Король Треф - Борис Седов

Я медленно ехал домой и думал о том, где я мог проколоться.

Понятное дело, Стилет со своей братвой в ментовские игры не играет и вряд ли бравые ребята из ФСБ могли сказать ему, что Знахарь, он же теперь Затонский Василий Семенович, поехал в Америку, чтобы от него, Стилета, спрятаться. Так что, мол, вот тебе, дорогой Стилет, адресочек, и забирай ты своего Знахаря вместе с его денежками, которые он от родной питерской братвы утаил.

Конечно же, это — чушь.

А вот сами они, ФСБ то есть, вполне могли заинтересоваться моей горькой судьбой. Но почему? Ведь, насколько я понимаю, о моем заветном сундучке не знал никто, кроме его бывших владельцев. А они, судя по всему, лица совсем не славянской национальности.

Так, еще раз. Откуда может дуть такой неприятный сквозняк?

Во-первых — ФСБ. Во-вторых — питерская братва со Стилетом во главе. В-третьих — арабы.

Вроде — все, больше неоткуда.

Дальше. Зачем я им нужен?

Стилету с кодлой — ясное дело, чтобы денежки к рукам прибрать. Жаба его душит, да и не умеет он ничего другого, кроме как грабить кого-нибудь. Этим и живет.

Арабам — для того же самого. Но они должны быть гораздо старательнее Стилета, потому что, в отличие от него, точно знают, сколько было денег. И, кроме того, для них это вопрос принципиальный. Какой-то неверный посягнул на богатства, предназначенные для угодного Аллаху дела. На кол его!

И, наконец, ФСБ. Вот тут я чего-то не понимаю.

Ну, уголовник. Ну, беглый. Но не настолько же я опасен для человечества, чтобы устраивать на меня охоту аж за океаном? По всей земле, если хорошенько подумать, такие деятели ховаются, что рядом с ними я просто мелкий хулиган, разбивший лампочку в подъезде.

Те, кто знал о чемоданчике, — мертвы. И Арцыбашев, и Студеный, и сын его, Студень, и Наташа. Да и денег в нем было — курам на смех. Хотя, это как посмотреть…

Тохтамбашеву, понятное дело, — наплевать.

Керим — дохлый. Его нукеры — тоже.

Черт знает что!

Теперь, кто с кем из них может объединиться?

Арабы с ФСБ — невозможно. Стилет с арабами — смешно. Стилет с ФСБ — еще куда ни шло, но он же урка принципиальный, правильный, недаром в законе. Хотя сейчас такое время, что каждый может переметнуться в любую сторону, если это окажется сильно выгодно.

Но в возможном тандеме Стилет — ФСБ отсутствует главное. А именно — информация о реальной сумме. То есть Стилет может догадываться о том, сколько на самом деле было денег, но не более того.

И потом, кто этот со шрамом в виде серпа?

Я притормозил и плавно съехал с Бэлт Парквэй.

До дома оставалось проехать не более двух километров. И тут где-то в глубине сознания прозвенел тихий звоночек. Неприятный такой звоночек. И я остановил «Хонду» рядом с коробкой «Мак-Доналдса».

Заглушив двигатель, я вышел из машины и направился в харчевню.

Заказав «дабл квотер паундер»[9]и кофе, я поставил поднос на столик у окна и, сев так, чтобы хорошо просматривалась улица, принялся за еду. Звоночек продолжал тихо позвякивать, но я не суетился и, спокойно поглядывая на улицу, откусил большой кусок.

Не понимаю, почему это принято считать, что хороший, добросовестно приготовленный гамбургер — плохая еда. Вот если стоит перед тобой тарелка, на которой лежат рубленая котлета, жареная картошка, нарезанный маринованный огурчик, свежий лук и кусок мягкой булки, а рядом еще и соус налит, то это хорошо. А если все это сложено в пачечку, то уже плохо. Не понимаю.

Размышляя таким нехитрым образом, я намеренно не позволял смутной тревоге, шевелившейся где-то в подсознании, оформиться в конкретные мысли. Пусть она там еще немножко поварится, а потом всплывет в более готовом к употреблению виде.