Атомная крепость - Иван Цацулин

В военно-транспортном самолете Грин задумался… Годдарт перешел советскую границу благополучно, следовательно, наступила пора решительных действий, однако его, Грина, зачем-то именно в это время вызвали к высокому начальству, предупредив, что он покидает Советский Союз на продолжительный срок. В действиях Харвуда было на этот раз что-то такое, чего Грин не мог понять. Интуиция старой ищейки говорила ему также и о другом – в проведении операции «Шедоу» Аллен Харвуд всего-навсего играет роль подрядчика, – хозяин кто-то другой. Кто же он, кому нужна эта сложная и опасная игра в жизнь и смерть? Это отнюдь не праздный вопрос: карьера Грина таким образом будет отныне, по-видимому, определяться в первую очередь не Харвудом, а кем-то другим, кого он даже не знает.

Предчувствие старого разведчика оправдалось: после его пространного доклада шеф приказал ему немедленно выехать на Гудзон, в Прайсхилл, к Уильяму Прайсу.

Вот, оказывается, кто заказчик! Грину стало не по себе, его пугали слухи об эксцентричности всесильного старика…

Случайность – вот что часто имеет огромное значение. Гейм встретил Грина случайно, когда тот выходил из кабинета Прайса, но летчик обратил внимание на эту встречу с высокопоставленным разведчиком не случайно – он следил за Прайсом и его посетителями. Грина же Гейм встречал прежде в штабе американских войск в Западной Германии и отлично знал, чем тот занимался.

Летчик мог лишь гадать о характере беседы, только что состоявшейся в кабинете «короля урана». А беседа была продолжительная и к тому, что занимало и Гейма и Финчли, имела непосредственное отношение.

Некоторое время сидели молча, – старик откровенно изучал своего гостя, Грин поневоле потупился.

– Я просил мистера Харвуда дать мне возможность встретиться с вами, – заговорил наконец Прайс. – Я хотел посмотреть на вас поближе, чтобы составить мнение – можете ли вы выполнить мое задание.

Грин напряженно думал: вот оно – началось, сейчас решится его, по крайней мере ближайшее, будущее!

Прайс продолжал:

– Хорошо, что вы здесь, я имею возможность лично проинструктировать вас. Я внимательно следил за вашей работой в Москве, – вы пока что не повторили ошибок Шервуда, но у меня нет полной уверенности, что у вас все пройдет гладко, – «король урана» с откровенным сомнением посмотрел на разведчика. – Во всяком случае, попробуем… – Он помолчал. – Я намерен сегодня сказать вам о смысле всей нашей затеи с «Шедоу», тогда вы легче разберетесь, что и как нужно побыстрее освоить до отъезда в Советский Союз. Учтите, как только вы снова окажетесь там, вам придется немедленно всеми средствами форсировать дело.

Грин осторожно заметил:

– Мне будет очень трудно – едва я проеду пограничную станцию, как советские органы безопасности могут взять меня под наблюдение…

Прайс неожиданно рассмеялся.

– Разведчики, – заговорил он презрительно. – Впрочем, скажу вам о том, о чем вы и сами могли бы давно догадаться: вызывая вас в Штаты, я этим самым хотел облегчить вам проведение операции «Шедоу».

– Не понимаю, – откровенно признался Грин.

– А между тем все ясно… Советские органы безопасности уверены, что вы в Штатах?

– Д-да… Конечно.

– Русские будут уверены, что вас нет, а вы уже давно есть. Понимаете, Грин, это даст вам – по крайней мере на некоторое время – свободу действий, вы станете незримы для чекистов.

Прайс торжествовал, воображая, что придумал гениальный ход, но Грин почувствовал себя не весьма хорошо: в его мозгу мгновенно, как в калейдоскопе, замелькали одна ярче другой картины его будущего перехода через советскую границу – контрольно-следовые полосы, система скрытых препятствий, наряды солдат в зеленых фуражках, собаки, идущие по следу, по его – Грина следу… Ужасно! Вот она – ощутимая разница: одно дело руководить, и совсем другое – быть руководимым, да еще таким человеком, как Прайс.

– Но ведь в конце концов они обнаружат меня, – заметил Грин. – Как же в таком случае я объясню им свое появление на советской территории?

Прайс пренебрежительно махнул рукой:

– Если им удастся-таки вас обнаружить, – вы скажете, что вы никуда и не уезжали, документы на выезд в контрольно-пропускном пункте действительно оформили, но вместо того чтобы выехать с пограничной станции на запад, срочно вернулись на восток, в Москву. Только и всего. Мы переправим вас в Россию на подводной лодке с севера. Понимаете?

Грин кивнул, теперь все было ясно за исключением кое-каких деталей.

– Я хотел бы, чтобы вы ясно представляли себе всю сложность проблем, связанных с «Шедоу», – продолжал Прайс. – Я как-то уже говорил, что Советский Союз – это атомная крепость, которую нам не взять. Не буду распространяться на эту тему, все это вы, наверное, понимаете не хуже меня. Подчеркну лишь: я твердо убежден, что в случае возникновения большой войны победителем выйдет тот, у кого будет превосходство в космосе… Наши деятели допустили большую ошибку, чрезмерно увлекшись лунными проектами… В завоевании превосходства в космосе, того превосходства, которое однажды может решить нашу судьбу, достижение Луны не имеет большого значения.

Русские оказались практичнее нас, пока мы возились с сенсационными полетами на Луну, они кропотливо работали над созданием управляемых людьми, советскими людьми, Грин, – космических станций. Сейчас мириться с подобным положением уже нельзя! Я должен помешать им, дорога каждая минута… Вы меня понимаете, Грин?

– Да, да, – Грин изо всех сил пытался догадаться: при чем тут Уильям Прайс, какое ему, собственно, дело до космических проблем, да еще в явно военном аспекте; на всякий случай высказал несколько соображений по поводу трудностей конструирования мощных двигателей, подбора топлива для них…

– Можно не сомневаться, что рано или поздно мы возьмем все эти барьеры. Однако, как говорится в пословице: «Надежда хороший завтрак, но плохой ужин», а ждать до бесконечности мне некогда, – заметил Прайс.

– «Если хочешь, чтобы дело было сделано хорошо, делай его сам», – Грин тоже вспомнил подходящую к случаю поговорку.

Прайс внимательно посмотрел на собеседника.

– Вы поняли меня правильно, – сухо сказал он. – Я и решил делать мое дело сам… Поэтому вам придется срочно провести операцию «Шедоу».

Грин боязливо вставил:

– Это будет трудно, очень трудно, мистер Прайс. Конструкторы космических кораблей, ракет, двигателей, баллистических снарядов, ученые-атомники в Советском Союзе тщательно охраняются, даже имена большинства из них никому не известны.

Прайс зло усмехнулся.

– Не набивайте себе цену, – сказал он. – Пока что вам придется подобраться к тем специалистам, которых вы уже выявили по моему указанию. Да, да, это было мое указание Харвуду. Следует признать – вы с ним успешно справились, и сегодня я послал Харвуду чек для вас на крупную сумму – плата за умение и желание. Теперь осталось до вести дело до конца, достать материалы о работе этих советских ученых – и вы получите от меня новый чек. Десятки тысяч долларов – разве они не нужны вам?