Метод - Даниил Лектор

– Мечтай! – бросила Есеня. – Это было… непрофессионально!

– Почему же? – Меглин пожал плечами. – Я думал, если у тебя соски встанут, ты ему больше понравишься…

– Кому – ему? – Есеня ничего не понимала.

– Душителю, – тихо произнес сыщик. – Он был здесь, в зале.

Затем он в своей обычной манере повернулся и вышел, ни слова больше не говоря. Есеня поспешила за ним.

Они миновали несколько кварталов и вошли в городской парк. Здесь Есеня задала мучивший ее вопрос:

– Почему ты решил, что он из полиции?

Вместо ответа следователь внимательно посмотрел на нее. Есеня поняла – это задание. Она сама должна ответить.

– Он часто разъезжает и всегда может это объяснить… – размышляла она вслух. – Легко подходит к жертвам на дистанцию доверия. Так?

Меглин покачал головой:

– Нет. Главное – он власть любит. Его когда-то сильно обидели, а теперь он может. Кого угодно. И даже свидетелей не боится. Если что, он в системе, и свидетель – не помеха.

– Нападали все время в парке, – продолжала размышлять Есеня. – Но он огромный… Что мы ищем?

– Место, – ответил сыщик. – Место, где ему нравится убивать. Где ему когда-то сделали очень больно, а теперь он сам делает.

Остановившись, он долго осматривался, затем спросил:

– Что ты видишь?

Есеня, уже приученная замечать детали, тоже долго смотрела, но ничего подозрительного не заметила и честно в этом призналась:

– Люди, деревья… А ты?

– Ветку, – ответил Меглин.

Он подошел к кусту, у которого недавно была отломана ветка.

– Это засидка, – объяснил сыщик. – Он отсюда их высматривает. А ветки ломает, чтобы обзору не мешали.

И убежденно добавил:

– Я бы так сделал.

Мимо них пробежала девушка в спортивной форме. Меглин быстро двинулся вслед за ней, Есеня с ним.

– Молодой, лет двадцать пять ему, – на ходу бормотал сыщик. – Бегает хорошо…

– Спортсмен? – уточнила Есеня.

Она достала блокнот и на ходу пыталась записать то, что говорил Меглин. А он продолжал бормотать, словно говорил сам с собой:

– Осмотрелся – вокруг никого, и вперед…

Они приблизились к участку, где деревья росли гуще; здесь парк походил на лес. Внезапно Меглин сделал резкое движение, будто схватил кого-то.

– Сюда ее! – воскликнул он.

Резко свернул с дорожки в кусты, двигался дальше, дальше; Есеня, испуганная и одновременно зачарованная, шла за ним.

– Здесь никто не видит, не слышит, а услышат, мимо пройдут… – продолжал сыщик внутренний монолог – не свой, а скорее человека со шнурком. – Сейчас, сука, сейчас… Не отвернешься! Здесь надо мной издевались, а теперь я над тобой!

Он сделал еще несколько шагов и опустился на корточки перед бетонным парапетом, когда-то сделанным здесь (может, клумбы хотели устроить, да передумали). На бетоне чем-то металлическим было нацарапано:

Самсонова

Бойко

Першина

Кривцова

Список на этом не заканчивался, дальше шли другие фамилии.

– Что это? – растерянно спросила Есеня.

– Те, кто его обидел.

– Девушки?

– Нет, девчонки. Он от них убегал, – пояснил сыщик.

…Мальчишка бежит через парк. За ним гонятся девчонки-одноклассницы, выкрикивают что-то злое. Камень ударяет его в затылок, мальчик падает. Вскакивает, бросается в кусты, прячется за бетонным парапетом. Достает из кармана ключ от дома и выцарапывает на бетоне первую букву: «С»… Из глаз текут слезы, но он продолжает чертить, и скоро на бетоне появляется вся фамилия…

Меглин и Есеня вышли на другую дорожку. За парковой оградой виднелось здание школы. Следователи двинулись к нему. Навстречу, шаркая ногами, прошел какой-то алкаш в старой, донельзя грязной одежде; в авоське звенят пустые бутылки. Почему-то он очень пристально посмотрел на них – и сразу отвел взгляд, когда Меглин тоже взглянул на него.

…Директор школы была удивлена и возмущена:

– Списки выпускников за последние двадцать лет? И это как-то связано с поисками маньяка? Нет, если вам надо, смотрите, но какое отношение наша школа может иметь к маньяку?!

Как раз в этот момент завуч втащила в кабинет директора мальчишку лет двенадцати, в ссадинах, испуганного и в то же время злого. Директор с досадой взглянула на вошедших:

– Опять, что ли? Потом, я занята!

И стала искать в шкафу учетную книгу выпускников…

Женя Осмыловский с видом пай-мальчика сидел в кабинете прокурора Стеклова. Прокурор некоторое время внимательно разглядывал посетителя, затем произнес:

– Отец сказал – ты в следователи рвешься? Прямо поветрие какое-то. Что ж, интересные дела сразу не обещаю, придется попахать.

– Я готов, Андрей Сергеич, – кротко ответил сын генерала.

– У меня к тебе еще один вопрос, – продолжал прокурор. – Личный. Не хочешь, не отвечай.

– Какой?

– У вас с Есеней…

– Несерьезно, – ответил Женя с самым искренним видом.

– Ну, зато честно, – сказал прокурор. – Я позвоню.

…В этот день Женю Осмыловского можно было увидеть еще в одном месте, в котором бывала Есеня, – в архиве МВД. И та же самая сотрудница архива Елена Васильевна, что отказалась выдать материалы Есене, приняла у Жени список заказанных дел. Ознакомившись, заявила:

– Извините, это я вам выдать не могу. Это материалы с грифом.

– Да, я знаю, – обаятельно улыбнулся Женя. – Майор Меглин. Top secret… Но у меня допуск.

И он протянул Елене Васильевне документ.

– Видите – сам генерал Осмыловский подписал!

…Есеня отыскала Меглина на лавочке в парке. Она была так воодушевлена своим открытием, что даже не обратила внимания на почти пустую бутылку вина, которую сыщик держал в руке.

– Я нашла! – сообщила девушка, усаживаясь рядом. – Те же фамилии, что и на дереве. Все они учились в одном классе. Выпуск девяносто восьмого года. Значит, ему за тридцать. Обойдем каждого, всех опросим…

– Обойдем… – поддакнул Меглин. Только теперь Есеня заметила, в каком он состоянии. На ее лице отразилось все, что она думала по поводу его слабостей. Словно желая сильнее ее раздразнить, Меглин допил вино, встал и двинулся прочь. Есеня за ним.

– Мы что-то будем дальше делать? – спросила она.

Меглин, по своему обыкновению, не ответил. Тогда Есеня, тоже уже привычно, заговорила, словно сама с собой: