Сдается кладбище - Джон Диксон Карр

— Бухгалтеры? В окружной прокуратуре их шесть — специально для подобных дел!

— Фонд Мэннинга, — продолжал Г. М., — не выглядит таким уж большим и сложным. Можете доказать мне, что Фред Мэннинг — мошенник, за двадцать четыре часа?

— За двадцать четыре часа? Ну-у…

— Скотленд-Ярд, — усмехнулся Г. М., — мог бы сделать это за полдня.

Среди наглых выдумок Г. М. — а имя им легион — эта была наиболее наглой. Но она возымела необходимый эффект. Гилберт Байлс вздрогнул, как укушенный гремучей змеей.

— Я бы хотел напомнить, — холодно отозвался он, — что американская эффективность…

Г. М. поднялся и хлопнул ладонью по столу. Байлс тоже встал.

— Так можете вы доказать, что Мэннинг — мошенник, за двадцать четыре часа? — повторил Г. М. — Я бросаю вам вызов!

— А вы можете раскрыть за двадцать четыре часа тайну бассейна? — осведомился Байлс. — Я бросаю вызов вам!

— Ладно, я это сделаю!

— И я тоже!

— Пожмем друг другу руку!

Именно в этой героической, хотя и необычной позе, напоминающей скульптурную группу, их застали Боб Мэннинг, Джин и Кристал, которые вбежали в комнату и застыли как вкопанные.

Г. М. и окружной прокурор с виноватым видом прервали рукопожатие. Но трое вновь пришедших, за возможным исключением Кристал, были слишком переполнены эмоциями, чтобы замечать что-либо. Рыжеватый долговязый Боб в шортах и открытой рубашке цвета хаки, казалось, пытался обрести твердость и напористость. Джин и Кристал — одна в белом пляжном халате, а другая в черном — явно подстрекали его.

— Слушайте!.. — начал Боб агрессивным тоном, но оборвал фразу и посмотрел на Байлса. — Прошу прощения, сэр, но кто вы такой?

Байлс представился. Он был вежлив, словно разговаривал с губернатором.

— Что я хочу сказать… — Боб запнулся. — Ну… теперь я глава семьи. — Похоже, он сам не поверил своим словам, так как быстро добавил: — И мы… я подумал, что, если здесь происходит какое-то совещание, касающееся нас, я должен на нем присутствовать.

Байлс собирался выставить всех троих, когда поймал взгляд Г. М. Прежде чем окружной прокурор успел согласиться, Боб заговорил снова:

— Во-первых, поместье переполнено копами. Сейчас они у бассейна.

— К сожалению, мистер Мэннинг, — вздохнул Байлс, — мне пришлось позвонить в полицию Уайт-Плейнс. Просто отвечайте на их вопросы, и они не причинят вам лишнего беспокойства.

Веснушки ярче выступили на лице Боба.

— Во-вторых, — продолжал он, — я не видел, что произошло сегодня утром. Я не спал практически всю ночь — думал кое о чем…

Сай знал, что он думал об автомастерской, которую теперь никогда не получит.

— Но послушайте! — Боб больше не казался глуповатым — он выглядел внушительно. — Если кто-нибудь говорит, что мой отец украл деньги… — он судорожно глотнул, — это касается и копов у бассейна — я расквашу ему физиономию.

Сай вскочил:

— Кто занимается копами у бассейна?

— Дейв, — быстро ответила Джин, и ее светлая кожа порозовела от восхищения. — Просто великолепно, что он взял на себя инициативу! Очевидно, это благодаря армии.

— Совсем забыла, дорогая, — солгала Кристал, наморщив лоб. — Дейв был на фронте?

— Ты отлично знаешь, что не был! Он служил в настолько важном департаменте, что никто не знает, чем там занимались. Ты когда-нибудь видела Дейва в мундире? Он выглядит чудесно!

— Почему бы вам не сесть? — предложил Байлс. — У нас действительно секретное совещание… — Сай заметил, как все трое встрепенулись, — но я не возражаю против вашего присутствия. Возможно, вы даже сумеете нам помочь.

Они быстро разместились вокруг круглого стола. Кристал с беспечным видом села рядом с Саем.

— Что вы подразумеваете под помощью? — Голос Боба все еще был хриплым.

— Кто знает? Может быть, информацию…

— Я знаю очень много. — Джин поджала губы. — Но не собираюсь говорить.

— Даже со мной? — Улыбка Байлса наводила на мысль о змее-искусителе.

— Нет! Ни с кем! — крикнула Джин. — Потому что, даже если папа действительно взял эти деньги… успокойся, Боб!.. — его никогда не найдут! Никогда!

Байлс колебался.

Сай Нортон мог поклясться, что его следующее замечание было не хитростью, а искренним старанием подготовить семью.

— Лучше бы вы этого не говорили, мисс Мэннинг.

— Почему?

— Потому что я должен предупредить вас, дабы вы избежали потрясения. Вашего отца поймают за несколько недель — возможно, еще раньше. Он не сможет убежать. В качестве доказательства, что я не блефую, могу описать вам методы, которые обычно используют.

— Да! — сказала Кристал, опустив глаза.

— Странно, но факт, — продолжал Байлс, сначала посмотрев на стол, потом подняв голову, — что большинство бегущих из Нью-Йорка старается выбраться как можно дальше. Еще более странно, но столь же правдиво, что большинство направляется в Калифорнию или Флориду.

— А теперь вы тоже не блефуете? — спросила Кристал.

— Нет, — ответил Байлс. — Вчера за ленчем ваш отец скомкал и отбросил конверт, покрытый цифрами. Его нашли. На конверте он дважды написал «Лос-Анджелес», потом зачеркнул и написал «Майами».

По комнате пробежал легкий шорох.

— И наконец, — снова заговорил Байлс, — позвольте назвать вам еще один пункт, который завлечет его в западню. Вся его красота в том, что он никогда не придет в голову ни ему, ни вам. Оглядитесь вокруг!

Три лица вопрошающе повернулись в разные стороны. Они увидели уставленные книгами стены, мебель, обитую декоративными тканями, а за приоткрытыми двойными дверьми в северной стене край шахматной доски в кабинете Мэннинга. Два задних окна были ярко освещены солнцем; передние были голубовато-белыми.

— Боюсь, я не понимаю, — пробормотала Кристал.

— Вы ничего не замечаете?

— Нет!

— С тех пор как я знаю вашего отца, — сказал Байлс, — он обшаривает букинистические магазины. Все книги здесь из вторых рук — других он не покупает. Он так же не может удержаться от посещений букинистов, как алкоголик от баров. — Байлс сделал паузу. — Полиция разошлет циркуляры во все букинистические магазины страны — с фотографиями, описанием внешности и обещанием вознаграждения. Куда бы он ни отправился, его все равно схватят.

— Нет! — с триумфом воскликнула Джин. — Они не узнают его! Пластический хирург…

Наступило гробовое молчание.

Джин прижала обе руки ко рту — в ее голубых глазах застыл ужас.

— Какой пластический хирург? — резко спросил Байлс.