Коррупция - Николай Леонов

– Потапов! – повторил Гуров, вышел из-за стола, зашагал по кабинету.

«Они утверждают, что я им нужен. Зачем? Помочь арестованным я не могу, им это отлично известно. Никаких компромиссов, иначе поставят к стенке и заставят совершить такое… Отец… Мать… Фамилия… – почему-то о товарищах по работе он не думал. Неосознанно он причислял генерала Турилина, полковника Орлова к числу виновников происшедшего. – Они помочь не могут. Я обращусь, начнет скрипеть и разворачиваться неуклюжая многоступенчатая машина, информация уйдет на сторону, и девочки умрут. Если я начну торговаться, они тоже умрут».

У него началась рвота, он еле добежал до туалета.

«Я должен это сделать один».

Он долго просчитывал варианты, понял, что необходим помощник. «Кто? Ребята из МУРа не годятся, я не имею права толкнуть их на преступление». Он взглянул на часы – шесть утра, подошел к телефону, снял трубку, набрал номер. Трубку долго не брали, он ждал, наконец севший мужской голос ответил:

– Ну?

– Денис?

– Ну?

– Говорит Гуров, – он сделал паузу.

Сейчас по реакции он поймет, зря звонил или нет. На другом конце мужчина откашлялся и, четко выговаривая слова, сказал:

– Здравствуйте, Лев Иванович. Я весь внимание.

– Умойся, побрейся, не завтракай и приезжай ко мне. Адрес помнишь?

– Конечно, – ответил Денис и положил трубку.

С олимпийским чемпионом Денисом Сергачевым они последний раз виделись прошлым летом…

Был июнь, день выдался прохладный, и Гуров благоденствовал, так как жару не переносил. Он сидел в своем кабинете, долго писал бесконечные бумаги, поэтому телефонному звонку обрадовался.

– Гуров.

– Лев Иванович, здравствуйте, – произнес уверенный мужской голос.

– Здравствуйте, – ответил Гуров. – Простите, не узнаю.

– Вы меня не знаете. Я хотел бы с вами встретиться.

– С удовольствием, – сказал Гуров. – Для оперативного работника такое желание всегда приятно.

– Всегда? – чувствовалось, что абонент улыбается.

– Всегда, – твердо ответил Гуров. – Когда и где?

– Через час?

– Можно.

– Договорились. Через час вы выходите из управления и идете в сторону Пушкинской по правой стороне. Если вас не будут сопровождать, я к вам подойду. До встречи.

– До встречи, – ответил Гуров, но неизвестный уже положил трубку.

Он с радостью школьника, которому разрешили не делать домашнее задание, сгреб со стола бумаги, убрал в сейф, подумал и взял в руки пистолет.

Розыгрыш? У кого-нибудь из коллег юбилей, и его вытаскивают с работы? Голос был уверенный и спокойный. Чтобы узнать, холодная вода или нет, необходимо нырнуть. Такая встреча может оказаться и пустышкой, и золотым самородком. Всякое может быть, решил Гуров и надел наплечную кобуру.

В назначенное время он неторопливо шел по указанному маршруту.

Светлую «Волгу», стоявшую у тротуара, Гуров отметил шагов за тридцать. Два здоровенных парня пытались втиснуть в багажник непомерно большую коробку с телевизором. Гуров придержал парней взглядом, понял, что у них забот и без него достаточно, оглянулся, перевел взгляд вперед, и в этот момент его с двух сторон взяли под руки. Ему показалось, что локти сковали металлом. Он бросил взгляд вдоль тротуара, увидел женщину с коляской, молодую пару, понял, что кричать – только позориться. Водитель уже стоял рядом, он сказал:

– Без глупостей, Лев Иванович, – захлопнул багажник, смяв пустую коробку, и открыл заднюю дверь.

Гуров мог поставить ноги враспор, но тогда ударят по голове и, судя по тому, как жестко держали, ударят наповал, и он сел в машину.

Его сжали с двух сторон, один из парней ехидно прошептал:

– МУР. МУР. Легенда! Раритет…

Парень с девушкой наблюдали за происходящим в оцепенении. Когда «Волга» рванула с места, девушка зашептала:

– Номер. Запомни номер.

Парень, пытаясь скрыть свою растерянность, махнул рукой и авторитетно сказал:

– МУР работает. Какого лба смахнули средь бела дня. Тихонечко! Класс!…

«Волга», недолго попетляв по переулкам, остановилась у кафе. «Охранники» выскочили из машины, распахнули двери, картинно раскланялись. Гуров вошел, оглядел небольшой зал, за скромно накрытым столом только мужчины. Сидевший во главе встал, поднял бокал.

– Здравствуйте, Лев Иванович! Прошу!

Гуров, потирая затекшие руки, оглядел собравшихся, никого не узнал, приблизился к улыбающемуся тамаде.

– Здравствуй, Денис. Развлекаешься? – Гуров разозлился.

– Говорил, что не дело, – пробурчал один из присутствующих, мужчина не старый, но совершенно седой. – У человека без наших хохмочек всего в достатке.

Повисла пауза, Гуров чувствовал, что всем неловко, и весело сказал:

– Верно, в достатке. А вот хохмочек не хватает, – подошел к Денису Сергачеву и, хотя не испытывал к нему теплых чувств, обнял, похлопал по спине. – Спасибо, что выдернули на свет божий, – и занял предложенное место.

– Друзья! Соперники! Пенсионеры! – Денис поднял бокал. – За нашу встречу! – и чокнулся с Гуровым.

На тост ответили нестройно, без энтузиазма, но на Гурова взглянули с любопытством, однако быстро отвлеклись, заговорили о своем. Гуров почувствовал, что Денис хочет ему объяснить происходящее, подтолкнул его в плечо, мол, помолчи.

Впервые Гуров и Сергачев встретились у трупа молодой красивой женщины. Поначалу Гуров заподозрил бывшего спортсмена в убийстве. Но вскоре разобрался, истинный преступник был арестован. За прошедшие годы они несколько раз перезванивались, дважды встречались, говорили за жизнь и ни о чем.

Гуров ненавязчиво оглядел присутствующих. Двенадцать человек, только мужчины в возрасте от тридцати до сорока, и лишь один был абсолютно седым. Спортсмены, а седой – тренер, понял Гуров.

Через несколько минут на него уже не обращали внимания, лениво и тихо разговаривали, пили разное: водку, вино, минералку, а ели с аппетитом.

Гуров усвоил правила игры, тоже ел и пил, любопытства не проявлял, прислушивался к обрывкам не всегда понятных фраз.

– Не могу я по утрам бегать, сызмальства этого терпеть не перевариваю.

– Таскаю помаленьку… Лежа полторашку трою…

– У меня с этим делом хреновато… Хотя организм пока держит…

– А я не приучился. Мучаюсь… Все в компании, а я как медведь-шатун.

– Лешку не видишь?

– Его теперь надзиратель видит…

– А Семен на Республику заявил…

– Я своего в зал трижды приводил. Бегет…