Врач от бога - Ирина Градова

Я так до сих пор и не поделилась с Олегом информацией о том, что принимаю участие в расследовании, поэтому просто сказала:

– Пью кофе с Ларисой.

– Ну, передавай привет. А я хотел предложить тебе нечто получше, чем вредный кофе.

– Поход в ресторан? – воодушевилась я.

– На самом деле я собирался сам приготовить обед, – немного смущенно ответил Шилов. Наверное, он не ожидал, что наши с ним желания настолько не совпадут. – Полностью вегетарианский. Давно мечтаю убедить тебя, что такая еда может быть не только полезной, но и вкусной. Как ты на это смотришь?

– Супер! – с преувеличенным восторгом в голосе отозвалась я. – Когда мне приехать?

– Ну, если, конечно, ты не желаешь помочь мне с готовкой…

– Ой, я бы с удовольствием, – быстро сказала я, – но у меня еще есть кое-какие дела в центре. Ты сможешь обойтись без меня?

– Будет трудно, но постараюсь, – вздохнул Олег. – Тогда жду тебя в… четыре часа?

– Отлично!

Повесив трубку, я поймала осуждающий взгляд Лариски.

– Господи, такого мужика отхватила, да еще ерепенится! – воскликнула она, хлопнув себя по бедрам. – Надо рядом с ним сидеть и караулить, чтоб из-под носа не увели, а ты…

– А я его каждый день на работе «караулю», – возразила я.

Может, Лариска и в этом права, и я слишком легко воспринимаю наши с Олегом отношения? Он стал первым мужчиной, которого выбрала я сама. Со Славкой мы дружили в школе и поженились просто потому, что все считали, что по-другому и быть не может. Роберт, хирург-ортопед, звезда городского масштаба, ухаживал за мной долго и упорно, и я наконец сдалась – в основном потому, что в тот момент чувствовала себя одинокой и покинутой: Славка сбежал, его долги навалились на меня непосильным грузом, и мне отчаянно требовалось, чтобы кто-то считал меня желанной. Подвернулся Роберт. А Шилова я сама высмотрела и пережила из-за него немало огорчений. Я ценила наши отношения, но пока не знала, хочу ли, чтобы они переросли в нечто большее, чем мы имеем сейчас, – в настоящую семью, с домашними тапками, общим тюбиком зубной пасты и разговорами о планировании бюджета на следующий месяц.

Лариска ускакала на работу: у нее было еще четыре пациента по записи. Я же решила, перед тем как ехать к Олегу, провести небольшое маркетинговое исследование и отправилась в ближайшую аптеку. На пузырьке «Виталайфа» в витрине стоял ценник с цифрой «999.99».

– И покупают? – поинтересовалась я у скучающей девушки-фармацевта.

– Еще как! – ответила она, не шевельнувшись, словно была манекеном в дорогом бутике.

– И цена не смущает? – удивилась я.

– Шутите? Да сейчас тысяча рублей – вообще не деньги!

– А польза-то есть?

– Есть.

Лаконичность фармацевта уже стала выводить меня из себя.

– А как давно вы торгуете этим препаратом? – напоследок спросила я, поняв, что задушевной беседы о достоинствах «Виталайфа» с этой девицей ожидать не приходится.

– Полгода уже.

– И жалоб не было?

Она посмотрела на меня так, словно я задала вопрос, отвечать на который без адвоката просто нельзя.

В следующей аптеке я столкнулась с совершенно противоположной ситуацией. Две девушки прямо-таки выпрыгнули из-за прилавка в зал, чтобы выглядеть и звучать более убедительно. Они наперебой стали нахваливать мне «Виталайф» и расписывать его невероятное воздействие на кожу, волосы, ногти, слово в слово повторяя тираду красавицы с рекламного ролика, который продемонстрировал мне в своем кабинете Лицкявичус. На мой вопрос о жалобах обе девушки округлили глаза: нет, ничего такого ни разу не происходило.

– Понимаете, – сказала одна из них, – это ведь не лекарство, поэтому эффект не может быть мгновенным! В инструкции написано, что БАД нужно принимать как минимум в течение двух-трех месяцев, чтобы заметить положительную динамику.

Я не стала продолжать расспросы в других местах, тем более что часы неумолимо отсчитывали время, и мне вовсе не хотелось подводить Шилова и опаздывать на обед.

Он встретил меня в фартуке – как мило! Я заметила, что если для нас, женщин, готовка является чем-то обыденным и банальным, не требующим никакого особого антуража, то у представителей противоположного пола все иначе. Мужчины любят, чтобы все выглядело основательно, поэтому надевают фартук, достают дорогую посуду и ставят на стол сервиз, а не разномастные тарелки и ложки.

– Ты как раз вовремя! – радостно воскликнул Олег, клюнув меня в основание шеи. Если он сделает это еще раз, то мне вообще будет не до обеда! – Самосы уже подходят.

– Кто подходит? – с любопытством переспросила я.

Шилов только улыбнулся в ответ. Из кухни доносились невероятно вкусные запахи.

– Что, совсем без мяса? – с подозрением поинтересовалась я, приподнимая крышку одной из трех стоящих на огне кастрюль.

– Положи на место! – велел Олег. – Просто сядь и расслабься.

Как и ожидалось, стол Шилов накрыл красиво – не забыл даже цветы, мои любимые лилии. Я даже не предполагала, что у Олега есть красивая посуда, ведь он до сих пор не распаковал свои сумки, привезенные из Москвы. Значит, все это ради меня? Вот что я называю «положительной динамикой»!

Взяв небольшой поднос, Олег принялся расставлять на нем маленькие стальные мисочки и наполнять их вкусно пахнущими блюдами. Попробовав из первой же мисочки, я едва не проглотила язык от удовольствия.

– Удивительно! Неужели ты даже в соусе не использовал мясной бульон?

Шилов покачал головой.

– Ты в курсе, что в Индии был такой царь – Акбар? – спросил он вместо ответа.

– Это который из Великих Моголов?

Помню, в детстве мне в руки попалась книжка под названием «Истории о царе Акбаре и его визире Бирбале». Это был сборник остроумных рассказов о жизни при дворе Великих Моголов, но мои знания исчерпывались этим единственным произведением. Тем не менее, продемонстрировав свою поверхностную эрудицию, в глазах Олега я прочла уважение.

– Совершенно верно! – сказал он. – И он был мусульманином – как и все моголы. А женился на индуистке, принцессе Джодхе.

Нет, так глубоко индийскую историю я не знала.

– Это был брак, основанный исключительно на политическом расчете. С его помощью Акбар надеялся удержать коренное население Индии и, самое главное, раджпутов – местной знати – от восстания против владычества могольских захватчиков. Джодха не хотела принимать ислам, и многие при дворе Акбара считали, что их брак обречен, если Акбару не удастся ее переубедить. Принцесса была женщиной умной. Она стала постепенно приучать мужа к своей религии, к обычаям, но начала с еды. Индусы не ели мяса, а мусульмане, напротив, не представляли себе полноценного ужина без него. Но Джодхе удалось угодить вкусу царя: попробовав ее чисто вегетарианскую стряпню, он приказал, чтобы с этого дня раз в неделю во дворце подавали только такую пищу.