Никто, кроме президента - Лев Гурский

Непрофессионализма на дух не выношу. Не перевариваю. Едва только его чую, как сразу начинаю заводиться и тихо свирепеть – словно я не капитан ФСБ с десятилетним стажем оперработы, а древний дедок-правдоискатель, контуженный в голову пенсионной реформой: кошмар собеса, ужас ДЭЗа, гроза кошатниц и рок-н-ролла. На лице я умею хранить невозмутимость, хотя внутри кипит-бурлит паровой котел. Коллеги привыкли к моей маленькой слабости, но этот молодой парень в модной белой рубашке был, похоже, новым пополнением и не успел узнать капитана Лаптева с плохой стороны.

– Что это, по-вашему? – Я показал ему на бурое пятно размером с десятикопеечную монету.

– Где? – переспросило это чудо в белом, бездарно притворяясь близоруким. – Где? Не вижу.

– Вот здесь. Вот. Рядом с моим пальцем.

Парень выкатил глаза, наклонился и сделал вид, что старательно приглядывается к пальцу. Я поборол искушение ухватить его за молодой нос, а потом слегка поводить вправо-влево.

– Ах, здесь! – произнес тип преувеличенно бодрым голосом. – Действительно, легкое пятнышко. Как же я не обратил внимания? Соком томатным, наверное, капнул кто-нибудь. Ничего серьезного.

– Это не сок, – сказал я с нажимом. – И меня крайне удивляет, что вы его не заметили.

– Значит, красное вино. Тоже пустяки.

– Нет, не вино.

– Клюквенный морс?

– Нет.

– Вишневый сироп?

– Нет.

– Масляная краска?

– Нет.

– Все, сдаюсь, – сказал парень, как будто он находился не на службе, а участвовал в телевизионной «Угадайке». – И что это такое? Мне уже самому любопытно.

Ему, видите ли, лю-бо-пыт-но! Ладно, приятель. Пеняй на себя.

– Есть у вас тут какой-нибудь железный предмет? – спросил я этого наглеца самым беспечным тоном, чтоб раньше времени не напугать. – Потоньше.

– А зачем вам?

– Фокус покажу.

Парень пошарил на полках и извлек из какой-то коробки большой гвоздь – очень ржавый и довольно острый. Прекрасно. То, что доктор прописал.

– Такой сгодится?

– Более чем. – Я взял гвоздь правой рукой, а левой внезапно перехватил ладонь этого типа и с силой прижал к крышке стола.

– Эй, вы чего? – занервничал парень и попытался вырваться.

Хо-хо, парниша: я этот захват проводил в своей жизни раз пятьсот. Практики воз и маленькая тележка.

– Хочу обогатить вас полезным опытом, – мягко объяснил я. – Человеку вашей профессии не помешает знать, откуда берутся такие пятна… Рукой не дергайте, я ведь могу и промахнуться. Тогда будет хуже.

– Не надо, – зашептал парень. Его лицо сделалось белее модной рубашки. – Я… я уже понял…

– А по-моему, нет. Глядите сюда. Это будет быстро. Раз!

– Ох! – выдохнул парень. – Ух! – Теперь на его белоснежной манжете образовалось такое же пятно. Только большое и свежее.

У меня в кармане телефон сыграл мелодию из «Генералов песчаных карьеров».

– Ты где? – спросил Голубев. – Опять дрессируешь экспертов из техотдела?

– Никак нет, товарищ генерал, – доложил я шефу. – Я на первом этаже, в нашей новой химчистке. Бьюсь за права потребителя. Неделю назад отнес им куртку, а они сегодня возвращают ее мне с моим же пятном от ржавчины, которое я посадил, когда перебирал лодочный мотор. Вычистили, называется…

Перед тем как открыть у нас внизу ведомственную химчистку, штатным сотрудникам Управления клятвенно наобещали, что возьмут туда одних асов из химвойск, способных вернуть любой ветоши кондицию свадебной фаты. Экспресс-методом, всего за сутки. По новой супертехнологии, украденной у японцев орлами из Службы внешней разведки. Под это великое дело из наших зарплат автоматом удержали по пять процентов. А грязь и ныне там. Полагаю, хваленый метод был украден у японцев еще Рихардом Зорге. Просто рассекретили его только сейчас.

– Так, может, они пока не умеют отчищать эти пятна? – заинтересовался генерал. – Ну, типа, квалификацию еще не набрали?

– Может, – согласился я, поглядывая на парня в белой рубашке, сердито колдующего над своей испачканной манжетой. На столике перед ним сразу выросла разноцветная гора склянок. В воздухе уже пованивало чем-то едким. – Думаю, теперь у них появится стимул. Так что, товарищ генерал, если у вас в гардеробе найдется что-нибудь ржавое…

– Этого добра, Макс, навалом, – завздыхал в трубке Голубев. – Думаешь, у одного тебя есть старый лодочный мотор? Я когда свой первый «Вихрь» брал, в шестьдесят четвертом… Тьфу ты, Лаптев, совсем задурил мне башку своей химчисткой! – спохватился вдруг шеф. – Бросай все и чтобы через десять минут был у меня в кабинете! Мухой! И разработку по Нагелю с собою бери!

«Десять минут» – это уж старик загнул. Даже если бы наши лифты работали не в аварийном, как всегда, а в редчайшем штатном режиме, я все равно никак не успевал за такое короткое время обежать половину здания, взять из своего сейфа дело Нагеля, вернуться в главное крыло, взвиться на генеральский этаж, пройти там на входе радиометрический контроль и муторную процедуру сканирования радужки (вдруг под маской Лаптева скрыт Усама Бен Ладен с атомной бомбой в жилетном кармане?) и лишь после этого попасть в приемную, где секретарша генерала Сонечка Владимировна еще трижды подумает, пускать тебя сразу к шефу или помариновать для порядка. Я давно смекнул, что Голубев нарочно назначает нереальные сроки: пусть, мол, подчиненный, опаздывая на доклад, заранее чувствует себя виноватым. А раз так, зачем мне гнаться за олимпийским рекордом? Семь бед – один ответ.

– Почему так долго, капитан Лаптев? – исподлобья буркнул шеф, завидев меня в дверях. – Спишь на ходу, что ли?

– Так точно, – бодрым тоном отрапортовал я. – Синдром хронической усталости, товарищ генерал. Чума ХХI века. Лечится отдыхом. Американский госдеп, я слышал, своим сотрудникам отпуска уже увеличил.

– С чего бы это ты устал? – Мой тонкий намек насчет отпуска Голубев, разумеется, пропустил мимо ушей. – Уж с делом Нагеля ты не перетрудился, не ври.

Генерал был прав, как никогда. Многолетнюю головную боль ЦРУ, МИ-5, Сепо и нашей Конторы, международного террориста Карла Нагеля в последний раз сцапали в России, но без моего участия. Я курировал операцию лишь на первом этапе, а потом инициатива плавно перетекла к Владику Хазанову из санкт-петербургского Управления. Ребята у него грамотные, ничего не скажешь. С некоторых пор они взяли на баланс хиреющее издательство «Пигмалион» и сделали из него отменную ловушку-липучку.