Пятнадцатый камень - Елена Стринадкина

— …кстати, вы случайно не выходили ночью или утром из своей комнаты? Я к тому, что в таком случае могли заметить, во сколько уехал Роман, — быстро поинтересовался Клим, словно хотел подчеркнуть что вопрос этот заведомо проходной, но замять его нельзя по "долгу службы".

— Я не выходила из этой комнаты ночью, а проснулась, когда меня разбудили и сообщили про Тиму, — отчеканила Марго, и Клим, в тщетных потугах отвлечь ее от потрясений сегодняшнего дня, увел нити разговора в прошлое:

— А какие отношения были у Романа с вашим мужем?

— Нормальные, — устало отозвалась Маргарита, уже явно выдохшаяся. Клим собрался было оставить ее в покое, мирно закруглиться, но напоследок вдова пустила парфянскую стрелу:

— С Элей-то вы на короткой ноге, дружили с ней видно. Разумеется, ее вы не тронете! А она, между тем, физически сильная женщина…. ведь только сильный человек мог так метнуть шар, что…

Тут Маргарита не выдержала и разрыдалась. Буров из джентльменских побуждений попытался суетиться вокруг нее, одновременно понимая, что лучше бы ему незамедлительно удалиться. В конце концов, он так и сделал, призвав на помощь Нонну. Но та, как только Клим вышел из комнаты и спустился в гостиную, схватила его под руку и потащила на кухню, подальше от лишних ушей.

— Мне не дали тебе сказать самое главное! — зачастила Леди сердитым шепотом. — Марго беременна. С ней вообще надо говорить осторожней. Господи, что она тебе сказала?!

"Вот оно что! А я то быстро обуздал свои подозрения возрастным фактором. Тем не менее все признаки налицо: она не пила, смотрела на кокетничающую товарку обездоленными глазами, курила с отвращением и как будто тайком, а в довершении всего ее рвало", — пронеслось в климовой голове. Вслух он только пробормотал:

— Ты уверена? Откуда знаешь?

— От нее же, господи, откуда же!

— Значит, у нее может родиться мальчик… -

— А может и девочка, — добавила Нонна озадаченно.

— Вчера Маргарита была расстроена. Она не хотела рожать четвертого ребенка? Просто скажи — да или нет.

— Понимаешь, у нее проблемы с вынашиванием, с давлением, — зачастила Нонна, — и с возрастом их только прибавилось…

— Просто «да» или "нет"!

— Да. Но этим так мало сказано! Тимур очень давил на нее и угрожал, что в случае аборта он сделает ребенка на стороне.

— Как я заметил, ты не очень охотно вчера с ней общалась. Почему? Просто ответь, ради бога, не оправдывайся, — взмолился Клим, кляня неуемное чадолюбие покойного. — Может, тебе казалась эта проблема надуманной? Может, никаких угроз не было в действительности? Зачем ему, в конце концов, столько детей?

Нонна величественно нахмурилась, вот-вот собираясь дать отпор вторгавшемуся в ее частные владения, но вовремя одумалась и отчеканила:

— Тимур страшно боялся полового бессилия. Его отец умер от чего-то вроде аденомы. Поэтому он изводил Маргариту. Особенно последний год. Естественно, никаких детей на стороне быть не могло. Все эти его якобы шашни с молодыми — миф. Но, сам понимаешь, такой шантаж — для Маргаритки приятного мало. Тимур старше нас, ему 55 лет… исполнилось. У него начались сбои… сам понимаешь, какие. На этой почве еще и началась истерия с деторождением. И я совершенно не знала, как Рите помочь. Потому и не слушала уже… Тимур ведь из тех мужчин, от которых и уйти трудно, и жить невозможно. Но за друга он и под гильотину ляжет. Как Силя говорил, дружил насмерть.

"Не слишком ли много: то отписать богатство сыну нынешнему, то настрогать новых, и на горизонте еще маячит зловещая аденома. Тиранам обычно не свойственна подобная многоплановость!" — подумал Клим.

— … и слышишь еще что, — потребовала Нонна, — Не воспринимайте всерьез весь ее вздор. Про наши козни против нее. Она и так возбудимая до крайности, а теперь просто не в себе… Силя знает и объяснит тебе.

— А где он, кстати?

— Да где-где! Курят вон на улице, — сумрачно донесла Леди и поспешила к горемычной подруге.

— Эй, погоди. Я понимаю, что идешь с абсолютно другой целью. Но в принципе Маргарита нам еще много ценного может сообщить. Если что, свистни. Сама знаешь, это и в ее интересах.

Нонна с чопорной озабоченностью кивнула. Вряд ли она собиралась «свистеть», что, пожалуй, не имело ключевого значения. Скорбящая вдова больше ничего полезного не сообщит, — в этом Клим был убежден. Она и так сказала много. Важно, о чем она молчала, но на то он и доморощенная ищейка, чтобы это выяснить. Пока можно было лишь предположить, что Марго с недавних пор находится под чьим-то влиянием. Настолько сильным, что осмелилась перечить Тимуру. Иначе откуда все эти ветры перемен в ее журнале… Эта вдовушка упряма, честолюбива, амбициозна, но вместе с тем доверчива и склонна создавать себе кумиров. Хотя пока это предположение никак не приближает к разгадке. Среди гостей Сильвестра явно не присутствовал никто, кого можно было бы записать в маргаритины фавориты, а посему к убийству это отношения не имеет.

Итак, с чисто практической точки зрения госпоже М. категорически не выгодна смерть мужа. С прочих колоколен у госпожи М. просто Юрьев день и праздник непослушания. Что перевешивает?

Маргариту, пожалуй, компрометирует, своеобразное отношение к происшедшему: не проявляет элементарного животного любопытства к деталям. А ведь родная душа, какая бы ни была, отправилась к праотцам… Жаклин Кеннеди между прочим через секунды после выстрела, собирала в кулачек мозги Джона — для экспертизы! Хотя это уж слишком. С другой стороны, несомненный плюс — честность. Исходя из древней юридической формулировки, она выложила все, что может быть использовано против нее. Что ж, Маргаритка, оплакивать деспота нефизиологично, не так ли…