Угрюмый город - Фридрих Незнанский

Чуть в стороне от парадного входа размещалась обнесенная решетчатым заборчиком стоянка, почти все места на ней были заняты. У въезда, перегороженного обычной веревкой с привязанными красными тряпочками, переругивались совсем желторотый, лет четырнадцати, парковщик и толстенький мужичок, водитель белой «Волги».

— Дело в принципе, а не в пятнадцати рублях! — возмущался толстый. — Это безобразие! Я на десять минут приехал, с какой стати должен платить за целый час!

— Не нравится — паркуйтесь в другом месте, — безразлично пожимал плечами мальчишка.

— И припаркуюсь!

— Пожалуйста!

— И припаркуюсь! Совсем обнаглели! — Мужичок резко газанул, и «Волга» качнулась назад, чуть не влипнув в передний бампер джипа: Денис опрометчиво встал слишком близко. Но толстый, даже не взглянув в их сторону, развернулся и проехал мимо, продолжая ругаться: —Идиотизм какой-то! Безобразие! Безобразие форменное!

Места у противоположного тротуара было предостаточно — ни одной машины, но толстый укатил куда-то за угол, и, только повертев головой, Денис понял, в чем дело: на каждом столбе знак «остановка запрещена».

Желторотый парковщик призывно махнул им рукой, отбрасывая веревку, жестом показал: ехать помедленнее и пошел рядом, объясняя на ходу:

— Цены у нас такие: пятнадцать рублей в час, для постояльцев скидка: пятьдесят рублей — сутки.

— Не дороговато ли? — хмыкнул Щербак.

— Зато у нас сервис, — не смутился разбитной пацан. — Мы стекла протираем и гарантируем, что с вашей машиной ничего не случится.

— Ну-ну… — Николай без особого энтузиазма отслюнявил полтинник.

В холле было безлюдно. Толстенький водитель белой «Волги», видимо оставивший машину где-то недалеко за углом, обогнал Дениса и Николая в дверях и, сердито размахивая портфелем, засеменил к ресторану. Женщина-портье со старомодной прической а-ля «корзинка с яйцами» и оранжевой помадой на презрительно сжатых губах оторвалась от компьютера, смерила посетителей оценивающим взглядом и выдавила дежурную улыбку. К задней части монитора была приклеена табличка: «Вас обслуживает Кокорина Татьяна Леонидовна».

Щербак, галантно поклонившись Татьяне Леонидовне, поинтересовался:

— Не подскажете, в каком номере остановился Игорь Вовк?

Татьяна Леонидовна спрятала улыбку подальше и, вздохнув, ответила:

— Такого постояльца у нас нет.

Денис и Николай удивленно переглянулись. Денис даже обернулся на входную дверь. Нет, на стекле ясно и четко: Отель «Полет».

Щербак, опершись на стойку, наклонился поближе к женщине и переспросил, понизив голос:

— Как, совсем нет? То есть вообще нет?..

Она снизошла до объяснений:

— Выписался.

— Когда?! — практически хором спросили сыщики.

— Вы номер брать будете?

— Будем, только с телевизором, — с минуту подумав, ответил Денис. — Так когда он выписался?

— Вообще-то мы таких справок не даем… — Татьяна Леонидовна кокетливо надула губки.

Денис просительно улыбнулся:

— А в данном конкретном случае?

— Вы ему, собственно, кто?

— Друзья мы, — взялся с жаром доказывать Николай. — Договорились здесь встретиться, понимаете? Он сказал, что точно нас дождется. Мы целую ночь гнали, торопились, ни на минуту глаз не сомкнули, а тут — нате вам… Может быть, он просил нам что-то передать, записку какую-нибудь оставил?

Татьяна Леонидовна нехотя поискала в компьютере и подозрительно оглядела Николая:

— Первого июня выписался. Паспорта, пожалуйста.

— Первого? — Денис даже присвистнул от удивления. — А сегодня уже пятое. А он не сказал, куда уезжает?

— Думаете, он мне докладывал?! — фыркнула Татьяна Леонидовна. — Он же из Москвы, наверное, в Москву и уехал. Ваш номер сорок второй, четвертый этаж. Люксы, к сожалению, на ремонте.

В номере Денис первым делом включил телевизор и, обнаружив только два местных канала: «Урал-2» и ТРК «Снежинск», как подкошенный свалился на кровать. Щербак уселся на подоконник и закурил, глядя на безрадостно-мокрый пейзаж за окном:

— Что делать будем, начальник? Отдохнем и обратно поедем, так, что ли?

Денис не ответил.

— С одной стороны: аванс заплачен, надо как бы отрабатывать, — продолжал Николай. — А с другой — если Игорь все бросил и укатил, то, может, и не обязательно, а? Как думаешь? Я лично считаю, что подставил нас Игорек с этой поездкой. Взял и банально кинул! Навыдумывал себе чего-то. Громкое убийство… А его, может, и не было, убийства, вовсе. Почему тогда не позвонил, не отменил? Или не навыдумывал? Тогда зачем уехал? И куда он, блин, уехал?! За это время можно было уже пять раз в Москву слетать и обратно вернуться. На поезде обернуться можно было… Эй, начальник! — Щербак носком ботинка пнул спинку кровати, на которой лежал Денис. — Не спи, скажи свое веское слово! Мы делаем что-нибудь или не делаем? А если делаем, то что?

Денис вытащил из кармана мобильный телефон:

— Сперва позвоним Максу, пусть ищет Игоря в Москве. Потом пожуем и пойдем искать приличный бар, где можно посмотреть матч. Потом…

— Нет, ты только глянь на этого орла! — Щербак открыл окно и перевесился через подоконник. Денис подошел и тоже выглянул. Внизу мальчишка — примерно ровесник того желторотого с парковки — воровато озираясь, шмыгнул в подворотню. — Он только что два колеса на моих глазах проколол, представляешь?!

Под самыми окнами номера, а выходили они не на фасад здания, а в торец, стояла белая «Волга» того самого недовольного толстячка. И прямо на глазах она заметно оседала налево.

— Гостеприимный городок, — буркнул Денис, набирая номер «Глории», — ничего не скажешь.

За предыдущие треть века Денис про Снежинск усвоил только одно: существует такой город на Среднем Урале. В последний месяц его знания значительно расширились. Снежинск вдруг стал печально знаменит на всю Россию. 12 мая в Чечне боевики захватили в плен десять снежинских омоновцев. Естественно, это стало главной темой телевизионных и газетных новостей. 17 мая омоновцев расстреляли. По всей стране был объявлен траур. Правительственная комиссия отправилась в Снежинск разбираться в причинах трагедии. И тут полилось как из рога изобилия: омоновцев, оказывается, можно было спасти, но губернатор Снежинской области Туманов и начальник областного управления внутренних дел Огарев отказались вести с боевиками переговоры; в Снежинске, где на полмиллиона жителей порядка пятидесяти тысяч чеченцев, начались уличные беспорядки — толпа разгромила целый квартал в районе их компактного проживания, разграбила и подожгла несколько домов, а руководство города и области проявило полную неспособность справиться с ситуацией, неизвестно, чем бы все закончилось, но в соседнем квартале погромщики наткнулись на вооруженное сопротивление и рассеялись. А вообще в Снежинске и области самый низкий уровень жизни по России, самые высокие показатели роста преступности, самый низкий процент раскрываемости преступлений.