Белый зной - Сандра Браун

Так, один – ноль в его пользу, хотя Сэйри никогда бы в этом не призналась. Она прилежно изучала все присланные ей материалы, но не потому, что переживала за Криса и Хаффа и за их благосостояние, а потому, что ей была небезразлична судьба работавших на них мужчин и женщин и всего города. Без «Хойл Энтерпрайсиз» города не будет. Сотни семей окажутся без средств к существованию. Пусть она сама не желала получать доход от компании, но чувствовала моральную ответственность за ее работников при всем несовершенстве семейного бизнеса.

– Информация в вестниках проходит через цензуру Хаффа и Криса, особенно если это негативная информация. Другими словами, я не могу считать их надежным источником по делу Айверсона. Они судили об этом предвзято. Что можете рассказать мне вы?

Бек откинулся на спинку и изучающе посмотрел на нее.

– Вашего брата обвинили в убийстве, и все-таки вы не потрудились изучить факты по этому делу. Не слишком ли поздно вы озаботились этим?

– Я не забочусь о Крисе, мне просто любопытно. Мне наплевать на Криса и на то, что он делает. То же самое я чувствую по отношению к Хаффу. Я вычеркнула их из своей жизни десять лет назад, и если вам я кажусь грубой и бесчувственной, ничего не поделаешь.

– А как насчет Дэнни?

– Дэнни… – Сэйри снова стало грустно. – Что бы ни вытворяли Хафф и Крис, мой младший брат всегда покорялся им. Я уверена, что вы видели, насколько он несвободен в своих действиях. Дэнни никогда не умел защитить себя.

– А вы смогли?

Сэйри сумела это сделать только десять лет назад и только тогда, когда достигла самого дна. К счастью, она поняла: чтобы выжить, она должна порвать с семьей и навсегда уехать из города.

– Мне повезло, – ответила она Беку. – Я нашла в себе силы бросить вызов Хаффу и уехать. А Дэнни не смог.

Бек помялся, но все-таки добавил:

– Возможно, он ушел от них другим путем.

– Возможно.

– Но когда десять лет назад вы уезжали отсюда, вы были плохого мнения о нем из-за его безответности.

– Именно так.

На самом деле, когда Сэйри уезжала, она ненавидела их всех. Но после долгих лет терапии ее чувства к Дэнни смягчились, и все же не настолько, чтобы ответить на его звонки, когда он неожиданно попытался связаться с ней.

Сэйри задумчиво потягивала кофе, а когда поставила чашку на блюдце, неожиданно сообразила, что Мерчент смотрит на нее с нескрываемым любопытством. Она в душе выругала себя за то, что обсуждает с ним личные темы, о которых раньше говорила только с психоаналитиком.

– Мы говорили о деле Джина Айверсона, – напомнила Сэйри.

– Верно, – Бек выпрямился и откашлялся. – Что вы хотите знать?

– Крис убил его?

Его левая бровь взлетела вверх.

– Вы не выбираете слов.

– Убил?

– Против Криса были лишь косвенные улики.

– Это не ответ, – не сдержалась Сэйри. – Нет, не так. Это ответ адвоката.

– У прокурора не было достаточных доказательств, чтобы убедить присяжных.

– И дело не отправили на доследование.

– Его вообще не следовало открывать.

– Нет тела – нет преступления? – Это повторялось во всех статьях, которые читала Сэйри. Тело Джина Айверсона так и не было найдено. Он исчез без следа.

– Если бы я был прокурором, – ответил Бек, – я бы никогда не начал дело об убийстве без трупа, какими бы ни были косвенные улики.

– Как вы оказались замешаны в этом деле?

– Я читал о процессе и сразу решил, что это выигрышное дело по причинам, о которых я уже упоминал. Я приехал в город, чтобы поддержать товарища по университетскому братству, помочь, чем смогу. К тому моменту, как я объявился в Дестини, суд был уже кончен. Я нашел Криса и Дэнни празднующими в старом притоне на автостраде. Вы знаете это место?

– «Лезвие бритвы»?

– Оно самое. Крис покупал всем выпить, празднуя исход процесса. Шлепа Уоткинс тоже там был. Он начал кричать о том, что за деньги можно купить судью, что богатые никогда не получают по заслугам и все в таком духе. Крису это не понравилось. И Дэнни тоже. Честно говоря, именно он первым бросился на защиту старшего брата. И началась драка. Я ввязался в нее и, что бы там ни говорил Уоткинс, склонил победу в сторону братьев. Мы вытерли им пол.

– Значит, вы спасли всех нас от Шлепы Уоткинса?

– Судя по всему, – улыбнулся Бек. – Я такой. Неплохо, если я держусь рядом.

– Хафф и Крис определенно так думают.

Бек снова облокотился о стол.

– На данный момент меня интересует, что думаете вы.

Он произнес это просто, но Сэйри почувствовала скрытый подтекст.

– Думаю, мне пора прощаться.

Когда она открыла сумочку, Мерчент остановил ее:

– Я заплачу за ваш ужин. У меня здесь открыт счет.

– Не стоит.

– Боитесь оказаться у меня в долгу?

Сэйри положила двадцать долларов под сахарницу и прямо посмотрела ему в глаза.

– Я ничего не боюсь, мистер Мерчент.

Бек тоже встал и прошел за ней к двери.

– Как насчет собак? – уточнил он.

– Что?

Мужчина резко свистнул и задал вопрос иначе:

– А собак вы боитесь?

Он едва успел договорить, как Фрито вылетел из дверей кухни. Он был красивым псом с ярко-золотой шерстью и мягким белым подбрюшьем. Фрито так неистово вилял хвостом, что Сэйри была вынуждена уклониться, иначе пес просто свалил бы ее с ног.

Он приветствовал хозяина с таким энтузиазмом, словно они не виделись несколько месяцев, а не полчаса. А потом Фрито обрушил свое дружелюбие на Сэйри. Он буквально танцевал вокруг нее, его быстрый язык лизал ей руки. Фрито успокоился только после команды Бека: «Веди себя хорошо». Он сел, но дрожал от сдерживаемой энергии и умоляюще смотрел на Сэйри влажными карими глазами, прося, чтобы она его погладила.

И она не устояла.

– Замечательный пес. Давно он у вас?

– Пару лет. Я увидел его, когда ему было семь недель от роду. Кто-то из рабочих принес щенка на завод. Едва я заглянул в коробку, как тут же понял, что должен взять это чудо домой. – Мерчент провел костяшками пальцев по голове Фрито. – Мы с ним несколько раз ссорились, потому что он почти разнес мой дом, но сейчас я просто не представляю, что бы я стал без него делать.

Сэйри смотрела, с какой нежностью Бек ласкает собаку, и ей пришлось признать, что у Мерчента удивительные глаза, сексуальная улыбка и очаровательный питомец. Таким трудно не увлечься. Но Сэйри не желала даже думать о том, что он может оказаться неплохим парнем. Он по-прежнему оставался советником Хаффа Хойла, адвокатом, способным на корпоративное предательство и одному господу известно, на что еще. Вполне вероятно, что Мерчент изображает любовь к собаке только для того, чтобы обезоружить Сэйри.