Без лица и имени - Андрей Бадин

— И мы должны ему противостоять, — серьезно проговорила Лариса.

— Ради наших детей, ради возрождения России, — Семенов посмотрел на Бобкову и замолчал.

Наконец машина подъехала к натянутой между столбами освещения желтой ленте с надписью «стой» и затормозила. Полковник и капитан с облегчением вышли из невыносимо жаркого салона и подставили свои вспотевшие тела под дуновения легкого ветерка. Петрович засунул руку себе под пиджак и отлепил от спины взмокшую рубаху. Прошел к ленточке, приподнял ее и галантным движением предложил капитану первой войти на место преступления. После этого прошел сам.

Они приблизились к трехлетней пятой модели «БМВ» и увидели работающих в ней криминалистов. Семенов осмотрелся, заметил инспекторов Илью Рогова и Стаса Белова, сидящих неподалеку в служебной «Волге», и пошел к ним. Лариса двинулась следом, но из-за того, что туфли у нее были на высоких каблуках, она немного отстала.

— Привет, — Петрович поздоровался за руку с сотрудниками и уселся в салон машины. Та стояла в тени эстакады, ее дверцы были распахнуты, и в ней было не жарко. — В пробке запарились, — пожаловался полковник и хотел снять пиджак, но посмотрел на подмышечную кобуру с покоящимся в ней пистолетом и решил все оставить как есть. Он достал сотовый, позвонил своему водителю и попросил его поставить машину в тень. Потом распустил галстук и развалился в кресле.

— Вода есть, — спросил он?

— Купили, без нее никак, — Стас достал с заднего сиденья двухлитровую пластиковую бутыль минералки и стаканчики, налил шефу и Бобковой. Те с жадностью осушили их и попросили еще, а потом еще.

— Фу, ну услужили, так услужили, — облегченно выдохнул полковник, — хвалю за службу.

— Служим Советскому Союзу, — хором выпалили парни и заулыбались.

— Ну, а теперь рассказывайте все по порядку. Давай, Илюша.

Рогов собрался с мыслями и сообщил:

— Полтора часа назад в МУР поступило сообщение об убийстве около Рижской эстакады. Машину обнаружил милицейский патруль и вызвал наряд из районного отделения милиции. Те приехали на место, обследовали «бэшку», нашли записку, прочли ее и, поняв в чем дело, сразу сообщили нам. Оцепили место происшествия желтой лентой и стали ждать нас.

— Когда обнаружили труп в иномарке? — спросил Семенов.

— Примерно около трех…

— Никогда не говори примерно, даже если не знаешь, — остановил его полковник, — говори точно. Не вселяй неуверенность в себя и в собеседника. Если ты скажешь допрашиваемому, что у тебя против него наверное есть кое-какие улики, он поймет, что у тебя ничего нет, и пошлет тебя куда подальше. А если ты скажешь, что ему конец, против него есть неоспоримые улики, даже если их на самом деле нет, он поверит, испугается и сам все тебе выложит. Сам даст зацепку, и по ней ты на него таких улик накопаешь, которых никогда бы не нашел. Знаешь поговорку про сроки заключения? Если следователю мало скажешь — мало дадут, много скажешь — много дадут, а ничего не скажешь — ничего не дадут.

Так вот, если, не дай бог, тебя будут допрашивать — молчи как рыба, ничего не говори, и ничего не будет. А если начал говорить, то говори только правду и ничего, кроме правды, — Семенов хитро улыбнулся. — Ну, продолжай.

— Без пятнадцати четыре, — начал окрыленный философским отступлением шефа Илья, — в отдел позвонили из дежурки и сообщили об убийстве и о записке. Я сразу перезвонил вам и умчался на место преступления. Сюда прибыл через полчаса и начал расследование.

— Молодец, — теперь по порядку, — менты ничего не трогали?

— Нет, я увидел сидящего за рулем машины парня в милицейской форме, без фуражки, с откинутой назад, на подголовник, головой. В виске у него зияла черная дыра, на щеке запеклась струйка крови.

— Отверстие слева или справа? — уточнил полковник.

— С правой стороны, значит, стреляли из машины, — кивнул Илья. — В «бардачке» была обнаружена кассета от специального магнитофона системы видеонаблюдения, установленной в квартире Урусбаева, и пистолет «ТТ» с глушителем. Андрей Дементьев и парни из его отдела сразу приступили к изучению места преступления. Сняли отпечатки пальцев и так далее…

— Ладно, как наступила смерть?

— Очевидно, что кто-то, сидящий на переднем сиденье рядом с водителем, выстрелил ему в висок.

— Машина при этом стояла или ехала?

— Стояла.

— Когда ее обнаружили, дверцы были открыты или закрыты?

— Не знаю, когда я ее увидел, дверцы были открыты, а в салоне работали криминалисты из районного управления внутренних дел.

— Они сняли обследование машины на видео?

— Да, вот кассеты.

— Все?

— Их эксперт сказал, что здесь все с самого начала обследования и до нашего приезда. Мы тоже снимали сразу, с первого шага.

— Хорошо, позже посмотрим, — Семенов встал и пошел смотреть на «БМВ» и убитого милиционера.

Он приблизился к иномарке и отметил, что машина стоит под эстакадой, на тротуаре, в малолюдном месте. Вокруг не было ни души, и только потоки машин проносились влево и вправо по раскаленной шумной вонючей трассе. Они отделяли ее от тротуаров с прохожими.

Семенов осмотрел пространство и не заметил камер наблюдения на столбах и возле офисов близстоящих домов.

— Значит, убийца киллера специально выбрал место под эстакадой, чтобы не было свидетелей и камер наблюдения, — констатировал полковник. — Ими сейчас вся Москва нашпигована.

— Значит, к убийству готовились, — констатировала Бобкова.

— Да, раз нам такую помощь оказали.

Семенов приблизился к машине, приоткрыл дверь и заглянул в салон. В нос ударил приятный запах дорогого французского одеколона «Дракар». Его почувствовали все и отметили, что убитый отличался отменным вкусом.

— Привет, — сказал полковник находящемуся на заднем сиденье машины криминалисту Андрею Дементьеву. Тот ковырял пальцем в резиновой хирургической перчатке оторванную кожаную обшивку салона. Хотел проверить, нет ли чего под отогнутым куском ткани.

— Привет, шеф, — весело ответил тот.

— Как дела?

— Роем.

— Что нарыл?

— Есть оружие, кассета, записка, пакетик с белым порошком, предположительно, героином, перчатки милиционера…

— Это хорошо, но эти улики нам подбросили убийцы киллера, а мне нужны доказательства, что в квартире Урусбаева убивал именно этот парень. И надо выяснить, он на нас напал или нет.

— Это я вам, Петр Петрович, позже скажу, в лаборатории. У меня есть образцы волос из квартиры и с трупа, есть ниточки ткани с милицейской формы, есть отпечаток подошвы ботинка. Тут на манжете невооруженным глазом видны следы порохового налета, на коже рук попробуем найти такие же следы. Если перчатки были с микроотверстиями, то порох мог через них попасть на кожу…