Ласточка смерти - Марина Серова

С такими мыслями я села за руль и повернула по направлению к дому.

* * *

Близился вечер, а я все никак не могла придумать, что мне надеть сегодня в кафе. С одной стороны, «Руслан» – заведение молодежное, но я ведь иду туда не одна, а, как выразилась бы тетя Мила, с «претендентом на мою руку и сердце». До «претендента» Михаилу, конечно, далеко, но выглядеть я должна на миллион долларов. Как это осуществить, беря в расчет то, что вчера я, мягко говоря, просчиталась, надев в ресторан вечерний туалет? Кто знает, может, в другом наряде я была бы осмотрительней? Сегодня нужно будет учесть все ошибки и больше их не повторять.

Беглый осмотр моего «приданого» ситуацию не прояснил. Нужно было во что бы то ни стало выглядеть элегантно и в то же время не забыть про экипировку. Никто не должен видеть во мне телохранителя, но вооружиться стоило до зубов: перед тем как пойти в «Руслан», я хотела бы посетить неуловимого директора летнего кафе.

Длинное платье и туфли на шпильке лучше оставить для более торжественного случая. А что сейчас носят тинейджеры? Я оставила плечики с платьями и стала перебирать брючные костюмы. Может, надеть этот льняной со свободной блузой? Под ним будет много места, где я смогу спрятать кобуру. Но я его купила в позапрошлом году, и он успел перестать быть пиком моды.

Тогда вон те бриджи и сиреневую тунику. Нет. Тоже не пойдет. Я буду с Михаилом, а он наверняка наденет что-то классическое. Придумала! Зауженные новые джинсы плюс свободная бордовая туника с тонким серебристым рисунком. Джинсы без лишних украшений красиво обтянут ноги, а туника достаточно свободна, чтобы под ней поместилась кобура. На ноги – любимые туфли с металлической окантовкой. Так что если на меня нападут, у меня будет очень веский «аргумент» в свою пользу.

Теперь волосы. Я критически оглядела себя в зеркало и вдруг поняла: распущенные темные волосы с таким костюмом будут выглядеть неряшливо. Я собрала волосы на самом затылке, дважды их перекрутила и заколола стильным «крокодилом», так что получился асимметричный хвост. Вот так. В восточном духе и никак по-другому.

К такому наряду нужен соответствующий макияж. Там, в «Руслане», наверняка будет дискотека, и мой боевой раскрас должен быть соответствующим. Я припудрила лицо, вынула коробочку с тенями и наложила на веки несколько тонов: от белого до темно-вишневого. Для ресниц у меня была тушь с эффектом объема, а для губ – самый модный этим летом цвет помады – темно-вишневый. Получилось несколько ярче, чем требует этикет, но если учесть грядущую дискотечную полутьму, то в самый раз.

Я критически осмотрела себя в зеркале, повернулась и заглянула себе за спину. Сейчас на телохранителя я не похожа. А на кого? На девушку из зажиточной семьи, пришедшую провести вечер в кафе с дискотекой. Я осталась довольна собой. Взяла телефон, сумочку и тихо выскользнула из дома.

* * *

Я поставила «Фольксваген» на стоянку около кафе и стала ждать Михаила. Не успела я потерять терпение, как его «Лада» вывернулась из-за угла и помигала фарами. Я подошла к машине. Михаил высунулся из окна и спросил:

– Как дела?

– Привет! – сказала я вместо ответа. Мы созванивались утром, и в течение дня у меня ничего не могло произойти. Хотя как сказать. День на день не приходится.

– У нас сегодня целый вечер… – начал, улыбаясь, мой травматолог, но я его перебила:

– …и давай, пока он не начался, сходим по одному делу.

Улыбка тотчас сползла с его лица.

– Какие дела могут быть у тебя в восемь вечера? – начал он.

Я не дала ему договорить.

– Мне нужно встретиться с директором одного кафе.

– По личным мотивам? – ядовито поинтересовался он. – Конечно, нужно было вытянуть меня из дома, чтобы сказать, что ты сегодня уже занята, – с обидой выговаривал он мне.

Остановить поток его жалоб казалось невозможным, но мне это удалось. Я сказала, что нуждаюсь в его помощи. Он изобразил крайнее удивление.

– Какую помощь я могу оказать тебе в твоих личных делах?

– Это не личные дела. Это – дела ребенка, которого я охраняю.

Михаил демонстративно почесал в затылке.

– Н-да… – произнес он наконец, – чего ты хочешь от меня?

– Немногого. Я хочу, чтобы ты пошел со мной и притворился врачом санэпидстанции.

– Всего-то?! – Мой доктор начинал злиться. – Врачом санэпидстанции? – переспросил он. – А что подумают мои коллеги, когда узнают? Об этом ты не подумала?

– Никто ничего не узнает, – заверила я Михаила. – Нужно просто быть со мной рядом и ничего не говорить.

– Ради чего я должен все это проделать?

У меня не было ответа на этот вопрос, и я почти прошептала:

– Ради меня…

– Ну хорошо, – согласился он, – куда нужно ехать?

– Никуда. Кафе за углом, на Проспекте. Поставь машину на стоянку и пойдем пешком.

Михаил развернул авто мордой к дороге, вышел из него, закрыл дверцы и поставил на сигнализацию.

– Показывай, куда идти, – обреченно сказал он, – будем притворяться. Только если что, я никаких актов составлять не буду.

– До актов не дойдет, – заверила его я, взяла под руку, и мы пошли по Проспекту.

Через пять минут ходьбы мы подошли к кафе. Зал был полон народу, официанты разносили мороженое, еще люди стояли неподалеку и ждали своей очереди. Торговля мороженым в этот поздний час была бойкой.

Мы протолкались сквозь толпу к подсобке. Она была открыта. Открыта была и соседняя дверь, на которой накануне я видела табличку «Администрация». В глубине кабинета сидел в кресле пожилой мужчина в светлом летнем костюме старомодного покроя и говорил по телефону. Как я поняла, это и был директор кафе-мороженого, Андрей Васильевич Лагутин. Пока мы ждали, когда он освободится, я успела хорошо его рассмотреть. Это был низенький толстячок с остатками пышной шевелюры на голове и мясистым пористым носом. По давней привычке он часто касался темени, словно хотел пригладить и без того гладкую лысину. Разговор шел на отвлеченную тему, и я не стала к нему прислушиваться. Когда он закончил, я постучала в косяк костяшками пальцев и, не дожидаясь приглашения, вошла в кабинет:

– К вам можно?

Директор равнодушно посмотрел в мою сторону и указал мне на стул.

– Присаживайтесь. Вы по какому вопросу? – спросил он бесцветным тоном.

Я села напротив на стул и жестом пригласила в кабинет Михаила.

– Добрый вечер, Андрей Васильевич.

Андрей Васильевич вздрогнул. Он не ожидал, что незнакомая женщина знает его имя и отчество.

– Чем могу быть полезен? – Этот вопрос он задал более заинтересованно, но в его тоне сквозило напряжение.

– Вчера утром в мороженом моего подопечного оказалась муха. Мы обратились в санэпидстанцию, – я кивнула в сторону Михаила, – о чем и решили поставить вас в известность.