Дорога к дому - Сандра Браун

– И я думаю, – закончил Гонзалес, – что нам надо туда попроситься.

Додж, слушавший довольно рассеянно, постарался сосредоточиться на том, что говорит его напарник. Их смена закончилась полчаса назад, и теперь они завтракали в небольшом кафе, прежде чем отправиться домой.

– Что-что? – все-таки пришлось переспросить Доджу.

– Да ты меня не слушал! – Гонзалес помешал сахар в стаканчике с кофе ручкой вилки и облизнул ее, прежде чем приступить к поеданию яичницы. – Твои мысли все еще с этой девкой.

– Какой еще девкой?

– Не прикидывайся! – усмехнулся Гонзалес. – Думаешь о той малышке? С рыжими волосами?

Додж с сердитым видом подцепил на вилку и отправил в рот большой кусок картошки.

– Она – не девка!

Улыбка Гонзалеса сделалась шире.

– О, да она здорово тебя зацепила!

– Давай сменим тему.

Добродушно пожав плечами, Гонзалес вернулся к тому, что пытался обсудить с напарником.

– Я говорил о том, что надо нам попроситься в спецгруппу, которую собирают, чтобы поймать грабителя банков. – Закинув в рот клубнику, он принялся энергично орудовать челюстями. – Что ты думаешь по этому поводу?

– Что ты прочел мои мысли.

– Да?

Додж думал об этом уже не один день. С тех пор, как услышал о создании спецгруппы. Вот уже больше года окрестные банки обчищал вооруженный грабитель. Во время последнего налета он выстрелил в охранника, который до сих пор не оправился от раны. Возникали опасения, что, если негодяя не поймать, он в конце концов убьет кого-нибудь. С каждым эпизодом преступник наглел все больше и больше, и в последнее время его выходки стали демонстративными. Словно он получал огромное удовольствие, купаясь в лучах славы, прибирая к рукам денежки и одновременно утирая нос полиции.

Управление полиции Хьюстона рассчитывало поймать его, объединившись с другими силовыми структурами, в частности с ФБР. У них был список подозреваемых, состоявший из имен парней, в прошлом совершавших похожие ограбления, которые отсидели срок или были освобождены условно-досрочно, но не было никаких улик, которые позволили бы связать подозреваемых из списка с преступлениями, совершенными сейчас. Грабителем мог быть один из них или какой-нибудь другой подонок, дебютировавший на криминальной сцене.

В общем и целом следовало признать, что у полиции не было по этому делу практически ничего. И тогда было решено создать спецгруппу.

Додж пришел работать в полицию Хьюстона, едва высохли чернила на его дипломе, выданном Техническим университетом штата. Он мечтал стать детективом и как можно скорее перейти на работу в отдел по расследованию убийств. У Доджа было врожденное умение раскрывать преступления. Оставалось только честно нести свою службу, заслужить повышение и чем-то отличиться.

Додж верил, что работа в этой самой спецгруппе поможет ему показать, что он чуть лучше всех остальных.

– Я уже записался вчера, – сообщил он Гонзалесу.

– Вот как? – Джимми, похоже, новость не обрадовала.

– И добавил в список твое имя, – добавил Додж.

– Хорошо! Отлично! – На лице Гонзалеса засияла улыбка. – Мы оба будем круто смотреться в их форме.

– Ну… многие копы хотят попасть в эту группу. Нас пока еще никто не выбрал.

– Обязательно выберут. Уж тебя-то точно.

– Почему ты так думаешь?

– Там планируется работа под прикрытием. – Гонзалес шутливо приподнял брови. – А это – твоя специальность, напарник.

Додж вонзил зубы в свой стейк слабой прожарки.

– Все это слухи.

Гонзалес смерил его всепонимающим взглядом.

– Говорю тебе, все эти сплетни про меня – сплошное дерьмо, – стоял на своем Додж.

Гонзалес отодвинул в сторону пустую тарелку и перегнулся через стол к Доджу.

– А как насчет убийства нескольких человек в стрип-клубе в прошлом месяце?

– А что насчет того убийства?

– Так, значит, врут люди, что, пока детективы допрашивали так называемых свидетелей, ты пригласил хозяйку заведения на задний двор для приватной беседы?

– Я вообще в тот день не работал. Случайно проходил мимо. Просто повезло.

– Повезло? – фыркнул Гонзалес. – Да уж, черт побери! За двадцать минут она назвала тебе имя убийцы, и ты привел полицейских прямо к логову, где он прятался. Так, значит, врут люди?

Додж потянулся за чашкой кофе.

– Я не водил ее на задний двор.

– Но ты заставил ее выдать убийцу.

– Не так уж это было сложно, – ухмыльнулся Додж. – Я доказал ей – и не раз, – что этот подонок ее не стоит. Она может рассчитывать на гораздо большее.

Гонзалес расхохотался.

– А разве ты не говорил, что разгадку большинства тайн можно найти под женской юбкой?

– Да никогда!

– Но тебя цитируют!

– Все это дурацкие разговоры в курилке!

Но хитрый взгляд Доджа выдавал его.

Закончив завтрак и поделив пополам сумму чека, напарники расплатились.

Когда они прощались у ресторана, Гонзалес вдруг сказал:

– Приятно думать, что все же есть одна женщина, которую ты не можешь поиметь. Та рыженькая не станет отказываться от своего супербогатого парня, хоть он и поколачивает ее время от времени, ради патрульного копа. Так что без этой крошки тебе придется прожить, Додж.

Гонзалес оказался прав. Заступив в тот вечер на дежурство, Додж узнал, что Роджера Кэмптона выпустили из-за решетки еще до полудня. Его адвокаты – их было несколько – предложили выдвинуть встречный иск о полицейском преследовании, а мисс Кэролайн Кинг отказалась предъявить обвинение. Адвокаты утверждали даже, будто девушка сожалеет, что обратилась в полицию, что все происшедшее было результатом недопонимания. В общем, спустили все на тормозах.

Додж представлял себе, что так и будет, но все это сильно ему не нравилось, и он не мог этого так оставить.

После дежурства он сказал Гонзалесу, что завтракать не хочет, и направился к дому Кэролайн Кинг. Он как раз парковал машину у обочины, когда девушка вышла за утренней газетой. Выйдя из машины, Додж направился к ней.

– Мисс Кинг?

Заслонившись тыльной стороной ладони от бьющего в глаза солнца, девушка устало посмотрела на него.

– Я – офицер Хэнли.

На Кэролайн были шорты и футболка, ноги оставались босыми.

Рядом с ботинками Доджа, носившего двенадцатый размер, ступни ее казались крошечными, словно бы детскими.

– А, здравствуйте! – отозвалась наконец Кэролайн. – Я не узнала вас без формы.