Долларовый эквивалент - Алексей Макеев

Пуля задела ему щеку – будто по голове со всего маху приложились тяжелым раскаленным прутом. Весь мир вокруг Гурова наполнился звоном и гулом, точно он попал в какой-нибудь литейный цех. Но он все-таки успел нажать на спусковой крючок – выстрел совершенно потерялся в гуле – и увидеть, как тень впереди рухнула ничком в траву. Только тогда Гуров позволил себе присесть на сырую землю и переждать, пока перестанет звенеть в голове и пройдет вязкая обморочная тошнота.

Минут через десять они с Крячко кое-как сумели прийти в себя и поздравить друг друга с благополучным исходом. Оба были немного смущены и пытались скрыть свою досаду за черным юмором, которому отдали дань в полной мере, когда дар речи к ним вернулся. Им все-таки повезло.

– Судьба на стороне сильных, – высказался по этому поводу Крячко.

– Скорее уж дуракам везет, – заметил на это Гуров. – На сильных мы с тобой сейчас меньше всего похожи. Больше на пацанов, которые залезли в чужой сад и едва ушли от злой собаки. Конечно, посторонним знать об этом совсем не обязательно, поэтому будем развивать твою версию – про сильных мужчин…

Среди бурьяна они нашли бездыханное тело высокого человека – даже при лунном свете было с первого взгляда ясно, что это тот самый человек, в котором они подозревали Петьку Сергеева. Эту версию подтверждал и замусоленный паспорт, который они нашли в кармане убитого. Еще при Сергееве была довольно внушительная сумма денег, черные пластмассовые очки, мягкая кобура на ремнях, закрепленная под пиджаком, и мобильный телефон. На него Гуров возлагал особенно большие надежды, о чем и поведал на следующий день генералу.

Он сказал это после того, как Орлов, заканчивая разнос, уничтожающе констатировал:

– А главное, ради чего вы устроили все это родео? Ради того, чтобы угробить возможного и единственного свидетеля? Не знаю, как мы теперь будем оправдываться в прокуратуре… Мол, ребятам захотелось ночью пострелять…

– Петр, мы нашли у него мобильник, – вставил Гуров. – На сто процентов уверен, что это мобильник того парня, которого Сергеев прикончил в тропаревском лесопарке. Я отдал телефон на экспертизу. Вот-вот будет установлено, кто его хозяин. К тому же там в памяти осталось не меньше десятка номеров.

– Меня сейчас другой номер занимает, – ядовито отозвался Орлов. – Я думаю, вот был бы номер, если этот деятель шмальнул бы чуть-чуть левее!

– Чуть-чуть не считается, – проворчал Крячко, которому критика уже начала надоедать.

– Сейчас бы речи произносили, – не обращая на него внимания, продолжал генерал, – в большой комнате с караулом, какой полковник Гуров был молодец в прошлой жизни и каким пухом пусть ему будет земля…

– Давай не будем о грустном, – предложил Гуров, – а то у меня до сих пор голова побаливает.

– Представляю, – сказал Орлов. – Удивительно, как она вообще у тебя не отвалилась… – Он немного помолчал, сердито глядя в сторону, а потом вдруг предложил: – А вообще у врача-то ты был? Я так и знал, что не был! Тебе к врачу надо. В нашем возрасте с головой не шутят.

– Перебьюсь, – коротко сказал Гуров.

– Кость, она и есть кость, – поддакнул Крячко. – Как сказал прапорщик в том анекдоте. Вот у меня нога страшно болит, а я и то не жалуюсь…

– Ты вообще помолчи, – оборвал его генерал. – По лестнице уже без посторонней помощи подняться не можешь!

– Подняться я могу, – возразил Крячко. – Я спускаюсь не очень.

Генерал махнул рукой:

– Ладно, бесполезно вас учить уму-разуму. Горбатого только могила исправит. Давайте, рассказывайте, что вы еще нашли!

– Ничего особенного, – ответил Гуров. Когда мы в дом вошли, там было примерно то же, что и в первый раз. Вся разница была в том, что люк на чердак был открыт. У него, оказывается, над печкой был люк устроен – Стас в тот раз не обратил внимания. Сергеев не стал открывать замок, приставил лестницу, забрался на чердак, а оттуда уже в помещение. Кое-какая еда у него имелась. Наверное, рассчитывал отсидеться денек-другой, не привлекая внимания.

– Как же не привлекая, когда в село уже и милиция наведывалась, и эти… на чужой машине? – спросил генерал. – Он что же, не чувствовал, что его пасут?

– Не думал, что про домик в деревне узнают, – предположил Гуров.

– Допустим, – сказал генерал. – И что же дальше? Каким боком этот мыслитель относится к делу, которым вы занимаетесь? Что-то я никак не уловлю связи. В банде он был, что ли?

– Как бы то ни было, а в село накануне тех событий он приезжал, – ответил Гуров. – С чего бы вдруг? С людьми какими-то водку пил, берега осматривал… Кстати, отпечатки пальцев этих людей у нас имеются. Сегодня, наверное, заключение получим… Ну и потом – катер. Для нападения использовался угнанный катер режиссера Боголепского. Случайность ли? Про катер знал Вельяминов, а Сергеев был его приятелем, значит, тоже знал. По моему мнению, тут явная связь прослеживается.

– А где тогда Вельяминов?

– Сами не поймем, – развел руками Гуров. – Боюсь, как бы не случилось худшего. Подозреваю, что он мог быть главным наводчиком у бандитов. Вряд ли по доброй воле – зачем ему эти грязные деньги, когда он на своих боевиках неплохо зарабатывает? Предполагаю, что Сергеев был для него, что называется, злейшим другом. Был у них прежде один общий эпизод в биографии – они в одном дисбате срок тянули. Агрессивный и необузданный Сергеев вполне мог в тех обстоятельствах иметь на Вельяминова влияние, которое сыграло свою роль и впоследствии.

– То есть Сергеев вытянул из дружка подробности будущего плавания и передал куда нужно, так, что ли?

– А заодно посоветовался, где можно позаимствовать приличный катер, – добавил Гуров. – Вельяминов не стал ломать голову – личность Боголепского постоянно была у него перед глазами. Вряд ли сейчас удастся установить, чем занимались Вельяминов с Сергеевым накануне того вторника, но, скорее всего, катер со стоянки угоняли. Мы проверили – при определенной сноровке дело это вполне осуществимое. Охрана там не самая надежная. Тем более хозяин не хватился своего имущества до последней минуты. Ну вот, угнали они катер, и одни поехали к нападению готовиться, а другие – ко дню рождения. Назавтра встретились и не узнали друг друга. Вельяминов вообще заявил, что был мертвецки пьян и ничего не помнит. Вот только одна загвоздка – нам не один человек сказал, что Вельяминов в принципе был непьющим человеком…

– То есть все он видел и все знает, – вмешался Крячко. – Такого грех не убить.

– Может, оно и верно, – кивнул Гуров. – И сам он пропал, и машиной его пользовались какие-то другие люди… Только вот непонятно – зачем они Сергеева-то разыскивали и умыкнуть пытались? Если они заодно? Бывает, конечно, что бандиты во взглядах расходятся – ну тогда нож в бок или пуля в затылок. А вся эта беготня зачем? Вот этого я не понимаю. И к тому же такое впечатление, что эти люди прежде незнакомы были.