Шаги в темноте. Убийство Адама Пенхаллоу - Джорджетт Хейер

Встав с кровати, она накинула халат. Конечно, можно разбудить Питера, спавшего в комнате напротив, и попросить его сходить в библиотеку, но миссис Босанквет посчитала это позорным малодушием. Она всегда гордилась своим хладнокровием, не верила в призраков и не желала, чтобы ее считали слабонервной дамочкой, боящейся спуститься ночью вниз. «В дни моей молодости нервы были не в чести», – часто повторяла она.

– Я тихо спущусь вниз, возьму печенье и книгу и никого не буду беспокоить, – твердо произнесла она, беря со столика свечу.

Лампа в коридоре была погашена, и безлунная ночь делала тьму непроницаемой. Другая бы испугалась, но миссис Босанквет не боялась темноты. «Скорее надо опасаться света, – рассуждала она. – Это означало бы, что в дом кто-то залез».

Но внизу было так же темно. Держась за перила и высоко подняв свечу, миссис Босанквет осторожно спустилась по лестнице. Ступеньки предательски скрипели, и в мертвой тишине каждый звук казался оглушительным. Оставалось надеяться, что скрип этот не разбудит Селию.

Дверь в библиотеку была приоткрыта. Толкнув ее, старая дама вошла в комнату. Насколько она помнила, банка с печеньем стояла на маленьком столике рядом с дверью. Вглядевшись, она увидела ее и, поставив свечу, взяла оттуда пару кружочков и положила в карман халата. Ничего страшного не происходило, под ноги к ней не падали черепа, и постепенно ее волнение исчезло. Взяв свечу, она повернулась к книжным полкам, тянувшимся вдоль стены напротив камина. Свеча давала мало света, и, пересекая комнату, миссис Босанквет налетела на кресло.

Теперь перед ней стояла нелегкая задача выбрать что-нибудь подходящее. Подняв свечу, она стала изучать корешки книг с малообещающими названиями. – «“Размышления о смертности всего живого”, – прочитала миссис Босанквет. – Господи, как мрачно. “Проповеди доктора Бримли”. Это, конечно, может усыпить, но… “Тиндаль о свете истины”… Это уже лучше!»

Когда она взялась за книгу, ее вдруг охватил ужас, и она застыла, тревожно прислушиваясь. Но в ушах отдавалось лишь биение сердца, что, впрочем, ее ничуть не успокоило. Миссис Босанквет, никогда не жаловавшаяся на нервы, почувствовала, что в комнате кто-то есть.

– Ерунда, – попыталась взбодриться она. – Ясно, что здесь никого нет.

Миссис Босанквет заставила себя вытащить книгу, но ощущение чужого присутствия не проходило. Она не смела двинуться или обернуться, хотя понимала, что это глупо.

«Я должна повернуться, – подумала она. – Все это чепуха. Здесь никого нет. Не стоять же мне тут всю ночь. Надо просто обернуться и посмотреть».

Она начала медленно подвигаться к двери. Ужас нарастал, дыхание перехватывало от страха.

«Никогда не следует поворачиваться к опасности спиной, – думала миссис Босанквет. – А вдруг он крадется за мной? И сейчас до меня дотронется?»

Сердце колотилось уже у самого горла, она была близка к обмороку. Миссис Босанквет остановилась и с опаской кинула взгляд через плечо. Никого. Но что там за темная фигура у камина? Кресло с высокой спинкой. В полной уверенности, что это так, она бесстрашно двинулась к нему, высоко подняв свечу.

Темный силуэт обозначился отчетливее. У камина неподвижно стояла фигура в монашеском одеянии. В прорезях капюшона блестели глаза, неподвижно смотревшие на миссис Босанквет. Она остановилась. Фигура шевельнулась и заскользила к ней по паркету, угрожающе вытянув руку, похожую на когтистую лапу хищной птицы.

И тут впервые в жизни миссис Босанквет, дико закричав, без чувств рухнула на пол.