Тигру в пасть - Марина Серова

И действительно, к переезду уже подходил товарняк. Меня это обрадовало, потому что товарные поезда идут с меньшей скоростью, да и составы их значительно длиннее пассажирских.

Когда состав был в ста метрах от нас, я резко сорвала машину с места, объехав шлагбаум, пересекла рельсы и сделала такой же маневр уже с той стороны.

Опасность моего поступка состояла в том, что если бы заглох движок, то машина застряла бы на рельсах, но я почти не убирала ногу с педали газа, чтобы поддерживать двигатель в форме. До «встречи» с товарняком было секунд двадцать, а сам переезд занял в два раза меньше времени. Зато потом никто не рискнул бы повторить этот маневр, взятый мною опять же из жизни российских автолюбителей. Один псих как-то на моих глазах поступил точно так же, как я сейчас. Правда, за ним никто не гнался, в отличие от нас.

Владельцы автомобилей, стоявших на противоположной стороне, тут же стали выражать свое негодование сигналами.

Я представляла, что творилось там, откуда мы только что смылись: бандиты повыскакивали из машин, забегали вдоль путей и начали осквернять окружающую среду отборным матом.

Товарный поезд — это тебе не электричка в десять вагонов, полдня будешь ждать, пока он пройдет мимо.

Сто тридцать километров в час позволили нам сразу же оторваться на значительное расстояние. Мы притормозили у одного из поворотов, выбросили на обочину бандитов и повернули направо, потому что дорога шла через посадки, и это на некоторое время могло скрыть нас от глаз преследователей.

— Здорово ты придумал с криком, — засмеялась я. — Вроде бы выпутались. Пока…

— Это не я молодец, а ты, — произнес Александр. — Другой бы на твоем месте не понял бы ничего, и затея провалилась бы.

Я промолчала. Может быть, он и прав.

— Куда поедем? — спросила я, выруливая вновь на проселочную дорогу, таким образом пытаясь запутать следы. — И что будем делать с машиной? Опять топить?

— Негде, — отозвался Александр. — Ни одной речки поблизости.

За час мы проехали чуть ли не сто километров и хорошо оторвались — так, во всяком случае, мне казалось.

— Продать бы эту машину, — мечтала я, — нашли бы денег на то, чтобы смыться в Тарасов.

— Хорошо бы…

Мы заехали на какие-то плантации и погнали среди полей капусты, кукурузы и подсолнечника. Навстречу нам попался мужчина на лошади с двуствольным ружьем.

Он сделал нам знак остановиться, и мы решили послушаться. Нагнувшись к окошку, он задал вполне резонный вопрос:

— Вы по делу или как?

— По делу! — тут же ответила я. Моя интуиция мне подсказала, что нужно дать положительный ответ.

— Как проехать, знаете?

— Довольно приблизительно. Если подскажете, что и как, будем знать наверняка.

— Поедете по этой дороге и у картофельных полей свернете направо, а там увидите усадьбу.

— Хорошо, спасибо, — сказала я. — Можно ехать?

— Конечно, удачи вам.

Я повернулась к Александру.

— Ты что-нибудь понял?

— Насчет «по делу» понял, а вот что означает «или как»?

— На месте выясним.

До картофельных полей мы добрались довольно быстро и повернули направо, как и было велено.

Мы поехали вдоль грядок и вскоре оказались у простенького особняка с кучей хозяйственных построек вокруг. Дом был всего-навсего одноэтажным, но длинненьким, оштукатуренным и побеленным. Старомодные окна со ставнями, дверь, обитая коричневым дерматином. Невысокое крылечко с приспособлением для чистки обуви от грязи. Рядом валялись чьи-то калоши сорок шестого размера, наверное, для местного слона.

Из дома вышла женщина лет пятидесяти в приличной шерстяной юбке черного цвета, розовой блузке и белом платке, повязанном на манер банданы. На ногах белые кроссовки «Reebok», не слишком запачканные суглинком. Черты лица интеллигентные.