Деньги со стоном - Владимир Колычев

Автомобиль остановился, водительская дверь открылась, и Глеб увидел женщину, не узнать которую просто не мог.

Олесе было четырнадцать лет, когда они расстались. На свои тридцать три года она сейчас и выглядела. Но как! Кожа лица в идеальном состоянии, подбородок четкий, шея без дряблостей. Стильная прическа, продуманный макияж, белый брючный костюм. Но главным в ней так и оставалась та самая красота, которую Глеб до сих пор считал эталонной. К ней прибавились свежая зрелость и яркая эффектность.

Глеб смотрел на нее, вытягиваясь в лице. Даша заметила его растерянность.

— Это кто? — спросила она, с подозрением глядя на Олесю, которая приближалась к ним.

— Моя жена, — громко сказал он и посмотрел на Олесю, требуя подтверждения.

Глеб даже попытался ей подмигнуть, но вместо этого у него вышел какой-то нервный тик.

— Что здесь такое происходит? — спросила Олеся, строго глянув на него.

— Мы с Глебом любим друг друга! — заявила Даша и, как говорится, встала в позу.

Но Глеб мотнул головой, не соглашаясь с ней.

— Это правда? — Олеся посмотрела на него так, как будто он действительно был ее мужем.

При этом она грозно надвигалась на девушку.

Глеб должен был посторониться, но его отступление могло показаться жалким бегством.

— Нет! — ответил он.

Даша шагнула в сторону. Олеся прошла во двор. Глеб недовольно глянул на соседку и захлопнул калитку перед ее носом.

— Ну, здравствуй, дорогой! — громко сказала Олеся.

Даша наверняка ее услышала, но видеть уже не могла. И все же Олеся, подыгрывая Глебу, поцеловала его в щеку. От нее пахло духами, солнцем и нежным сексом на свежем утреннем ветру.

От сильных ощущений Глеб захмелел, невольно обнял ее за талию, привлек к себе.

— Привет!

Олеся приложила палец к его губам, предостерегающе глянула ему в глаза. То ли она требовала молчания, то ли запрещала целовать себя.

— Ну, рассказывай, — громко сказала Олеся и направилась к дому.

— Это совсем не то, что ты думаешь.

— Это как раз то самое! — донеслось из-за калитки.

— Это что за чудо? — спокойно, вполголоса спросила Олеся.

— Да так…

— Смазливая девочка. Ты мог бы и жениться на ней.

— За тридцать четыре года не женился.

— Яша где? — Олеся поднялась на крыльцо.

Глеб обогнал ее, открыл дверь и ответил:

— На службе.

— У него сегодня отгул, — сказала Олеся, зашла в холл, осмотрелась и кивнула, давая понять, что в доме все на уровне.

Возможно, у нее у самой дом был не хуже. И машина у Олеси дорогая, и костюм явно не с барахолки. Сумочка и босоножки от «Прадо».

— Может, он у любовницы? — предположил Глеб.

Олеся обернулась, глянула на него с гневной иронией и повела бровью точно так же, как делала это в былые времена в ответ на сказанную глупость.

— Чай, кофе, выпить?

— Холодненькой «Анапы», — сказала она, сворачивая в каминный зал.

— И завтра в школу не пойдем! — добавил Глеб.

«Анапа» — вино особенное, из жмыха. Стоило оно дешевле водки, а по шарам било крепче. Яша как-то раздобыл три литра. Глеб отрубился после второго стакана. Да и Олеся потом говорила, что ничего не помнила.

— Я с тобой спать не буду, — сказала она, с хозяйским видом усаживаясь в кресло.

— Ты же обещала. — Глеб улыбнулся, изображая легкое возмущение.

Олеся удивленно вскинула брови.

— А я купил этот дом! — заявил он.

— Да, но я узнала об этом после того, как ты переспал с какой-то дурой.

— Не смог проплыть мимо. — Глеб кивнул в сторону моря.

— И сел на мель.

— Ничего, у меня брюхо крепкое.

— И кожа толстая. Сколько у тебя таких невест было?

— Немало. Но ни одна из них не выдержала сравнения… — Глеб нарочно взял паузу.

Олеся держалась невозмутимо, демонстрировала независимость, но все же повелась и спросила:

— С кем?

— С тобой.

— Да, Яша говорил, что ты был в меня влюблен.

— А сама не догадывалась?

— Мог бы и признаться.

Глеб щелкнул пальцами, вышел из комнаты, вернулся с чашечкой кофе и стаканом холодной воды.

— Ты уже давно здесь? — спросила она, кивком поблагодарив его за услугу.

— Да как сказать…

— Мог бы узнать мой адрес. — Олеся посмотрела на него с укором.

Но вместе с тем она просила не воспринимать всерьез ее милую обиду.

Ну, не захотел встретиться, и не надо.

— Я безумно рад тебя видеть! — сказал Глеб.

— Почему ты не узнал мой адрес?

— Ну, я думал…

— Чем?

— Ты знаешь, как я сюда приехал, так у меня все через это место и пошло, — с усмешкой произнес Глеб.

— Да, Яша говорил.

— Вы общаетесь?

— Иногда он остается у меня на ночь.

— Да?

Глеб все знал и прекрасно понимал. Яша жил с Олесей, у них была дочь. Глеб относился к этому спокойно. Но появилась Олеся, и в душе его поднялась самая настоящая ревность, схватила за горло.

— А что в этом такого? — спросила Олеся и удивленно повела бровью.

— Да нет, ничего. Ты замужем?

— Ну вот, наконец-то! — Она едко усмехнулась, поднимаясь со своего места, при этом бросила взгляд на свою левую руку, на которой красовалось обручальное кольцо.

Глеб и сам должен был понять, что мужа у нее нет. Она в разводе или вдова.

— Ты уже уходишь? — спросил он.

— Ну, если Яши здесь нет…

— Может, подъедет. — Глеб глянул на часы.

Яша вроде бы и устроился к нему на постой, но на ночь оставался далеко не всегда. Сегодня, например, не ночевал.

— Подъедет. И застанет нас здесь.

— И что?

— В том то и дело, что ничего. Но все равно!.. — Олеся подняла палец, собираясь сказать что-то в ироничном ключе, но передумала, чуть помолчала и осведомилась: — Проводишь?

Глеб проводил ее до машины. Даша уже ушла, но мог появиться Ларион. Глеб это понимал, но назад не повернул. Будь что будет.

— Ну, пока, — сказала Олеся, с едкой иронией глянув на него.

— До встречи, — буркнул он.