Проклятый меч - Филип Гуден

— Внимание, внимание, все, кто имеет хотя бы малейшее отношение к расследованию королевского коронера графства Девоншир, подойдите поближе и примите участие в этом деле!

Голос Томаса казался еще более писклявым по сравнению с громоподобным басом Гвина, когда тот открывал весьма утомительную процедуру судебного разбирательства. Но даже этого голоса было достаточно, чтобы все приглашенные мгновенно притихли и собрались в полукруг перед небольшим навесом, служившим временным моргом для тела трагически погибшего суконщика. А позади них собралась большая толпа зевак, состоявшая в основном из женщин, которые тоже притихли и вытянули шеи, чтобы лучше слышать выступавших. Они находились на небольшом пыльном дворе церкви Святого Панкраса почти в центре города, но большинство присяжных заседателей думали о чем угодно, только не о судебном разбирательстве, поскольку у всех были свои дела, требовавшие их участия.

Дверь, на которой доставили тело Уолтера Тайрелла, теперь покоилась на двух невысоких бочках за пределами навеса, а покойника предусмотрительно накрыли старым суконным одеялом. Рядом с ним стоял сэр Джон де Волф с угрюмым лицом, что было ему свойственно на подобных юридических церемониях. На нем красовался длинный серый мундир, перепоясанный толстым кожаным ремнем, на котором висел длинный кинжал в кожаных ножнах, но меча не было. Весеннее утро выдалось довольно прохладным, и он набросил на плечи хорошо выделанную накидку из волчьей шкуры.

Объявив о начале судебного разбирательства, Томас отошел в сторону, уселся на небольшую бочку и положил на колени доску со свитком пергамента, гусиное перо и чернила, приготовившись тщательно фиксировать ход процесса. Вперед вышел королевский коронер, уткнув в бока сжатые кулаки, и пристально оглядел сперва присяжных заседателей, а потом теснившуюся позади них толпу.

— Мы собрались здесь, чтобы выяснить, где, когда и при каких обстоятельствах наступила смерть этого человека. — Он взмахом руки показал на покрытое одеялом тело покойника. — Брат и вдова опознали его сегодня утром как Уолтера Тайрелла — хорошо всем известного суконщика, проживавшего у Восточных ворот. А теперь я прошу выйти вперед человека, который первым обнаружил тело!

По его команде перед коронером появилась фигура старшего по возрасту констебля Теобальда. Он торопливо снял шерстяную кепку, обнажив изрядную лысину, и стал сбивчиво рассказывать, как прошлой ночью вместе с Осриком совершал обход вверенной территории и совершенно случайно наткнулся в самом начале аллеи на труп неизвестного.

— А потом мы услышали топот ног убегающего человека, и я погнался за ним, но так и не настиг, — с нарочитым сожалением добавил констебль.

Затем он рассказал, как они подняли тревогу, разбудили людей из ближайших домов и организовали поиски злодея, не увенчавшиеся успехом. Неудачные поиски преступников обычно приводили к крупным штрафам, но городские констебли хорошо знали свое дело и всегда могли отыскать оправдания неудачам. После этого вызвали еще нескольких свидетелей с Уотербир-стрит, но те лишь подтвердили то, что уже сообщили судьям Теобальд и Осрик. Никто не видел в ту ночь ни убегавшего по аллее преступника, ни самого Тайрелла.

Выслушав их, де Волф вызвал для допроса вдову, и она вышла вперед, опираясь на руку своего деверя — компаньона Уолтера Тайрелла и помощника по ведению дел на шерстяной мануфактуре. Кристина была красивой блондинкой намного моложе своего покойного мужа и даже сейчас, в серой траурной накидке, привлекала к себе внимание окружающих. Несмотря на семейную трагедию, она выглядела спокойной, превосходно держала себя в руках и явно не нуждалась в поддержке, которую оказывал ей деверь.

Коронер сразу же смягчил тон, выказывая тем самым сочувствие безутешной вдове.

— Что ваш муж мог делать на улице в столь поздний час?

Вдова пожала печами:

— Он часто выходил в город по делам или встречался с друзьями в таверне. Его любимыми заведениями были «Нью инн» и «Плау». Думаю, он собирался расплатиться с каким-нибудь торговцем за поставки овечьей шерсти, но с уверенностью заявлять об этом не могу.

— А вы не знаете причины, по которой кто-то мог бы убить вашего мужа? — напрямик спросил Джон. — У него были враги, о которых вам хоть что-то известно?

Кристина покачала головой:

— Нет, сэр, он никогда не посвящал меня в свои дела. Единственное, что я могу предположить, — он стал жертвой обычных грабителей, решивших поживиться за его счет.

Джон посмотрел на Осрика:

— Когда вы его обнаружили, при нем были какие-то деньги?

— Нет, коронер, ни кошелька, ни сумки на ремне.

Де Волф удовлетворенно крякнул, поскольку появился по меньшей мере один из мотивов преступления — ограбление. В особенности если у убитого было много монет, которыми он собирался расплатиться с торговцем.

Кристина больше ничего не могла сообщить следствию и отошла в сторону, однако Джон решил допросить ее деверя и предложил ему назвать свое имя.

— Серло Тайрелл, сэр, — представился тот. — Я брат погибшего и одновременно его партнер в бизнесе, который мы вместе ведем на Экс-Айленде.

— Вам что-либо известно о врагах покойного, которые могли бы желать ему зла?

Серло, высокий худощавый мужчина с кудрявыми черными волосами, был лет на десять моложе своего покойного брата. Услышав вопрос, он смущенно переступил с ноги на ногу.

— Прошу прощения, сэр, но я слышал только о ссоре с вашим корнуолльцем, — пробормотал он.

Среди присяжных послышался шум, и все они закивали. Стало ясно, что небольшая стычка в Сент-Сидвелле получила широкую известность в городе.

— Это была мелочная ссора! — раздраженно отмахнулся де Волф. — Я имел в виду более серьезную причину убийства вашего брата.

— Но этот рыжеволосый громила сказал, что снесет Уолтеру башку! — упрямо повторил Серло.

Де Волф взмахом руки отправил свидетеля в гущу толпы и в этот момент заметил, что в самом конце двора, возле ворот, неподвижно застыл Ричард де Ревелле. Лицо его выражало крайнее превосходство, но, к удивлению Джона, он не пытался вмешаться в ход судебного разбирательства. Поскольку никто из присутствующих больше не мог добавить ничего конкретного по данному делу, Джон обратился к присяжным заседателям, трое из которых были совсем молодыми парнями лет четырнадцати.

— Закон требует, чтобы вы осмотрели тело и вынесли свой вердикт. Должен заметить, что расследование еще не закончилось и нам предстоит немало поработать, чтобы выяснить имя истинного убийцы. Таким образом, следствие продолжается.

Он обвел глазами присяжных, словно ожидая, не посмеет ли кто-то из них ему возразить.

— Однако мы должны вернуть тело покойника семье, чтобы его могли достойно и с почестями похоронить, причем как можно быстрее.

С этими словами он кивнул Томасу, и маленький клерк, неохотно взяв с доски свиток пергамента, направился выполнять работу Гвина. Отвернувшись в сторону, он стянул покрывало с мертвого тела, чтобы присяжные могли лично засвидетельствовать кончину покойного, а коронер в это время кратко прокомментировал происходящее: