ты смог, это стянуть с меня лифчик.

– Я не собирался идти дальше. Тебе тогда было всего четырнадцать.

Инга хмыкнула.

– Дай сигарету.

Прикурив от протянутой Максимом зажигалки, она выпустила уголком рта струйку дыма и сказала:

– Слушай, Максик, зачем тебе нужна эта ведьма?

– Анна не ведьма. Ее бабка ведьма, но не она.

– Ты дурак? Анька уже пробует сама лечить. Бабка ее всему научила, понимаешь?

– Хватит на нее гнать, – сказал Максим. – Аня хорошая девочка.