Москва-Ростов-Варшава - Ирина Горбачева

– Так что от меня требуется?

– Если понадобится, то вы должны при Николае, рассказать, как всё было. Подтвердить, что Анатолий скрылся с привезёнными вами деньгами. Рассказать о встрече с судьёй. О том, что Николай поставил вас на счётчик.

– Кому я это должна подтвердить?

– Прохору.

– Ну, да ни много, ни мало… Ясно.

– Завтра у меня стрелка, то есть встреча с Прохором. Туда же подъедет Николай. Если Прохор захочет задать вам несколько вопросов, в общем, вы сможете, завтра поехать со мной на встречу? Я обещаю, если Николай держит вашу сестру и Анатолия, то Прохору он скажет, где они. Возможно, ваша помощь не понадобится, ты просто посидишь в машине, на всякий случай.

– Конечно. У меня вроде и выбора нет. Но вы уверены, что Прохор будет меня слушать?

– Посмотрим по обстоятельствам. Если сочтёт нужным, будет. Завтра согласуем наши действия.

Включайся, не включайся, – думала я, входя в лифт, – боязно, но это, кажется, последний шанс узнать что-то о Лёле. Господи, пусть с ней будет всё в порядке! Включив свет в холле, я прошла в комнату и потянулась за телефонной трубкой, но вдруг сзади меня что-то прошелестело, и от сильного удара по голове я потеряла сознание.

Анатолий накинул капюшон на голову и вышел из подъезда.

– Как же они мне все надоели! Что ей делать в чужой квартире? Сидела бы в своём Ростове, так нет, всё что-то вынюхивает. Паспорт Лёлькин забрала. Ушла, зачем вернулась? Вот и получила по голове. Где же этот участковый?

Анатолий вошёл в сквер, недалеко от дома Лионеллы и подошёл к полному усатому мужчине в милицейской форме.

– Ну, что Толик, принёс? – усач, приветствуя, протянул ему руку.

– Да, держи, вот паспорт. Постарайся всё провернуть как можно быстрее. У меня время поджимает. Я уже должен быть в Киеве.

– Я не Бог, я только участковый. Главное покупатель на квартиру есть. Не суетись. Надо всё сделать по уму. А то ты с деньгами рванёшь за кордон, а случись что, спрос с меня? Всё, разбегаемся, нам светиться вместе не к чему.

– Да, тут дело такое, – Анатолий замялся, – ты мог бы узнать, есть ли сейчас кто в квартире?

– Не понял?

– Чего ты не понял? Сестра её там ошивалась. В общем, я пришёл за паспортом, и вдруг она заходит. Я что светиться должен был? Пришлось слегка её по голове пригладить. Проверить надо, хоть жива она там или нет?

– Мы так не договаривались.

– Держи, теперь договорились? – Анатолий протянул майору несколько купюр.

– Я, конечно, проверю, но если там труп, то…

– Понял, понял, давай, пока, я позвоню.

Попрощавшись с участковым, Анатолий направился в сторону метро «Войковская», к телефонному переговорному пункту.

Чтобы попасть в душную кабинку для переговоров с остатками запаха пота, оставленного полным с отдышкой мужчиной, пришлось отстоять почти двухчасовую очередь. Наконец, Анатолий дождался, когда голос телефонистки пригласит и его.

– Киев на проводе! Пройдите в седьмую кабинку!

– Пан Петер, когда вы собираетесь назад в Чехословакию? Наш договор в силе? Нет, нет, недостающую сумму я вам привезу, как обещал. Я могу быть уверен, в том, что мой залог за гостиницу не пропадёт? Да, мои документы на выезд почти готовы. Остальную сумму я вам передам наличными, в Киеве, как договаривались. Всё хорошо, до встречи.

Из переговорного пункта, Анатолий вышел в приподнятом настроении.

