Из России с любовью - Ян Ланкастер Флеминг

«Должно быть, это мое личное дело», — подумала Татьяна. Как интересно было бы увидеть документ, который решает всю ее судьбу. И какая толстая эта папка — почти два дюйма. Что в ней?

Полковник Клебб просмотрела последние страницы и захлопнула загадочную папку оранжевого цвета с черной полосой по диагонали. Что могут означать эти цвета?

— Слушайте меня внимательно, товарищ сержант! — Это был повелительный голос старшего офицера. — О вашей работе отзываются весьма похвально. Ваше поведение безупречно как на службе, так и вне ее. Государство очень вами довольно.

Татьяна не верила своим ушам. Ее охватила слабость от чувства облегчения. Она покраснела и оперлась рукой о край стола.

— Я очень благодарна, товарищ полковник, — еле слышно пробормотала она.

— Мы высоко ценим вашу образцовую службу, поэтому вам доверили исполнение исключительного по важности задания. Это большая честь. Вы понимаете меня?

Как бы то ни было, это куда лучше, чем она предполагала.

— Так точно, товарищ полковник. — Задание, порученное вам, очень ответственное, и я рада сообщить вам, что после его завершения вам будет присвоено звание капитана государственной безопасности.

Такое было совершенно неслыханно для девушки в двадцать четыре года! Татьяна инстинктивно почувствовала опасность. Она вся напряглась подобно зверю, заметившему стальные челюсти капкана под куском мяса.

— Это большая честь для меня, товарищ полковник, — ответила она, безуспешно пытаясь скрыть подозрительность.

Роза Клебб удовлетворенно кивнула. Она отлично понимала чувства девушки, получившей приказ явиться к ней. Неожиданно мягкий прием, чувство облегчения, охватившее ее, затем вновь пробудившиеся опасения — ничто не укрылось от опытного глаза Розы Клебб. Перед ней стояла красивая, бесхитростная, наивная девушка — именно такая требовалась для предстоящего заговора. Теперь нужно успокоить ее.

— Милая моя, — произнесла она доверительно. — Я совсем забыла. Такое событие, как ваше новое задание, нужно отметить. Не следует думать, что у нас, старших офицеров, нет человеческих слабостей. По такому случаю неплохо открыть бутылку французского шампанского.

Роза Клебб встала и подошла к буфету, где все уже было приготовлено ее ординарцем.

— Попробуйте шоколадные конфеты, пока я буду бороться с пробкой. Это всегда непросто. Нам, девушкам, для такой работы требуются мужчины, верно? Берите, берите. Это отличные конфеты. Только что из Швейцарии. Круглые — с мягкой начинкой, квадратные — с твердой.

Татьяна шепотом поблагодарила хозяйку, протянула Руку и взяла круглую конфету. Во рту у нее пересохло, и конфету с мягкой начинкой легче проглотить. Она с ужасом ждала, когда стальные челюсти капкана сомкнутся вокруг ее шеи: в том, что за этим спектаклем скрывается что-то ужасное, она не сомневалась. Шоколад прилип к ее Деснам подобно жевательной резинке. К счастью, внезапно она почувствовала в руке бокал шампанского.

Роза Клебб подняла свой бокал, весело улыбаясь.

— За ваше здоровье, Татьяна! Поздравляю вас!

Лицо Тани исказилось в мучительной улыбке. Она тоже подняла бокал.

— За ваше здоровье, товарищ полковник!

Она выпила вино до дна, как это принято в России, поставила бокал на стол перед собой.

Роза Клебб тут же снова наполнила его, пролив немного шампанского на скатерть.

— А теперь за ваше новое назначение!

Ее губы раздвинулись в сладкой улыбке. Глаза напряженно следили за выражением лица девушки.

— За СМЕРШ!

Татьяна встала неуклюже, как манекен, и взяла бокал.

— За СМЕРШ, — пробормотала она, двумя глотками опустошила бокал и села.

Роза Клебб не дала ей времени для размышлений. Она села напротив Татьяны и положила ладони на стол.

— А теперь за дело, — ее голос прозвучал как команда. — У нас много работы.

Она наклонилась вперед.

— Вам никогда не хотелось жить за границей? В одной из западных стран?

Шампанское ударило Татьяне в голову. Наверно, это есть ловушка, но пусть тогда она захлопывается как можно быстрее.

— Нет, товарищ полковник. Мне нравится жить в Москве.

— И вам не приходило в голову, как приятно жить на Западе — красивая одежда, джаз, модные прически?

— Нет, товарищ полковник, — девушка говорила правду. Она никогда не задумывалась об этом.

— А если в интересах государства от вас потребуют, чтобы вы жили за границей?

— Я исполню приказ.

— С охотой?

Татьяна нетерпеливо пожала плечами:

— С приказами не спорят.

Женщина замолчала. Следующий вопрос прозвучал заговорщицки:

— Вы девственница, Татьяна?

«Господи», — подумала девушка.

— Нет, товарищ полковник.

Роза Клебб облизнула губы.

— Сколько было их?

Татьяна покраснела до корней волос. Русские девушки скрытны и очень неохотно говорят о своих любовных связях. Этот вопрос прозвучал тем более отталкивающе, потому что был задан офицером безопасности, которого она никогда раньше не встречала и который теперь ее допрашивал. Татьяна набралась мужества и посмотрела прямо в желтоватые глаза.

— Какое право вы имеете задавать такие интимные вопросы, товарищ полковник?

Роза Клебб выпрямилась. Ее голос прозвучал, как удар хлыста.

— Не забывайтесь, товарищ сержант. Здесь задаю вопросы одна я. Вы забыли, с кем разговариваете. Отвечайте на мой вопрос!

Решимость Татьяны исчезла.

— Трое, товарищ полковник.

— Когда? Сколько вам было лет? — Холодные желтые глаза впились в синие измученные глаза девушки и повелевали.

Татьяна была готова разрыдаться.

— В школе. Мне было тогда семнадцать лет. Затем в институте иностранных языков, когда мне исполнилось двадцать два. И в прошлом году. Мне было двадцать три года. Я встретила его на катке.

— Имена, пожалуйста. — Роза Клебб взяла карандаш и придвинула к себе блокнот.

Татьяна закрыла лицо руками и заплакала.

— Нет, никогда, — воскликнула она, когда рыдания стихли. — Делайте со мной что хотите. Вы не имеете права.

— Прекратите глупости, — прошипела Роза Клебб. — Я могу узнать от вас эти имена через пять минут — или вообще любые сведения, которые понадобятся. Вы занимаетесь опасной игрой, товарищ. Мое терпение тоже имеет предел. — Роза Клебб замолчала. Может быть, она ведет себя с этой девушкой слишком жестко? — Хорошо, опустим пока этот вопрос. Вы ответите на него завтра. Уверяю вас, им ничего не угрожает. Им будут заданы вопросы о вас — несколько элементарных технических вопросов. А теперь успокойтесь. Мы не можем тратить время на чепуху.