Хранители холода - Чингиз Абдуллаев

Он протянул аппарат прокурору. Тот растерянно взял телефон,читая сообщение. Затем вернул его Малярову.

– Из-за вас обоих меня выгонят с работы, – пожаловалсяЕфремов. – Что мне теперь делать? Вернуться в прокуратуру и доложить, чтобывший полковник ФСБ испугался, что его квартиру возьмут штурмом, и поэтомувыбросил труп застреленного им человека в окно? Вы думаете, кто-нибудь в этоповерит?

– Это не моя квартира, – напомнил Тимур.

– Какая разница, – отмахнулся Ефремов. – Подскажите лучше,что мне говорить. Как все объяснить? И кто такой этот Саевич?

– У вас есть его документы, – напомнил Караев, – можнопроверить. И откуда у него такое оружие профессионалов. Тоже интересно. Мне кажется,что мы имеем дело не с обычными бандитами. Они бы так нагло себя не вели. Нужноуточнить, с какого правительственного телефона звонили в УВД города. И ктоприказал блокировать наши телефоны. Это можно достаточно легко проверить. Крометого, установить личность Саевича. Где он служил, где работал в последнеевремя. Чтобы выйти на второго. У вас масса зацепок, Аркадий Павлович. Прижелании всех можно найти.

– Что это нам даст? – недовольно спросил Ефремов. – Есливыяснится, что это сотрудники спецслужбы и они проводили здесь свою операцию.Возможно, они ошиблись и приняли вас за других.

– Они не ошиблись, – терпеливо ответил Караев, – они точнознали, с кем именно имеют дело. Даже успели узнать мое звание в ФСБ. Ипрекрасно знали, что это квартира принадлежит Слепцову, где он проживал вместесо своей женой. Повторяю, вам все нужно проверить. Раз они смогли так быстрозаблокировать телефоны сразу нескольких систем, а потом отменить мой вызов, томы имеем дело как минимум с сотрудниками спецслужб.

– А как максимум? – дернулся Ефремов.

– С самой спецслужбой. Пойти на такую операцию могли толькотри или четыре спецслужбы в России. Не у каждой организации есть возможностьвооружать своих людей таким оружием, мгновенно блокировать любые телефоны,отменять вызовы в дежурную часть милиции. Самой милиции или прокуратуре такоеявно не под силу. Но такие возможности есть у Федеральной службы безопасности,у Службы внешней разведки, у Службы охраны президента. Может быть, еще уГлавного разведывательного управления Генштаба или Комитета по борьбе снаркотиками. Хотя последних я бы исключил. Вот, пожалуй, и все. Против насдействовала очень мощная структура.

– Вы с ума сошли, – почему-то шепотом сказал Ефремов. – Высчитаете, что государственная организация могло устроить нападение на вашуквартиру и попытаться вас убить? Вы отдаете себе отчет в том, что говорите?

– Уже в третий раз напоминаю, что это не моя квартира, –разозлился, в свою очередь, Тимур, – но, похоже, что вы правы. Я действительносхожу с ума, когда начинаю об этом думать. Может, мне действительно лучшеотправиться в тюрьму, чтобы там меня защищали. Только я боюсь, что у вас нехватит сил, Аркадий Павлович. И меня уже сегодня ночью убьют прямо в камерепредварительного заключения. Даже если я буду сидеть один и под охраной самых надежныхсотрудников милиции. Что-то мне подсказывает – они не оставят меня в живых.

Ефремов взглянул на Малярова и развел руками.

– Я не знаю, – наконец сказал он, – ничего не понимаю изнать ничего не хочу. Сами решайте, как вам вылезать из этого дерьма. Я вамздесь не помощник. Единственное, что я для вас могу сделать, это не даватьследователям санкции на ваш арест. Пока не давать, под ответственностьподполковника Малярова. Хотя если кто-то хотел вас убить, то они могут сновапопытаться. И никто не даст вам гарантий, что вы останетесь в живых. Я умываюруки. Выкручивайтесь как знаете. Хотя то, что вы знаете, вам бы лучше не знать.

Он поднялся и, еще раз махнув рукой, пошел в гостиную. Тимурподнял голову и взглянул на Малярова.

– Что мне теперь делать? – спросил он своего друга.