Мой труп - Лада Лузина

Арина подрулила к их живописной группе, а я, высунувшись из окна, крикнула:

- Мы согласны пить кофе!

То ли пьяный, то ли заика на реплику совершенно не прореагировал, из чего напрашивался вывод, что он скорее первое, чем второе. Зато проститутка среагировала моментально и с готовностью бросилась к нашей машине исполнять свой долг.

- А девушка вроде ничего… - машинально отметила я.

- Саня, определись, пожалуйста, кого ты хочешь, - буркнула Арина. - Хочешь попробовать с девушкой? Она недорогая, наверное…

Но тут, брошенный проституткой, парень плюхнулся в такси, машина тронулась с места, так что времени для выбора у меня было немного. И победил охотничий инстинкт - дичь ускользающая сразу стала предпочтительней той, которая сама идет в руки.

- Гони, - кратко пояснила я.

Бросив проститутку, мы бросились следом. Арина мастерски обогнала такси слева.

- Гуди, - азартно вскрикнула я и, высунувшись в окно, проорала на бис:

- Мы согласны пить кофе!

То ли пьяный, то ли глухой даже не повернул в нашу сторону свою смазливую рожу. Зато на этот раз на нас отреагировал водитель такси. По всей видимости, раньше таких предложений на дороге ему никто не делал.

Он честно затормозил и остановился. Мы проехали несколько метров и стали перед ним. Водитель вылез из машины и направился к нам. На его лице была смесь недоумения и любопытства. Но тут выскочила я и пресекла все его ожиданья одной безапелляционной фразой:

- Я обращалась не к вам, а к вашему пассажиру.

Направившись в сторону помянутого адресата, я по-хозяйски открыла дверцу и прокричала смазливой морде прямо в ухо:

- Мы согласны пить кофе.

Морда удивленно уставилась на меня, и по ее недоумевающему, совершенно пустому взгляду я поняла:

а) она действительно беспробудно пьяна,

б) она успела напрочь забыть, что чего-то там нам предлагала.

Но долю секунды смазливое лицо парня насупилось с явственным желанием послать меня на хуй. Он просто не успел это сделать.

- Где мы будем пить кофе? - вопросила я тоном, не предполагающим возражений.

- В «Карамболе» на Святошино, - неуверенно ответил он.

- А разве на Святошино есть «Карамболь»?

Этот вопрос отвлек его от другого, куда более закономерного: чего, собственно, он должен пить со мной кофе?

- Есть, - наконец решил он.

- Хорошо, - не стала оспаривать я, хотя прекрасно знала, что «Карамболь» находится в другом конце города. - Тогда езжайте туда, а мы поедем за вами.

Последняя фраза адресовалась водителю. Его перекосило от злости. Но, как было сказано выше, мой тон не предполагал возражений. А люди, как учил нас Игнатий Сирень, реагируют вовсе не на то, что ты говоришь, а на то, как ты делаешь это:

«Важно не что он сказал, а как. Как Костя Треплев[8]сказал это?»

Состояние, в котором я находилась, называлось у нас с Ариной просто и ясно: кураж.

- До четырех утра и белых медведей? - весело уточнила Арина.

Я молча кивнула. Такси рвануло. Мы помчались догонять нашу дичь. Все это начало нас забавлять. А значит, дичь была обречена, хотя еще и не знала об этом. Впрочем, никто и не собирался уведомлять ее.

Все закончилось тем, что я заплатила за его такси и щедро дала шоферу сверху - на чай. Мы зашли в «Карамболь», сели за столик. Я и Арина одновременно подперли подбородок рукой и принялись неприкрыто рассматривать нашу добычу.

Он впрямь был красивым. Пьяным Андрей был почти таким же красивым, как на сцене. Он был безнадежно пьян и нес дикую чушь: «Кого я и правда любил, так это принцессу Стефанию!» Он практически не замечал нас - мы были для него скрытой во тьме аудиторией зала.

А мы с любопытством смотрели его пьяный спектакль, обмениваясь краткими репликами.

- Да, реснички красивенькие, - оценивающе сказала Арина.

- И брови. Ты посмотри на изгиб!

- И глазки. Глазки у нас хороши…

- Настоящий красавчик, - подвела итог я. - Зря такая красота пропадает. По-моему, он страшно тупой.

- К тебе домой? - лаконично поинтересовалась Арина. - Будем считать, что ты его оплатила.

Я рассчиталась за заказанное красавчиком пиво.

- У тебя есть презервативы? - деловито спросила я по дороге.

- Сейчас посмотрю. - Оплаченный не спрашивал, куда мы везем его. Он долго копался в барсетке и радостно изрек: - Презерватив не нашел. Зато нашел визитку.

- Это не совсем одно и то же, - заметила я. - Или ты решил оставить мне визитку, чтобы я знала, как записать ребенка? - Я взглянула на карточку. - Ты актер? Не может быть!

- Приглашаю вас завтра на спектакль, - сработал рефлекс.

Мы с Ариной заржали. Это была лучшая шутка лета!

- От судьбы не уйдешь! - проскандировала Арина.

Он был красивым… Красивым актером. А театральная красота такой вкусный соус, под которым можно съесть и родного отца, и циничное ночное приключение.

Продажные шлюхи утратили статус героев. Героиней конца 90-х стала стерва, которая сама платит за все и знает цену всему. Я нравилась себе в этой роли и в этом жанре - жанре «черной» комедии, оправдывающей все.

И если бы, протрезвев к утру, Андрей не заметил шрам на моей руке, он бы остался эпизодником моей жизни с классической репликой «Кушать подано». И мы бы с Ариной смеялись: «А помнишь того? "Презерватив не нашел. Зато нашел визитку"».

Но он заметил… На следующий день я, Арина, Янис, Сашик и Оля пошли на спектакль не слишком известного московского театра. Мы воспитывались в театральном, и наш способ знакомства был ничем не хуже любого другого.

В нашем странном мирке, где так часто звенел бойкий лозунг «Отсутствие секса портит дружбу», от перемены слагаемых сумма не менялась - и секс без труда мог стать началом долгих приятельских отношений двух компаний.

Я не сразу осознала, что этот звонок принадлежит моему телефону. Не сразу поняла, где я, когда и зачем?

Кто я?

Я сидела на остановке, под изнуряющим солнцем. Рядом со мной поместилась толстая тетка в блузе из синтетической ткани с расцветкой под ягуара. От нее неприятно пахло дешевыми духами.

«Янис» - пропечатал экран.

Я знала реплику, которую услышу сейчас:

«Здравствуй, Любовь моя!»

- Здравствуй, Любовь моя. Передай своей подруге, что она сука! - выпалил Янис разгневанной скороговоркой.