Неприятности в ассортименте - Наталия Левитина

6. Посещение 26 бутиков на центральной улице города.

7. Посещение магазина (выбор Юли).

8. Ночной клуб (ужин, танцы, знакомство с мальчиками)…

– Великолепно! – констатировала я. – Вот что случается с девушкой, когда она сильно ударяется головой о сундук, набитый золотыми дукатами.

– Какой сундук? – похлопала ресницами Ириша. – Нет никакого сундука. У меня кредитная карточка.

– Седьмой пункт тронул до слез. Я задыхаюсь от благодарности. Ты оставила мне право выбора! Любой магазин, какой захочу, да? Я укажу пальцем, и мы туда пойдем?!

– Да, – удовлетворенно кивнула Ириша.

– Вау! Спасибочки! – ядовито поблагодарила я.

Никогда особо не любила шопинг, а ежемесячные выплаты по ипотечному кредиту и вовсе отбили желание мотаться по магазинам. Мало приятного – чувствовать себя несостоятельной.

– А вот это… Восьмой пункт. Знакомство с мальчиками… Что ты имеешь в виду?

– Будем веселиться с молодежью. Я собираюсь выглядеть на двадцать два при дневном освещении и на семнадцать лет – при искусственном. Как ты думаешь, получится?

Я внимательно посмотрела на Ирину. У нее утонченный вкус, и не стоит сомневаться – ей вполне удастся с помощью косметики отщипнуть десяток лет от своего полновесного тридцатника. Гладкая кожа, блестящие волосы, чудесная фигура… При желании она успешно прикинулась бы и подростком. Однако в ее глазах – история тридцатилетней женщины, матери-одиночки, лишь недавно встретившей прекрасного принца. Беспечной и шальной девчонкой, раздвигающей толпу бюстом, свободным от оков лифчика, Ирине уже никогда не стать.

Да и не нужно!

Она прекрасна в своем возрасте.

– Нет, ты серьезно собираешься познакомиться с пацанами? Да у тебя муж – почти грудничок! Ненасытная ты моя!

– Лев младше меня всего на два года, – сухо напомнила Ирина.

…Увы, ввиду сложившихся обстоятельств до ночного клуба мы так и не добрались. Мальчики, внесенные в программу, эти резвые двадцатилетние аполлоны, были безжалостно лишены общества двух престарелых тетенек…

Я решительно вычеркнула из списка все пункты с упоминанием слов «магазин», «молл», «бутик».

– Ну, хотя бы заедем в «Бумеранг»! – взмолилась Ириша. – Я мечтала побродить там с тобой!

– Еще чего не хватало, – отбрила я подругу. – Тебя не тошнит от магазинов?

– Торговый молл! И он только-только открылся!

Да, грандиозный комплекс «Бумеранг» начал работать совсем недавно. Монументальное, сверкающее синими поверхностями сооружение отгрохала строительная компания «Спектрал». В прошлом году эта фирма активно публиковала рекламу в журнале, где я работаю. Мой начальник уже несколько раз отправлял меня в путешествие за святым Граалем – надо было наведаться в «Спектрал» и исторгнуть из рекламодателя новый контракт. Но каждый раз я сворачивала с тропинки, ведущей к офису фирмы, – неотложные дела не позволяли добраться до живительного оазиса.

Так недолго и выгодного клиента потерять!

В прошлом году строительная компания щедро оплачивала журналу аллилуйные статьи. Сейчас, судя по объемам строительства, развернутого «Спектралом» в центре города, фирма стала еще богаче.

Ладно. Заедем в «Бумеранг», восхитимся размахом, освидетельствуем эскалатор, прокатимся на скоростных панорамных лифтах. Потом, когда я стану уговаривать строителей заключить с журналом «Удачные покупки» новый контракт, это позволит мне быть убедительной: приятно хвалить хорошее. «Спектрал» действительно умеет строить и достоин комплиментов. Надеюсь, в этом году мой процент от контракта с этой фирмой будет несколько выше, чем в прошлом…

Позавтракав в кофейне (Ирина давно запала на их пирог с брокколи, а я – на «венский» кофе), выкурив по сигарете (видели бы это наши мужчины! Кошмар! А я, если честно, выкурила целых три), мы отправились в пресловутый «Бумеранг».

Раз подруге так хочется.

Сыграли в боулинг, затем убили целый час в отделах нижнего белья. Их в торговом центре оказалось одиннадцать! В восьмом отделе Ириша была, как прежде, бодра и активна, а я, при всей любви к красивому белью, демонстрировала отчетливые признаки маниакально-депрессивного психоза. Челюсть тряслась, прическа топорщилась так, словно меня подсоединили кабелем к линии электропередач.

Ира в очередной раз уверенно прошествовала в примерочную и ловко сдернула с себя одежду – сегодня на ней было яркое летнее платье. Персиковый цвет подчеркивал загар.

– А вот как раз для тебя! – Ириша протянула вешалку с прицепленным к ней комплектом. Блестящий голубой атлас и матовое кружево. – Примерь!

– Нет! – рявкнула я.

– Твой размер.

– Не хочу. – Я уже ненавидела корсетные изделия всеми фибрами души.

Тем более что необходимость изыскивать резервные мощности организма для наполнения чашечек лифчика всегда мучительна. Кому-то повезло больше: шмяк! – и бюстгальтер размера В, С и даже D туго набит природным богатством (дамам с силиконовыми имплантатами я не завидую). А мне приходится надувать легкие и собирать кожу чуть ли не со спины, чтобы удовлетворить запросы лифчика с чашечкой А…

Нет уж, спасибо.

Ну наконец-то удалось извлечь подругу из дебрей торгового молла.

– Вроде бы ты не собиралась ничего покупать, – окинула я взглядом ворох пакетов. – Эх, горе! Давай половину…

Законопатив покупки в багажнике автомобиля, мы отправились на выставку картин местных художников. Это был козырной туз, вытащенный мною из рукава. Немного побаивалась, не устроит ли Ирина мне обструкцию: ведь я попыталась напомнить ей о том, что в мире, кроме материальных, существуют и другие ценности…

Но подруга оказалась на высоте – в стенах картинной галереи она так же трепетала от восторга, как и в магазинах нижнего белья. Мне нравится ее открытость новым впечатлениям. Местные художники порадовались бы такому благодарному зрителю. У мрачных готических картин в свинцово-черных тонах по лицу Ирины пробегала тень, рядом с полотном, изображающим ромашковый букет, она сияла от удовольствия.

– Сколько интересных авторов, как много талантливых людей, правда? – сказала подруга. – Но кто о них знает? Эти художники… Они еще где-нибудь выставляются? Путешествуют по миру с выставками?

– Вряд ли, – скептически хмыкнула я. – Видишь, как мало посетителей в зале.

– Да. А это все продается?

– Да.

– Но наверное, не очень-то покупается. Бедные художники! – посочувствовала Ира. – Неблагодарная профессия. Пробиваются единицы, а что делать остальным?

– Просто жить. Это не только художников касается. Наверное, пять процентов человечества – везунчики, они сияют и искрятся в лучах успеха и славы. Остальные девяносто пять – обычные люди. И у всех – разнообразные психологические проблемы. Причем у счастливчиков, получивших от фортуны кубок с нектаром и амброзией, они на грани патологии. А художники… Ну, возможно, они подрабатывают оформлением квартир.