Второе признание - Рекс Стаут

Вулф поднял плечи, снова их опустил:

— Я вовсе не скулю… хотя кто знает? Я надеюсь победить, но какова будет цена, сказать не берусь. Может быть, для победы потребуется много времени: год, пять, десять. — Он нетерпеливо взмахнул рукой: — Не на то, чтобы покончить с вашим мистером Рони, — это пустяк, мелочь. Очень скоро вам придется разговаривать с ним через решетку в комнате для посетителей, если желание видеть его у вас не пропадет. Но Икс не позволит мне поставить на этом точку, хотя, возможно, попытается усыпить мою бдительность на этот счет. Но я точно знаю — начав это дело, я буду должен довести его до конца. По-настоящему. Так что оценивать издержки времени я просто не могу. И денежные издержки — тоже. Необходимой суммы у меня нет и в помине, заработков не будет, следовательно, финансировать эту операцию должен ваш отец, и взять на себя такое обязательство он должен заранее. Если я ставлю на карту собственный комфорт, свободу и даже жизнь, я вправе рассчитывать, что он поставит на карту свое состояние. Не важно, каковы его доходы…

Вулф прервал себя на середине предложения.

— Пф! — бросил он пренебрежительно. — Я должен быть с вами совершенно откровенен, вы этого заслуживаете. Я уже сказал, что решить вопрос с мистером Рони не составит труда, — стоит мне обосноваться в надежном месте, ему сразу воздается по заслугам. Что до Икса, надеюсь, у вас сложилось ясное представление о том, что это за человек. Он поймет, что мне нужны деньги, и, коль скоро добраться до меня он не сумеет, попытается перекрыть источник подпитки. Прежде чем прибегнуть к насилию, он испробует самые разнообразные способы воздействия: человек он здравый и знает, что убийство — это крайнее средство, а убивать такого человека, как ваш отец, весьма опасно; но он пойдет на этот риск, если сочтет, что все прочие средства исчерпаны. Я не…

— Об этом не надо, — вмешался Сперлинг. — Пусть моя дочь подсчитывает стоимость этой операции в деньгах, это ее право, но спасать мою жизнь я ей не позволю. Тут я решаю сам.

Вулф взгляну на него.

— Недавно вы просили меня продолжать. Что скажете теперь? Может, есть смысл откупиться от меня и покончить с этой историей?

— Нет. Вы говорили о тщеславии, но в моем случае тщеславием дело не ограничивается. Я не выхожу из игры, что бы ни случилось.

— Но Джим… — начала было жена, однако он оборвал ее, даже не открыв рта. Он лишь взглянул на нее.

— В таком случае, — обратился Вулф к Гвен, — у нас только два выхода. Я не отказываюсь от этого дела, ваш отец не освобождает меня от взятых обязательств, поэтому решать предстоит там, как я и говорил. Если вы настаиваете, доказательство будет вам представлено. Так да или нет?

— И вот это, — накинулась на меня Медлин, — лучшее, что вы можете сделать для Гвен?

— Конечно, — выпалил я в ответ. — Поезжайте посмотрите на нашу оранжерею!

Гвен во все глаза глядела на Вулфа, не упрямо, а словно пытаясь разглядеть его насквозь и увидеть, что там на другой стороне.

— Я уже сказал, — снова обратился к ней Вулф, — во что может обойтись мне, вашему отцу и вашей семье такое доказательство, если вы на нем настаиваете. Наверное, важно, во что это может обойтись еще одному человеку: мистеру Рони. Он на долгий срок попадет в тюрьму. Может, это как-то повлияет на ваше решение. Имейте в виду, что никакой фальсификации, никакой подтасовки фактов для этого не потребуется, не забивайте себе этим голову. Ваш мистер Рони — отпетый негодяй. Я не стал бы называть его отвратительным и гнусным маленьким слизняком — пожалуй, это чересчур, — но что он жалкий тип, сомнений нет. Ваша сестра считает, что я все преподнес слишком грубо, но как я должен был это преподнести? Намекнуть, что он, возможно, не вполне вас достоин? Этого я не знаю, потому что не знаю вас. Зато знаю другое — я сказал о нем чистую правду, и если вы потребуете доказательств, я их предоставлю.

Гвен поднялась с кресла. Оторвала наконец-то глаза от Вулфа — после неуверенного взгляда в мою сторону она буравила его беспрерывно. Она оглядела свое семейство.

— О своем решении я скажу вам перед сном, — твердо произнесла она и вышла из комнаты.