– Не всё так плохо. Теперь осталось только ждать. Как же Лёлька подвела меня и с квартирой и с валютой, привезённой её сестрой. Но может, удастся этому усачу провернуть сделку с фальшивыми документами. Пару раз прокрутят квартиру, потом концы в воду. Ну, это уже их будет дело. Мне хотя бы полцены получить за неё. Всё, перекантуюсь пока у Маринки на даче. Ничего, скоро стану владельцем гостиницы в Чехии, маленькой, зато своей.

– Пятьдесят минут пути и я в безопасности и покое, – Анатолию удалось сесть у окна в переполненной электричке, – хорошо, что Маринка скрывала от всех свою дачу. Оформила её на кого-то из родственников. Ищите, если найдёте. Во всяком случае, меня на её даче искать никто не будет. А вот и тот перекрёсток.

Из окна вагона электрички ускользал из виду перекрёсток, на котором он оставил Лионеллу.

– Она сама виновата в том, что произошло. Только она виновата.

Ему вспомнился тот тревожный день, когда он решил окончательно переговорить с Лёлей. А началось всё в квартире у Марины.

– Мара, мне пора. Лёлька уже рвёт и мечет.

– Мне надоели эти быстрые встречи, твои обещания. Мало того, что я из-за тебя постоянно хожу по острию ножа, так ещё должна делить тебя с этой фифой.

– Марочка, ну что ты всё время обостряешь ситуацию. Ты действуешь в рамках закона. Это я хожу, в прямом смысле под ножом. А потом, каждый из нас получает то, что хотел.

– Ты смеёшься? Или хочешь меня упрекнуть этими подачками, какими кормишь? Я-то знаю, сколько ты получаешь за наши услуги, да ещё не брезгуешь левыми делами в обход Прохора.

– Марина, твой язык до добра не доведёт. Ты, может, думаешь, что мне доставляет удовольствие жить с этой куклой Лёлей?

– Ладно, не кипятись. Но чтобы утешить моё самолюбие, я повышаю свои расценки на одну треть.

– Подожди, ты что? Прохор на это не пойдёт. Он найдёт других людей, а с нами поступит очень просто – избавится, да так, что нас собаками не найдут. Ты этого хочешь? – Анатолий был на грани нервного срыва.

– А кто такой Прохор? Не знаю никакого Прохора. Я с тобой дело имею. И будь любезен платить мне соответственно моему риску, – Марина накинула на себя пеньюар и села к трюмо. Смывая с лица макияж, она, глядя в зеркало, наблюдала за Анатолием.

– Мариша, это всё из-за Лёльки? Ну, потерпи, любимая. Она же развелась со своим физиком. Проводила его в Америку. Ты же знаешь, я только недавно переехал к ней. Ну, никак нельзя упускать такую шикарную квартиру. Такой куш! Ты же мечтаешь стать хозяйкой гостиницы? Потерпи, осталось уговорить её сочетаться со мной законным браком.

– Мечтай, мечтай. Зря надеешься, я разговаривала с Татьяной, она намекнула, что хотя Лёля и влюблённая дурочка, но замуж за тебя и прописывать к себе никого не собирается. Она говорит, что эта квартира Алика и его матери.

– Ты говорила с ней на эту тему? Так Татьяна с ней в соре.

– Толик, всё. Или мы завязываем с Прохором и перебираемся на Запад, или нам надо пересмотреть наши отношения.

В этот день Анатолий ушёл от неё взвинченным и обескураженным. Раньше Марина с ним так категорично не разговаривала.

– Так я тебе и поверила, аферисту и мошеннику. Нет, милый, я тебе не Лёля и я не из компании одураченных тобой дам. Новое время подарило мне шанс, и я его использую. Нужна мне твоя гостиница, так же, как и я, тебе там. Выдоишь и бросишь. Нет, со мной у тебя номер не пройдёт, – думала Марина Сутейко, услышав громкий стук захлопывающейся входной двери за Анатолием.