Все оттенки тьмы - Питер Робинсон

— Вы после этого часто виделись с Марком?

— Да, каждый раз, когда приезжала в гости. Да и они иногда навещали меня в Лонгборо. У нас в Котсуолде так красиво. Жаль, что они так и не смогли провести там лето. — Эдвина вновь достала платок. — Вот ведь старая дура, расчувствовалась. — Шмыгнув носом, она вздернула плечи и выпрямилась. — Знаете, я бы еще выпила.

На этот раз за напитками отправилась Энни.

— Как бы вы описали их отношения? — спросил Бэнкс, когда перед Эдвиной появился полный стакан джина.

— Они были влюблены друг в друга и не сомневались в искренности своих чувств, но осторожничали и не торопились. Вы не забывайте, что Лоуренсу было шестьдесят два, а Марку — сорок шесть. У обоих за плечами был опыт неудачных отношений и болезненных расставаний. Их влекло друг к другу, однако они не собирались ввязываться в новое любовное приключение, предварительно все не взвесив.

— Марк так и не съехал со своей квартиры, — сказал Бэнкс, — несмотря на то, что фактически жил вместе с вашим сыном в Каслвью. Вы об этом?

— Да. Думаю, рано или поздно он переехал бы к Лоуренсу, но пока они оба с этим не спешили. Кроме того, у Лоуренса в Блумсбери была квартирка, в которую он время от времени наезжал, и, наверное, Марку не хотелось от него в этом смысле отставать.

— Он болезненно относился к таким вещам?

— Марк ведь пробился с самого низа, — напомнила Эдвина. — И был очень самолюбив. Мне кажется, материальное благополучие значило для него куда больше, чем для многих других людей. Вещи служили показателями его успеха. Но это не мешало ему быть чудесным, щедрым и добрым человеком.

— Значит, у Лоуренса была еще одна квартира. А если Марк приезжал в Лондон, он мог там остановиться?

— Думаю, да. Почему нет?

— А вы, случайно, не помните адрес этой квартиры?

Эдвина продиктовала адрес дома неподалеку от Рассел-сквер.

— Квартирка крошечная, — добавила она. — Не представляю, чтобы они могли там жить вдвоем. Они бы с ума друг друга свели. Но для одного человека она просто идеальна.

— Они при вас никогда не ссорились? Может, Лоуренс жаловался на что-то? Ругал Марка?

— Нет, ничего подобного, — покачала головой Эдвина. — Они иногда ссорились, конечно, но это со всеми случается. Обычно они отлично ладили и постоянно над чем-то хохотали. — Она помолчала. — А почему вы спрашиваете? Вы что, думаете, что он…

— Мы пока ничего точно не знаем, миссис Сильберт, — быстро вставила Энни. — Никто не знает, что именно произошло, но мы пытаемся это выяснить.

— Но вы же не думаете, что Марк мог… вот так поступить?

— Видите ли, мы не имеем права исключать такую возможность, — осторожно сказал Бэнкс. — Но не более того. Энни верно заметила, пока мы не знаем, как все произошло. Уверены только в том, что вашего сына убили у него дома, а вскоре после этого Марк Хардкасл поехал в Хиндсвелский лес и повесился.

— В лес? Какой кошмар! Ох, бедняжка Марк. Это ведь было их любимое место. Как-то в апреле они даже отвезли туда меня, полюбоваться распустившимися колокольчиками. Такая красота. Какой все-таки ужас… наверное, потому он себя и убил. Не перенес такого горя.

— Да, эта мысль приходила нам в голову. Как вы думаете, что случилось с вашим сыном?

Эдвина замялась, и Бэнкс догадался, что ее озарила какая-то мысль, делиться которой ей пока не хочется.

— Может, к нему залез грабитель? — предположила она. — У них район богатый, есть чем поживиться.

— Мы отрабатываем эту версию. Но главная наша задача — узнать как можно больше о вашем сыне и Марке. Нам ведь почти ничего не известно. Как они жили, где работали, с кем встречались. Надеемся в этом на вашу помощь.

— Сделаю все, что в моих силах, — кивнула Эдвина. — И подпишу любые бумаги, вы только скажите. Но нельзя ли подождать с этим до завтра? Я что-то вдруг устала, ужасно.

— Конечно, спешить нам некуда. — Бэнкс расстроился, но не показал вида. В конце концов, она уже старый человек. На время забыла про свой возраст и заставила забыть о нем и их, но надолго ее не хватило. Бэнкс и сам не прочь был оказаться дома, так что с легкой душой перенес разговор на завтра. Как раз к этому времени Стефан пришлет результаты анализа крови, и они успеют проверить наличие родимого пятна у погибшего, и, быть может, Дереку Ваймену даже удастся припомнить какие-нибудь эпизоды из жизни Марка.

Эдвина поднялась со стула.

— Хотите, я вас отвезу? — предложила Энни. — Мне не трудно, честное слово.

— Все нормально, дорогуша, — мягко сказала Эдвина, тронув Энни за плечо. — И потом, мне еще надо отогнать машину к отелю, так чего тянуть волынку? Дорогу я знаю. Да и сил должно хватить. — Улыбнувшись, она развернулась и ушла.

— Ее за руль-то можно пускать? — спросила Энни.

— Не думаю, — ответил Бэнкс. — Но я бы на твоем месте не стал бы ей мешать. Со слабым характером миллионный бизнес не раскрутишь. Так что сядь и спокойно допей свою колу.

— Наверное, ты прав. В конце концов, она почти не притронулась ко второму стакану.

Энни поежилась, и Бэнкс протянул ей свою куртку. К его удивлению, Энни с радостью накинула ее на плечи. Наверное, из вежливости. Правда, Бэнкс знал, что она реагирует на холод совсем не так, как он сам.

В пабе вовсю хохотали и болтали посетители. За низкой стеной, на городской площади, бродили крошечные человечки — совсем как в любимом фильме Бэнкса «Третий человек», когда Джозеф Коттен и Орсон Уэллс забрались на гигантское колесо обозрения.

— Что думаешь по поводу лондонской квартиры? — спросил Бэнкс.

— Пока не знаю, — ответила Энни. — Наверное, он мог себе ее позволить, да и приезжал туда довольно часто — иначе зачем еще она ему?

— Надо будет ее проверить. Возможно, что именно там Хардкасл переночевал в четверг. Может, остались какие-нибудь улики.

— Да, взглянуть стоит.

— А как тебе мысль Эдвины насчет того, почему Хардкасл не съехал со своей квартиры?

— Здравое зерно тут есть. Правда, сама я склоняюсь к версии проверки отношений, а не соперничества с Лоуренсом. «Раз у него квартира, то и у меня пусть будет квартира. Хотя это и неподъемно».

— Честно говоря, я встречал таких гордецов, — заметил Бэнкс.

— В любом случае ничего необычного в этом нет, — пожала плечами Энни. — Вот у Софии до сих пор тут есть коттедж, несмотря на то что живет она в своем лондонском доме.

— Этот коттедж принадлежит ее родителям, — поправил ее Бэнкс.

— Может, лондонскую квартиру подарила Сильберту мать? — предположила Энни. — Надо будет завтра расспросить ее поподробнее по поводу его финансовых дел. Интересная она дама, правда? Наверняка постоянная гостья твоих подростковых фантазий, наряду с Марианной Фейтфул и Джулией Кристи. Угадала?