Аполлон на миллион - Дарья Донцова

— Нет, пачка пасты, — стоял на своем Игорь.

— Ты уж определись, что было в торбе, вкусные макароны или книги по бизнесу, — вздохнула я, бросив на родственничка злой взгляд. — И врачу надо сообщать правду. Повторяю: меня травмировало ядро.

Хирург поднял очки на макушку.

— Впервые слышу о таком случае. Откуда оно взялось? Только не говорите, что в Кремле выстрелила Царь-пушка.

— Ладно, — сдался Гарик, — она права. Макарон в сумке не было, там ядро. С каторги.

— Ага, — кивнул травматолог, — очень интересно, продолжайте.

— Оно — наказание Рылькина, который в тысяча двести двадцать третьем году убил царя Ивана Заборова, — зачастил Гарик.

Я смиренно сложила руки на коленях. Игорю нужно заучить историю раритета и постараться запомнить имя государя, он у него то Иван Первый Калиткин, то Заборов. А он, вдохновленный тем, что его слушают не перебивая, вещал про Юрия Коротконогого, каторгу, семейную ценность потомков маркиза…

— Весьма поучительно, — протянул доктор, когда фонтан красноречия Гарика иссяк.

В кабинет заглянула медсестра.

— Петр Ильич, вы меня звали?

Ага, значит, под столом у травматолога есть кнопка, нажав на которую врач может незаметно для пациента кликнуть кого-то на помощь.

— Пожалуйста, пригласите Руфину Марковну, — попросил Петр Ильич, — нужна ее консультация в отношении ноги госпожи Васильевой.

— Ясненько, уже несусь, — ответила девушка.

— Руфина Марковна прекрасно справится с воспалением, которое может возникнуть на месте, лишенном ногтя, — объяснил Петр Ильич, — надо ей травму показать.

— Я уже здесь, — произнесла полная женщина, входя в кабинет. — Что тут у нас?

— Нога! — ответила я.

— Прекрасно, — кивнула Руфина Марковна, — давайте поговорим об этом.

— Глубокоуважаемая коллега, — нежно пропел хирург, — Дарья и Игорь уверяют, что травму пациентке нанесло ядро.

— Очень интересно! — обрадовалась докторица.

— Которое прикатилось с каторги, — продолжал Петр Ильич.

Руфина Марковна пришла в восторг.

— О! Еще лучше!

— Прибыло прямиком из тысяча двести двадцать третьего года, когда предок Игоря Рылькин убил царя Ивана Плетнева.

— Заборова, — поправил Гарик. — И я потомок Юрия Коротконогого. Он выстрелил в покусителя… покушателя… короче, спас государя, за что и получил титул маркиза.

— Восхитительно! — пропела Руфина Марковна. — Продолжайте, голубчик. Рада, что вы решили поговорить об этом.

— Царя Заборова на Руси не было. Игорь ведет речь об Иване Первом по прозвищу Калита, — решила уточнить я.

— Это он подарил ядро мужчине? — уточнила дама.

Гарик подпрыгнул на кушетке.

— Да! Наконец-то я встретил человека, который меня правильно понял.

— Не волнуйтесь, голубчик, — заквохтала Руфина Марковна, — это моя профессия — выслушивать, оказывать поддержку.

И тут меня осенило: милая докторша психиатр! Петр Ильич, услышав чушь про ядро Рылькина, решил, что перед ним парочка сбежавших из поднадзорной палаты чудиков, и спешно призвал на помощь того, кто умеет обращаться с подобным контингентом. Мне следовало намного раньше догадаться, что к чему, но сильно ноющая ступня лишила меня сообразительности. Зато сейчас я отлично понимаю, как могу отомстить сыну Зои Игнатьевны за его отвратительное поведение. Ну, Гарик, погоди!