Подставная дочь - Евгений Сухов

– Нет, не знаю. Вернее, не помню, мал еще был, – ответил я.

– Это были большие деньги. Зарплата инженера едва ли не за полгода…

– Ого! Это солидно.

– Вот именно, ого! – назидательно поднял указательный палец вверх Григорянц. – А ребята собрали мне эти деньги за два дня. И ни разу не потребовали вернуть долг. Сам им постепенно отдавал по порядку: сначала Петьке, потом Альке, потом Ильдусу, Ваське… Вот какие мы были друзья. Теперь все как-то не так. – Эдуард Юрьевич снова вздохнул. – Я тут однажды ехал на маршрутке… Смотрю, на одной остановке пара входит, парень и девушка. Ну, явно влюбленные. Так нежно смотрели друг на друга. За руки держались. А когда к ним кассир подошла, то билет за проезд они покупали каждый за себя. Такая вот нынче любовь и дружба…

– Я такое тоже имел возможность наблюдать, – заметил я. – И меня тоже покоробило.

– Вот! Покоробило! Самое то слово… Меня сейчас многое коробит. Но, – Эдуард Юрьевич виновато посмотрел на меня, – мы немного отвлеклись… Итак, у нас в группе сложился свой особый коллектив. Очень дружный. Многие даже завидовали нашей дружбе. А потом, это было уже на третьем курсе, она дала трещинку… Мы, я и Вася, влюбились в одну девушку. Правда, и раньше мы оба оказывали ей внимание, но до изъявления чувств как-то не доходило. А тут – прямо накрыло обоих. Не знаю, как Васька, а я так думать ни о чем не мог, кроме как о ней. Из-за этого даже учиться стал хуже. Она мне улыбнется – и я счастлив. Улыбнется Ваське Масловскому – и все, на душе мрак, и жить уже вроде бы незачем. На Ваську тогда многие девушки заглядывались. И он в этом смысле время даром не терял. Веселый был парень, балагур, хохмач. Вот он этим Алевтину и взял…

– В смысле – «взял»? – не понял я.

– В том смысле, что они поженились, – пояснил Эдуард Юрьевич, – в самом конце третьего курса.

– А Алевтина – это Алевтина Павловна, вдова Василия Николаевича? – наконец догадался я, кто такая эта Алька.

– Да, – кивнул Григорянц. – Так вот, поженились они. Я места себе не находил, хотел даже из института уйти, чтоб их обоих не видеть, но Васька отговорил. И из компании нашей они с Алькой не ушли. Так до самого окончания института мы вместе и проучились. А потом меня и Василия взяли на работу в тогда еще АО «Моспроект», правда, в разные мастерские. Через год Василий предложил мне организовать собственное архитектурное бюро на правах малого предприятия. Я согласился. Написали устав, собрали все бумаги, которые тогда требовались, наскребли на уставный фонд, Васька сунул на лапу, кому надо было, и мы открылись, сделавшись учредителями малого предприятия «Архитектурное бюро «МаГ». Ну, Масловский – Григорянц. Поначалу работали вдвоем. Потом стали принимать к себе таких же выпускников архитектурного института, какими были сами. С нами сотрудничали и кое-кто из «Моспроекта». Поэтому и заказы были, и деньги пошли. А как только на нашем счету стали появляться деньги, к нам пришли два представителя из братвы и предложили свои услуги…

– Услуги «крыши»?

– Именно так, – подтвердил Эдуард Юрьевич. – Спорить мы с ними не стали, поскольку это было себе дороже, да и мало кто в те времена не был бы накрыт «крышей» братвы. Василий как-то мирно с ними договорился, и мы ежемесячно отстегивали им пятнадцать процентов с прибыли. А поначалу они просили тридцать… Являлся «мытарь», Вася вручал ему конверт с деньгами, и «мытарь» уходил. Эксцессов по этому поводу не было никаких…

– А сколько времени просуществовало это ваше бюро «МаГ»? – поинтересовался я.

– Так оно и по сей день существует, – ответил Григорянц. – Только теперь это не малое предприятие, а Общество с ограниченной ответственностью. Пришлось провести перерегистрацию, когда форму малых предприятий отменили. Но ничего особо не изменилось: мы с Васей по-прежнему являемся в нем партнерами-руководителями… – Эдуард Юрьевич осекся. – В смысле, являлись. Простите, все никак не могу свыкнуться с тем, что Васи нет…

– Теперь получается, вы единственный руководитель архитектурного бюро? – спросил я.

– Да, получается, что единственный, – немного посмурнел Эдуард Юрьевич. – А вот владельцев двое: я и Алевтина.

– А как у вас с ней складывались отношения, после того как она вышла замуж за Василия Николаевича?

– Хорошо складывались, – немного удивленно посмотрел на меня Эдуард Юрьевич.

– А с Масловским? Ведь он увел у вас любимую девушку.

– Я вас понял, – серьезно посмотрел на меня Григорянц. – Во-первых, Василий не увел у меня любимую девушку. Это девушка из нас двоих предпочла его. Во-вторых, он все время оставался моим другом. А иначе мы бы не замутили с ним это архитектурное бюро. Мы доверяли друг другу. И вообще…

– Что – «вообще»? – заинтересованно посмотрел я на Эдуарда Юрьевича.

– Вообще, это… вообще, – недовольно произнес Григорянц. – Вы что, пришли меня обвинять в смерти Васи?

– Да упаси меня бог, у меня и в мыслях подобного не было! Да и кто я такой, чтобы кого-либо в чем-либо обвинять? Просто хочу побольше узнать о личности Василия Николаевича Масловского. О его пристрастиях, привычках, мировоззрении, если хотите. О его отношении к жизни и людям, товарищам, друзьям, врагам… Кстати, у Масловского имелись враги, Эдуард Юрьевич?

– Да нет, вроде не было, – после довольно длительного раздумья произнес Григорянц.

– А если подумать?

– Я уже подумал, – суховато ответил Эдуард Юрьевич. – Возможно, у него могли быть враги по линии его общественной деятельности. Это ведь такое дело, обязательно кому-нибудь на ногу наступишь. К примеру, тот же аферист генерал Манаев.

– Вы его знаете? Генерала Манаева?

– Лично – нет, не знаю. Но мне о нем рассказывал Василий, – ответил Григорянц.

– И что вам рассказывал о генерале Манаеве Масловский, если не секрет?

– Да интересный он генерал. Биография его крайне противоречива: то служит одновременно в двух местах, то принимает участие в боевых действиях там, где они давно закончились. Звания как-то получает, ускоренно. Орденов куча, как у Брежнева. Весь китель увешан. Упоминал Вася его ближайшее окружение, вроде как на руку они нечисты. Материал он по этому мутному генералу собирал конкретный и разоблачительный. Должен был по этому вопросу на конференции выступить. И вот – выступил… – помрачнел Григорянц.

– Ну, насколько мне известно, – сказал я с утешительной интонацией, – генерал Манаев находится под подозрением в связи с убийством Василия Николаевича. К нему даже применена санкция – подписка о невыезде. И изменение ее на содержание в следственном изоляторе, возможно, лишь дело времени.

– Он отмажется, – махнул рукой Эдуард Юрьевич. – Такие всегда отмазываются. Да и не факт, что это он убил Васю. Он же не тупой, так явно подставляться. О содержании доклада Васи он наверняка знал, поэтому понимал, что первое подозрение в убийстве Масловского падет на него. Может, тут нечто иное…