Сезон мошкары - Джайлс Блант

— Три «синих», один «кримор», одну водку с тоником!

Блэйн выгреб изо льда четыре бутылки и поставил их на поднос Дарлы.

— Чем там эта рыженькая занимается, Дарла? Что она пьет?

— Да ничего, по-моему. Те, что за последним столиком, угостили ее из своей кружки, так она даже и стакана не допила.

Блэйн отмерил Дарле порцию водки, и она долила туда тоника из сифона.

— Она что, пьяная? Чего она прыгает с места на место?

— Вот уж не знаю! Может, у нее дела какие… — Дарла вскинула на плечо поднос и прошествовала в «обезьянник», как она это называла.

— Эй, шеф!

Блэйн приблизился к троице возле бара. Парень по имени Реджис был ему знаком по школе, в бар он наведывался не часто — раза два в год. Его приятелей в бейсбольных кепках Блэйн видел впервые. Характер обращения к нему ничего хорошего не сулил.

— Привет, Блэйн, — сказал Реджис. — Объясни-ка наконец, что у тебя с рожей такое приключилось?

— Ага, — поддакнул его приятель в бейсболке, — чистый китаец, право!

— В воскресенье на байдарке ходил, так мошкара словно взбесилась.

— Что они, размером с собаку, что ли? Ты весь распух, на борца сумо похож.

Уже неделю его дразнили китайцем. Мошкара в это время года всегда житья не дает, но на этот раз она словно с цепи сорвалась — Блэйн такого не видел: она курилась черными тучами. Блэйн принял все обычные меры, побрызгался лосьоном от насекомых, надел шляпу, заправил брюки в носки, но мошкара висела в воздухе такой плотной массой, что с каждым вдохом лезла в рот. Эти усердные кормилицы своего потомства словно воспылали страстью к Блэйну, испещрив все его лицо укусами. К утру понедельника глаза у него заплыли так, что было трудно их открыть.

Он пробил в кассе три «молсона». Обернувшись опять, увидел возле себя рыженькую.

— Привет, — сказала она, вскарабкиваясь на табурет.

— Чего изволите?

— Просто воды, если можно. Не люблю я пиво.

Блэйн налил стакан воды со льдом и подложил под него салфетку.

— Вы такой большой…

— Да уж, не маленький.

Блэйн передвинулся за стойкой, собирая стаканы.

— И такой славный.

Блэйн хмыкнул. На вид рыженькой было лет двадцать пять, с лица еще не сошли детские веснушки. Кудрявая шапка волос необычайной густоты. Вот и она, видно, не убереглась — лицо, как и у Блэйна, искусано. В волосах застряли сухие листочки.

— Как вас зовут? — спросила она.

— Блэйн.

— Блэйн? Какое славное имя!

— Славное так славное. А вас как зовут?

— Признаться, запамятовала. Чудно, правда?

Внутри у Блэйна что-то екнуло. Пьяной девушка не выглядела, говорила она спокойно и вежливо. Сейчас она сползла с табурета и направилась к Реджису и его дружкам в бейсболках.

— Вы такие славные ребята…

— Ну, здравствуй, если подошла, — сказал Реджис. — Ты и сама недурна. Может, угостить тебя?

— Нет, не стоит. Мне не хочется.

— Эй, шеф! Подай сюда один «молсон» для юной леди!

— Не стану подавать, — сказал Блэйн. — Я слышал, она не хочет.

— Благодарю, Блэйн. Очень любезно с твоей стороны.

Протянув руку через стойку, Реджис ухватил сушившийся на полочке стакан. Он самолично налил туда пива и передал стакан девушке.

— Спасибо. Вы очень славный. — Она отхлебнула пива и поморщилась.

Блэйн придвинул к ней ее стакан воды.

— О, спасибо! Как славно!

Славно, славно, все такие славные… Скоро узнаешь, милочка, какие все славные!

— Меня зовут Реджис. Это Боб, а это Тони. А тебя как звать?

— Пока не знаю.

Парни засмеялись.

— Вот и хорошо, — сказал Реджис. — Не хочешь — не говори.

— Будем звать тебя Рыжик, — сказал тот, кого представили как Тони.

— Или Незнакомка, — заметил так называемый Боб.

— Анонимный секс, — сказал Реджис, и все засмеялись. — Анонимный секс — тираннозавр-рекс!

Он пощупал материю ее джинсовой курточки:

— Хорошая куртяшка!

— Да, мне нравится.

Тот, кого звали Тони, положил руку девушке на плечо и потрепал ее по голове. Вытащил листок из ее шевелюры.

— Ну и роскошные же у тебя кудри! Хоть и с мусором, а роскошные!

— Вы очень приятные ребята.

— Ты и сама приятная, — сказал Реджис. — Искусанная, правда, до ужаса, но я знаю, как поправить дело. — Склонившись к ней, он поцеловал ее в щеку.

Девушка засмеялась и потерла щеку.

Блэйн придвинулся ближе:

— Не пора ли вам домой, а, мисс?

— Слышь, Блэйн, не лезь-ка ты не в свое дело! — Реджис треснул кулаком по стойке, отчего с блюда просыпались орешки. — Она вовсе не пьяная, а просто веселится как может.

— Это ты веселишься как можешь, а она не в себе.

Девушка улыбнулась и потупилась.

— Два «кримора», три синих и пачку «Экспорта»!

Блэйн пошел обслужить Дарлу, а когда вернулся, рыженькая уже сидела на коленях у Реджиса.

— Мы уезжаем, лапочка, — говорил Реджис. — Нам пора.

— Вы такие забавные ребята.

Боб погладил девушку по голове:

— По-моему, тебе стоит поехать с нами. Прокатимся, познакомимся поближе…

Рука Реджиса поползла по куртке девушки. Та улыбнулась и стала что-то напевать. Рука Реджиса скользнула внутрь куртки.

— Оставь ее в покое!

Реджис отодвинулся от девушки и взглянул в лицо Джерри Комманде.

— Что ты сказал?

— Сказал, чтобы ты оставил ее в покое.

— Чего бы тебе не заняться собственными делами, Чингачгук?

Джерри спрыгнул с табурета и подошел к девушке:

— Вы знаете, как вас зовут?

— Эй, Тонто, — угрожающе протянул Реджис. — Полегче-ка!

— Заткнись. Так знаете вы, как вас зовут?

— Нет, — отвечала девушка. — Пока не знаю.

— А какой сегодня день недели знаете?

— Хм… нет, не знаю.

Реджис спустил девушку с колен и встал:

— По-моему, нам стоит выйти поговорить.

Джерри пропустил эти слова мимо ушей.

— Вы знаете, где вы находитесь? — опять обратился он к девушке.

— Мне говорили, но я забыла.