Мальтийский апельсин - Анна Данилова

– Но она же не могла лететь по воздуху? – возразил ему Корнилов. – И что ей было делать в лесу? Я понимаю, сад. Там укроп, петрушка и всякое такое к столу, она действительно, как человек, который готовится к приему гостей, могла выйти в сад и сорвать зелень. Но в лесу-то ей что делать? Может, у нее была там назначена встреча с настоящим убийцей, а она была всего лишь помощницей? Но это я так, размышляю. А на самом деле мы еще не поговорили о главном. Таня Камышина. Мы ее, значит, ищем, с ног сбились, а вы, черти, знаете, где она прячется, и не делитесь информацией.

– Виктор Львович! – воскликнул Шубин, усмехаясь. – Таня Камышина – наш клиент и обратилась к нам через посредника. Вряд ли, если бы она была виновна в смерти Астровой или Сайганова, она бы вообще осталась в городе. В том-то и дело, что мы взялись найти настоящего убийцу и теперь представляем интересы Камышиной. Не мне вам объяснять, как сложно нам работать с ней теперь, когда на нее объявлен розыск, да к тому же еще и строить отношения с вами. Поэтому предлагаю пойти на компромисс и на многое закрыть глаза. Считайте, что вы не знаете о существовании посредника и, следовательно, понятия не имеете, где скрывается Камышина.

– Да я и на самом деле ничего не знаю. Приехал вот к вам, выложил перед вами все карты, а вы прикрываетесь интересами клиента… – Но тут вдруг Корнилов понял, вероятно, что перегибает палку, потому что рука его, опустившись в карман, нащупала конверт с деньгами. – Хотя ладно, чего уж там. Не первый год работаем вместе. Мне пора. Я и так у вас тут засиделся. В сущности, я первый заинтересован, чтобы поскорее нашлись убийцы этих двух молодых людей.

– Пистолет, которым убили Сайганова, нашли?

– Нет. Там, в бумагах, есть и баллистическая экспертиза. Сайганов убит из немецкого «маузера» девятимиллиметрового калибра. Оружие 70-х годов, отличного качества, как сказал мне эксперт по телефону. Оружие нигде не зарегистрировано, в отличие от испанского пистолета «стар», того же калибра, но современной конструкции с ударно-спусковым механизмом двойного действия, обнаруженного в сейфе самого Сайганова и зарегистрированного на его имя. Хорошее оружие, им почти не пользовались.

– Я могу сделать ксерокопии экспертиз? – спросил Шубин, заранее зная ответ, между тем как Женя уже включила ксерокс.

– Нет проблем.

Спустя полчаса Корнилов ушел – за ним приехала машина. А Шубин с Женей отправились в морг к Леше Чайкину.

Была уже ночь. Моросил дождь, и «дворники» лениво скользили по стеклу автомобиля. Женя немного робела перед встречей с покойной Астровой, хотя, с другой стороны, ей было страшно любопытно увидеть женщину, красота которой, возможно, и послужила причиной ее смерти.

Леша Чайкин, спокойный худощавый блондин в длинном фартуке в застарелых бурых пятнах, улыбнулся, увидев Шубина.

– Привет, старик, проходи. Кто эта милая девушка, которая не побоялась прийти с тобой сюда, да еще и ночью? Кажется, моя протеже?..

– Да, это та самая Женя. Видимо, хорошо набрался на той вечеринке, что даже забыл, кого кому рекомендовал.

– Рад познакомиться… Вернее… извините… встретиться. – Леша поклонился Жене и даже поцеловал ей руку. – Вот ведь что с памятью бывает…

– Пить надо меньше, – посоветовал ему, красноречиво постучав по голове указательным пальцем, Шубин.

– Мое царство, – сделав вид, что пропустил это замечание мимо ушей, Леша Чайкин обвел руками пространство вокруг себя и широко улыбнулся обмирающей от страха Жене. – У меня здесь так скучно, тихо и, самое главное, даже поговорить не с кем.

– Мы пришли посмотреть на Ольгу Астрову, – с важным видом, но нервно, судорожно сглатывая слюну, чтобы ее не стошнило от характерного запаха, проговорила сама не своя от волнения Женя. – Она еще здесь?

– Здесь. Я и сам на нее еще не насмотрелся, – ответил в своем духе склонный к черному юмору Чайкин. – Проходите, будьте как дома…

Игорь больно ткнул ему пальцем в бок, требуя немедленно прекратить свои шуточки.

– …но не забывайте, что в гостях, – все-таки не удержался и закончил свою мрачноватую и явно недвусмысленную фразу Леша.

– Хорош трепаться, смотри, она и так едва жива…

Они вошли следом за Чайкиным в зал, где в тусклом желтоватом свете виднелись расставленные по периметру металлические столы на колесиках, на которых лежали тела. Некоторые из них были прикрыты оранжевыми клеенками, другие – посеревшими от времени и многократных стирок простынями.

– И где же Астрова или Сайганов? – спросил Шубин, приподнимая и разглядывая нечто спрятанное под клеенками и простынями, от чего Женя просто-таки содрогалась. – Какие-то выпотрошенные мужики, страшные и синие… Бррр…

– А они у меня в холодильнике, сейчас привезу.

Первой «приехала» каталка с трупом Астровой. Стройное, удивительно белое тело с грубым швом посередине – от горла через грудину и до самого лобка. Синюшная, словно с опаленными краями, которые на самом деле были окрашены запекшейся кровью, глубокая рана на груди напомнила онемевшей и едва стоящей на ногах Жене, как была убита девушка. Лицо покойной было умиротворенное, красивое и обрамленное густыми светлыми волосами. Брови вразлет, полуоткрытые губы, маленький нос, высокие скулы. Она действительно при жизни была хороша, подумала с тоской Женя, чувствуя, что ее сейчас вывернет наизнанку. Леша поднес ей стакан с водкой и заставил сделать несколько глотков.

– Пей, легче будет, – подбодрил он ее. – Значит, так. Я слышал басню о том, что девчонки решили кого-то там удивить, и про костюм из птичьих перьев тоже слышал… Что я могу сказать, люди с фантазией. Не то что мы, горькие пьяницы и некрофилы, я правильно говорю, Игорек?

Шубин почему-то залился краской и явно смутился, словно ему было неудобно перед Женей за столь бесцеремонное поведение своего приятеля-судмедэксперта.

– Эта девушка удивила, я думаю, всех. И жаль, что ей так и не достался приз. А она старалась. Очень старалась, чтобы удивить и уложить всех сразу наповал. Думаю, что она сама, своими ножками, вот этими красивыми и стройными ножками вышла из дома, где все сидели за столом, зашла в садовый домик…

– Слушай, Чайкин, откуда тебе все известно?

– С Виктором Львовичем пиво пили, – пожал тот плечами и подмигнул Жене, внимательно слушавшей его.

– Понятно. И что же?

– А то, что вся ее одежда была пропитала киношной кровью. Специальный состав, я проверял, сравнивал, делал анализ и просил Нору проверить по своим каналам, существует ли аналог этому составу. Она сделала запрос в Москву, и оттуда пришел ответ, что таким веществом пользуются киношники, понимаешь? Это говорит о том, что Ольга Астрова готовилась к конкурсу довольно основательно. Откуда-то раздобыла эту «кровь», купила или просто взяла из дома нож, зашла в садовый домик, легла на пол, вылила на себя этот томатный сок (так я про себя называю эту гадость), воткнула или как-то пристроила в складках одежды рукоятку от ножа…