Время скорпионов - D.O.A.

На экране появился потный мужчина, в полумраке спальни стоящий перед зеркалом в одних трусах.

Дик: You guys really are amazing![297]Фан-тас-ти-ка! А девушка?

Арно: Журналистка? Жива.

Дик: Знаю, но…

Арно: She’ll shut up,[298]она знает, что ей надо. В обмен на молчание ей нашли хорошее место в известной газете и обеспечили кое-какими гарантиями ее и ее семью.

Дик: А что стало с агентом?

Арно только пожал плечами и покачал головой. Он разжег трубку, и дым полетел в сторону Карима.

В старом телевизоре мелькали то лопасти вентилятора, то пропеллер вертолета. Лицо полуголого типа появилось крупным планом, он опустил голову. У него были беспокойные голубые глаза и сигарета в зубах.

Арно: Жаль Жана Франсуа Д., хороший был сотрудник.

Дик: Умел рисковать.

Арно: И все же мне обидно, что наша маленькая хитрость не удалась и что его взяли до того, как он мог убраться.

Камель уже видел этот фильм, но никак не мог вспомнить название. Мужик в трусах ударом кулака разбил зеркало. Потом с порезанной рукой бросился на кровать, кровь запачкала простыни, а он, плача, скатился на пол.

Дик: Fuck that! Win some, lose some…[299]Такова жизнь! Конечно, лучше было бы иметь в руках настоящее иракское оружие массового уничтожения, тем более во Франции, чтобы облегчить претворение в жизнь новой политики моего правительства. Но мы иначе выйдем из затруднения. В крайнем случае сфабрикуем доказательства против Саддама.

От мелькающих в телевизоре картинок в памяти Карима возникла песня, одна знакомая вещь, только сейчас он не мог вспомнить слов. Он начал мурлыкать какую-то мелодию, пытаясь заставить слова всплыть на поверхность.

Арно вдруг поднялся, забрал свои курительные принадлежности, попрощался с приятелем и ушел, договорившись с ним quickly[300]созвониться, чтобы узнать, «было ли принято предложение». Проходя мимо Карима, он понимающе улыбнулся ему и, что было достаточно странно, фамильярно подмигнул.

Дик в свою очередь не замедлил обратиться к нему:

— У вас есть минутка?

Готовый уйти, Карим напрягся и выпрямился.

— Не беспокойтесь, вы ничем не рискуете. — Американец заметил замешательство соседа по столу. — Я один и не имею ни малейшего желания причинить вам зло. Скорее наоборот.

— Кто вы?

— Меня зовут Ричард, для друзей просто Дик. — Пауза. — Вас нелегко отыскать, Робер.

Удивление.

— И не слишком умно читать французскую газету, если вы стараетесь сойти за итальянца.

Карим заерзал на стуле, который вдруг стал очень неудобным. Он собирался что-то сказать, но его перебили, едва он раскрыл рот.

— Давайте не будем терять времени.

— На кого вы работаете?

Дик посмотрел вокруг и заговорщицки понизил голос:

— Вы не догадываетесь?

— Чего вы от меня хотите?

— Хочу сделать вам одно предложение.

— Какого рода?

— Моей стране скоро понадобятся люди компетентные и небезразличные к некоторым культурам. А также способные раствориться в чужом народе.

— Каком?

— Позже. А пока знайте, что мы готовы сделать все возможное, чтобы заполучить вас.

Какое-то время мужчины молча смотрели друг на друга, потом Карим заговорил:

— И все же, пока я не отказался кое от каких вещей, не вы одни можете оплачивать мои услуги. Существуют другие дела, денег тут недостаточно.

— Noble causes, I image.[301]Ну нам-то некогда заниматься благородством и величием. Мы слишком заняты отбором, среди настоящих друзей конечно. Но я согласен, мы рискуем однажды пропустить что-то важное. — Дик поднялся. — Ричард Пирсон. До полудня пятницы живу в «Хилтоне» на Василис-Софиас. Вы много потеряете, если не придете повидаться со мной. — На его пунцовом лице обозначился оскал. — We found you once,[302]вы же понимаете. — И он ушел.

This is the end,

Beautiful friend.

This is the end,

My only friend, the end.

Карим смотрел ему вслед, пока он не растворился в базарной толпе, и вдруг понял, что вспомнил слова песни, ассоциацию с которой недавно вызвал у него фильм.

Of our elaborate plans, the end.

Of everything that stands, the end.

No safety or surprise, the end.

I’ll never look into your eyes… Again.

В телевизоре «Апокалипсис сегодня»[303]сменился какой-то местной продукцией.