Тихий омут - Анатолий Галкин

Компания пошла на выход. Одна за другой хлопнули не скрипучие двери…

Варвара понимала, что здесь ей больше делать нечего. Скоро в эту темную и душную комнату заявится Факир и будет очень трудно объяснить ему свое любопытство. По голосу Варе показалось, что фотограф маленький, хрупкий, туповатый и трусливый человечек. Но с таким же успехом этот голос мог принадлежать тупорылому двухметровому бугаю. В любом случае встреча с Факиром в его владеньях нежелательна. А пока он провожает «соучастников банды» до машины можно выскочить в темный коридор и затаиться там в углу. Даже при обнаружении легко отговориться: только что заскочила, шла из пивного ресторана и вдруг понадобилось уединиться.

Варвара рванулась в зал, но… Факир замер у входной двери и смотрел на нее испуганными и глуповатыми глазами. Он не был тщедушным. Отнюдь! До двухметрового гиганта ему не хватало всего сантиметров десять. И плечи были на уровне – потаскайся всю жизнь по пляжам с аппаратурой и пальмами на плечах.

Немая сцена затянулась. Оба уловили, что словами делу не поможешь. Факир сообразил, что гостью надо ловить, а Варвара – надо бежать.

Между противниками было всего десять метров, но по центру этого складского зала были составлены пять столов. Плотно, в линейку. А на них навалены ящики и разное фотографическое барахло. Так что у Варвары было два пути к свободе: справа от столов и слева. У Факира был столь же ограниченный набор путей для поимки нарушительницы спокойствия.

Первым начал действовать Факир. Он ехидно улыбнулся, повел плечами и, выставив вперед руки, начал активно разминать пальцы, готовясь к решающей битве. Фотограф двинулся по проходу, который шел вдоль окон. Варвара с той же скоростью двинулась вдоль стены. Когда они поравнялись и их отделял лишь забор из столов, коробок, увеличителей и бутылей, Факир понял, что если он сделает хоть пару шагов вперед, эта, попавшая в западню дамочка рванется к двери и превратится в беглянку. Он, не разворачиваясь, вернулся к двери и занял исходную позицию.

К этому времени Варвара так же вернулась в свой угол и ожидала дальнейших действий. Факир двинулся вдоль стены, а Варя (вы правильно поняли) начала медленно пробираться вдоль окон.

Насчет туповатости Факира Варвара по голосу определила точно – он сделал десяток подобных попыток пока понял их бесперспективность.

Фотограф стоял, закрывая собой дверь и соображал. В абсолютной тишине Варвара даже слышала, как скрипят в его голове шарики, заезжая за ролики.

И все же он принял правильное решение: он начал перегораживать один из проходов. Сначала он подтащил тумбу. Затем в ход пошли стулья и колченогое кресло. Вся эта баррикада была скреплена проводами и старыми халатами.

Варвара было тоже попыталась загородить свой проход, но строительного материала и проворности у нас было явно меньше… Она вспомнила, что в темной комнате был телефон, а дверь в нее запиралась на мощный засов. Это могло быть спасением!

Она бросилась в уже знакомое убежище с красным фонарем, захлопнула дверь и решительно задвинула засов. Только тогда она поняла что он, как и многое другое у нас, держится на маленьком ржавом гвозде и на честном слове. По грохоту, доносившемуся из зала, Варвара поняла, что Факир завершает разбор ее завальчика и через десять секунд начнет рваться в дверь. Два, ну – три рывка. Одним словом набрать номер и что-то внятно объяснить она уже не успеет. Да и кому звонить в полночь?

Варя быстро оглядела свою камеру: столы вдоль стен, узкий высокий шкаф рядом с дверью, за ним мощная пустая тумба. Подтянув стул, Варвара взлетела сперва на него, а затем на тумбу. Нормально, устойчиво. Она наклонилась, подняла за спинку стул к самому потолку и швырнула его в сторону красного фонаря… Полный мрак? Лишь когда Факир дергал дверь, из щелей пробивались хилые лучики света. А дергал он дверь часто и ласково – очень не хотелось портить свое имущество.

Только пятый или шестой рывок оказался результативным – дверь распахнулась, а освобожденная от своего места задвижка жалобно звякнула и застыла на полу.

Факир сделал через горы один шаг и остановился. Его глаза с трудом привыкали к темноте, которая была довольно зловещей. Эта чумная баба может спрятаться где угодно. А что ей дальше в голову взбредет?

Варвара стояла на своей тумбе тихо, плотно прижимаясь и даже вдавливаясь в стену. Рука ее где-то под потолком упиралась в очередную десятилитровую бутыль, стоявшую на крышке того самого высоченного шкафа у двери. Бутыль была полна. И в ней могло быть что угодно, вплоть до самогона из серной кислоты. Хорошо бы – кислоты!

Толчок по бутыли – поддается. Еще толчок!

Факир услышал доносящийся сверху шорох и машинально задрал голову. Он даже успел увидеть, как что-то круглое, блестящее и знакомое надвигается на него сверху. До боли знакомое! До очень сильной боли…

Бутыль грохнула Факира по переносице и разбила ее. А сама разбилась, только упав на пол…

Варвара не видела всего этого. Стоя на тумбе за шкафом она только слышала смачный удар, жалобный вскрик обиженного мужчины, веселый звон стекла и шумный шлепок упавшего тела.

Соскочив на пол, Варя первым делом наклонилась и принюхалась. Нет, это была не кислота. Это был банальный фотофиксатор или закрепитель. Но очень большой концентрации. Так что, зафиксировал он Факира капитально. Только через десять минут тот очухался и смог мутным взглядом осмотреть свои связанные руки и ноги…

Варвара сидела на стуле, возвышаясь над ним, лежащим на полу с несчастным видом, с распухшим носом и с просящими, покорными глазами.

– Как зовут-то тебя, Факир?

– Василий.

– Знаешь, Василий, давай будем на «ты»?

– Давайте.

– Ну, как хочешь… Твои друзья куда поехали, в «Лазурную»?

– Ага.

– К Маруевой?

– Не знаю… К тем, что на фотографиях… Мы хотели им снимки передать.

– Передать?

– Продать… Это просто бизнес. Сделка такая: купля-продажа. Здесь все законно.

– Понятно, Василий. Конечно, сделка. А не захочет купить – бабу к трубе привязать, а мужика – ножичком побрить, срезая все выпуклости.

– Я фотограф, я фиксирую моменты отдыха…

– Короче, Вася. Сколько их будет в номере?

– Трое. Я – четвертый… То есть, я бы принес снимки и сразу же ушел.

– Кто-нибудь их страхует?

– Где?

– В гостинице. Кто еще об этом знает?

– Всего несколько человек: охрана внизу, администратор, дежурная по этажу…

– Так у вас банда, Василий. Целая сеть… А скажи мне, Вася, как вы на эту Маруеву вышли?

– Таксист привез. Они нам все время таких клиентов поставляют.

– Каких таких?

– Ясно каких. Муж у нее банкир богатый, а она с мальчиком приехала. Нехорошо. Развлекались – плати. Это справедливо.