Пока гром не грянет… - Марина Серова

— Я смотрю, вы уже позаботились о своей безопасности! — заметила я, проходя в обширную гостиную.

— Это все Жора! Он так беспокоится обо мне! — ответила Алевтина Павловна, проходя следом за мной. — Устраивайтесь, пожалуйста!

С этими словами примадонна указала мне на обширный диван из натуральной кожи, занимающий по меньшей мере четвертую часть площади комнаты. Остальное пространство было занято антикварной мебелью из красного дерева: сервант, журнальный столик, пара книжных шкафов. Я устроилась на краешке кожаного чудовища, старясь при этом не сползти по нему на пол. Хозяйка расположилась на стуле напротив.

— Жора — это ваш муж, режиссер Георгий Скоробогатов? — на всякий случай поинтересовалась я.

— Правильно, это мой муж. У меня действительно были веские основания вам позвонить, Евгения Максимовна! — сказала Алевтина Павловна, небрежно забрасывая ногу на ногу. В узкой юбке, обтягивающей ее немалые объемы, это выглядело несколько неуклюже. Хотя, наверное, она в этот момент была готова вообразить себя по крайней мере Шарон Стоун!

— Я вам верю, Алевтина Павловна! — ответила я. — Ведь чем меньше у вас оснований так полагать, тем, соответственно, меньше будет работы у меня! При этом цена за мои услуги остается прежней, вне зависимости от того, угрожает вам кто-либо или нет!

Я заметила, что на щеках актрисы вспыхнул едва заметный румянец. Видимо, мои слова ее несколько задели, но она постаралась не показать этого.

— Мне постоянно угрожают! — проронила Скоробогатова.

— Да? И в чем же выряжаются эти угрозы?

— Сначала это было похоже на бред сексуального маньяка. Первую записку я обнаружила у себя в уборной около двух недель назад.

— Две недели? То есть вы хотите сказать, что кто-то вам угрожает уже почти две недели, но дальше угроз так и не пошел?

— Дело в том, что, как только все это началось, Жора сразу же связался с «Рексом». У нас в квартире постоянно дежурят два человека оттуда. Они же везде сопровождают меня.

— И что, угрозы все равно продолжаются?

В ответ Алевтина Павловна только утвердительно кивнула.

— Тогда рассказывайте все по порядку.

— Все началось с того момента, как мы начали ставить «Туза в рукаве».

"Ага, значит, память тете Миле не изменила и это действительно «Туз в рукаве», — отметила я про себя.

— По-моему, это пьеса какого-то поляка? — спросила я.

— Да, Ярика Годецкого. Он сейчас приехал в наш город — Жора специально его привез, чтобы автор лично присутствовал при постановке.

— Наверное, это немало стоило вашему мужу?

— Да нет, я бы не сказала! — Скоробогатова пожала плечами. — Ярик — очень скромный человек, да и все расходы по поездке он взял на себя.

— Как это любезно с его стороны! — вырвалось у меня.

— Да, это более чем любезно! — согласилась со мной Алевтина Павловна. — Сейчас билет из Варшавы стоит очень дорого!

— Я думаю! Особенно учитывая нынешний курс доллара!

— Но, как я уже сказала, Яромир все расходы взял на себя! И он постоянно работает вместе с Жорой, присутствует на всех репетициях.

— Отлично. То, что пан Годецкий очень любезен и трудолюбив, я уже поняла, но что же все-таки происходит с вами?

— Дело в том, что в этой пьесе я играю главную роль, — скромно потупившись, произнесла примадонна.

«Ни секунды не сомневалась!» — подумала я.

И спросила:

— А о чем пьеса?

— Ну… — Алевтина на миг задумалась. — Как обычно, любовный треугольник. Муж, жена и любовник. И все это на фоне немецкого вторжения тридцать девятого года. К любовной интриге добавлен некоторый элемент политики. А так — самая что ни на есть тривиальная история.

— И чем все кончается? — поинтересовалась я. — Муж становится членом НСДП и сдает любовника в гестапо?

— Вы почти угадали, только все наоборот! — заметила она. — После освобождения Варшавы нашими войсками любовник сдает мужа советским властям, и его расстреливают как нацистского преступника.

— Понятно! — усмехнулась я. — Дань новым политическим отношениям! Бывший старший брат стал оккупантом и агрессором!

— Вы это о чем?

— О новой роли России в современном политическом процессе! — снова усмехнулась я. — Впрочем, рассказывайте лучше, что было дальше.

— А дальше я получила первую записку с угрозами в мой адрес!

— Что за записка? — Обычная, отпечатанная на старой пишущей машинке.

— Она у вас сохранилась?

— Ее забрал следователь. Из милиции.

— Так вы и милицию подключили к этому делу?

— А что оставалось делать! Угрозы не прекращались!

— Милиция, «Рекс» — и все бесполезно? Что было в записке? — повторила я.

— В записке было приблизительно следующее:

«Я вижу тебя во сне каждую ночь, каждую ночь ты со мной. Каждую ночь я тебя имею. И я знаю, что скоро ты будешь моей». — Произнося эти слова, Алевтина Павловна нервно передернула плечами.

— У вас объявился горячий поклонник! И что же в этом плохого? С этим можно только поздравить!

— Да, но такие записки я стала находить у себя в уборной почти каждый вечер! Причем никто в театре так и не смог сказать ничего путного о том, откуда они могли взяться. Никто не видел никого постороннего за кулисами! "

— Это интересно, но думаю, что одними записками дело не обошлось?

— Да, вы правы! Записки стали принимать более угрожающий характер. Так, в одной из последних значилось, что вначале он выпьет мою кровь, а потом надругается над моим уже бесчувственным телом!

— У вашего поклонника болезненная фантазия!

— Но можете представить, каково было мне все это читать! А в один прекрасный день вся одежда в моей уборной оказалась перепачканной кровью.

— Кровью? — переспросила я.

— Да! Кровью! Самой настоящей кровью! Эксперты в милиции потом определили, что кровь принадлежала собаке. Но я тогда долго не могла прийти в себя после увиденного.

— Представляю!

— А потом в крови оказалась моя постель!

— Ваша постель? Здесь?

— Да, здесь! В этой квартире! И там же лежал окровавленный нож. Тесак для разделки туш, знаете, такой тяжелый?

— Отпечатки пальцев на нем были?

— Нет! Милиции не удалось ничего обнаружить!

И в квартире тоже больше ничего не нашли!

— И как же к вам смог проникнуть неизвестный злоумышленник? — удивилась я. — Тем более вы ведь сказали, что у вас постоянно дежурят два человека из «Рекса»?