Благие намерения - Нора Робертс

– Я выяснила условия его заключения. Они строгие, у него нет доступа к электронике, к деньгам. Он никому не может заплатить. Могу себе представить, что этот слюнявый трус ищет способ до меня добраться. Но Баствик? Очень вряд ли. Тем не менее я еще буду им заниматься, – продолжила Ева. – Им и ее фирмой. Проверю, есть ли тут связь. Вдруг кто-то из фирмы нанял профессионала?

– Надо хорошенько покопаться в их финансах.

– Вот ты и копайся.

– Есть, сэр! Что там с ее родными?

– Тоже придется разобраться, чтобы их исключить. Вопрос прежний: зачем? Может, сестра ненавидит сестру и решает ее убить или заказать ее убийство. Но зачем примешивать к этому меня? Будем действовать методом исключения.

– Хорошо. Дай мне список. Не терпится позабавиться.

Она кивнула, посмотрела на свой бокал и отодвинула его.

– Я велела Соммерсету не открывать ворота любым рассыльным, не предъявляющим документы. Дверь не открывать вообще никому. Может, подействуешь на него своим авторитетом?

– Обязательно. Только учти, ему вполне достаточно твоего. Думаешь, кто-то может неверно интерпретировать ваши отношения из-за ваших препирательств?

– Это означало бы, что убийца слишком много знает обо мне, о нас. Просто не хочу рисковать. Тебе тоже не помешает усилить охрану.

– Ты считаешь, что меня могут к тебе приревновать?

Она подняла глаза и выдержала его взгляд.

– Типа того.

– Раз в центре всего этого находишься ты, то жизненно важно позаботиться именно о твоей безопасности.

– Я – полицейский с жетоном и с оружием.

– Предположим, преступник – бывший коп. Но опыт-то при нем. Давай действовать так, как ты предлагаешь: рассматривать и исключать одного подозреваемого за другим. Всем остальным займемся потом.

– Все равно ты будешь опасаться за меня больше обычного. Но не забывай того, что я уже говорила: не думаю, что теперь смогла бы жить без тебя. – Она встала. – Я дам тебе список. Пора начинать.

Рорк удалился к себе в кабинет. Галахад развалился в Евином кресле и захрапел. Ева принялась за свой журнал.

Когда все было готово, она вставила в журнал и на доску собственную фотографию.

Лейтенант Ева Даллас, подумала она, разглядывая себя. Потенциальная жертва, потенциальный свидетель, потенциальный мотив.

Однажды она уже побывала жертвой, хватит. Свидетель? Неплохо, можно постараться. Мотив – вот отчего ее тошнит. Этому надо положить конец.

Система – лучший друг полицейского, напомнила она себе. На это весь ее расчет.

Она вышла в кухоньку и запрограммировала много крепкого черного кофе. Вернувшись за стол, открыла свои входящие письма. Ей написали Мира, Надин, Макнаб, Фини, Чер Рео.

Суровый прокурор в стильной оболочке, Рео не занималась делами Барроу и Фицхью, но Ева не сомневалась, что Уитни уже ввел прокуратуру в курс дела. Рео жаждала новостей, хотела спорить. В том числе на личные темы.

В отличие от Баствик, Ева не умела прерывать дружеские отношения.

«Твой истинный, верный друг», – думала она, глядя на снимок надписи на стене в своем журнале. Что это значит? Уж не считает ли убийца, что все прежние ее друзья – лицемеры?

«Я единственный, на кого ты можешь положиться, – мысленно продолжила она за убийцу. – Полюбуйся, что я ради тебя сделал!»

Она поняла обращение убийцы именно так.

Как ни тянуло ее сразу открыть сообщения Миры, начать следовало с возможных улик.

Фини. Ничего нового она в его письме не прочла, только полный отчет и статистическую вероятность по росту и по размеру обуви. Зато ему удалось идентифицировать коробку: обыкновенный материал вторичной переработки, форма квадратная, диаметр 24 дюйма, обмотана клейкой лентой.

Интереснее другое: он умудрился нащупать угол, с которого читалась надпись на коробке – имя и адрес пострадавшей, такими же печатными буквами, что и надпись на стене. Отправителем значилась юридическая фирма.

Это подлежит проверке и уточнению, но Ева заранее знала, что это тоже обманка. Кто бы ни спросил – пусть даже сама пострадавшая, – чем занят подозреваемый, тот ответил бы: «Доставляю посылку мисс Леанор Баствик из юридической фирмы «Баствик энд Стерн».

Ничего не было оставлено на волю случая. Осторожность прежде всего.

Ева перешла к сведениям от Макнаба.

Переписка потерпевшей не содержит ничего подозрительного: ни споров, ни угроз; вопросов, чем она будет занята в день гибели, и то нет. По коммуникатору она тоже не предоставляла подобной информации.

Макнаб изучил некоторые ее переговоры с клиентами, с прокуратурой, с работником самой юридической фирмы, проводившим внутренние расследования. Ева прочла все это в надежде нащупать хоть какую-то зацепку, но, как и Макнаб, ничего не нашла.

Информация в офисном компьютере потерпевшей прошла редактуру. Стерн не проявил услужливости, но Ева была к этому готова: он защищает интересы преступников или лиц, обвинявшихся в преступлениях.

На информацию в домашнем компьютере Баствик, касавшуюся отношений между адвокатом и клиентом, тоже наложили ограничения.

«Будем играть по этим правилам», – подумала Ева и позвонила Рео.

– Как поживаешь, Даллас?

– Бьюсь головой о стену, возведенную Стерном и фирмой «Баствик энд Стерн». Нам не разрешен неограниченный доступ к компьютерам Баствик, а это мешает следствию.

– Знаю. Отношения «адвокат – клиент» – это тебе не шутки.

Ева состроила гримасу экрану, с которого на нее смотрели обманчиво невинные синие глаза белокурой прокурорши.

– Брось, Рео, она мертва. Ее мог убить кто-то из клиентов.

– У тебя есть подозреваемый? Это кто-то из ее клиентов?

– Все они – подозреваемые.

– Даллас, если ты хочешь, чтобы я обошла правило, дай мне причину. Убедительную причину. Завтра я обязательно поговорю со Стерном и потребую внутреннего расследования.

– Блеск! Если он сам выдрал ей язык, то отдаст себя в руки правосудия.

– Даллас! – Рео всплеснула руками. – Видишь, на мне наручники! Но я все равно сделаю все, что смогу, пущу в ход доступные мне рычаги, где смогу, подтолкну. Скажи, ты, как следователь, веришь, что Баствик убил кто-то из ее клиентов?

– У меня недостаточно информации, чтобы верить или не верить. Но есть куча угроз, звучавших на протяжении многих лет.

– Пришли мне копию этого файла. Тут я смогу помочь.

– Кое-что я наскоро проверила. Я не работала ни по одному из дел, связанных с угрозами. Год назад угроза поступила по делу, которое вели Бакстер и Трухарт, пять лет назад – по делу Рейнеке, три с лишним года назад – Райнеке и Дженкинсона.