Смерть коллекционера - Стивен Ван Дайн

(Четверг, 11 октября, 11.00 утра)

Трое в штатском удалились – по-моему, с неохотой. Впрочем, удивляться нечему – когда дело ведет Главное полицейское управление, услуги околоточных не требуются. Этих славных парней вообще не допускают к таким расследованиям.

Итак, едва ушли ребята из местного полицейского отделения, как нагрянули эксперты-криминалисты – капитан Дюбуа и детектив Беллами, и с ними фотограф, Питер Квакенбуш.

– Особенно меня интересуют, – инструктировал Хис, – отпечатки на оконных шпингалетах, на выключателе и на дверной ручке. Мы снимем пальчики у всех домочадцев, сличим их, и тогда… Короче: мне надо знать, кто запер окна и включил электричество в этой комнате. И кто последним вышел отсюда.

Вэнс кивком отозвал сержанта в сторонку.

– Мне кажется, сержант, я могу пролить толику света на проблему, которая вас так занимает. Дело в том, что Коу сам, лично, запер окна и задернул шторы. Он же включил электричество. Должен, впрочем, сознаться – я пребываю в полнейшем неведении относительно того, кто вчера последним касался дверной ручки. К тому же боюсь, что нам не удастся выяснить это архиважный факт посредством ухищрений дактилоскопии…

Хис только заморгал в ответ. Хотел было возразить, но передумал и окликнул капитана Дюбуа:

– Слушайте, кэп, снимите отпечаток большого пальца правой руки у трупа и проверьте, совпадает ли он с отпечатками на шпингалетах и выключателе.

Дюбуа двинулся к одному из восточных окон, припудрил шпингалет желтым порошком и, прихватив свой черный портфельчик, подошел к кровати. Через несколько минут он вернулся с чернильным отпечатком пальца Коу на специальной дощечке и принялся разглядывать его в увеличительное стекло. Вскоре положил дощечку на стол, шагнул к окну, обследовал шпингалет и через секунду проворчал:

– Вы правы, сержант. Все указывает на то, что покойный сам запирал окно.

Еще несколько минут заняло сличение отпечатка Коу с отпечатками на остальных шпингалетах.

– Да, так и есть. Кругом пальчики жертвы. Правда, два отпечатка на шпингалетах размазаны, мы их изучим подробнее, но скорее всего они тоже принадлежат покойному.

Сержант покосился на Вэнса, который успел расслабиться в кресле и теперь курил как бы в полудреме, блаженно прикрыв глаза.

– Ладно, кэп, – сказал Хис. – Займитесь выключателем и дверной ручкой.

Дюбуа сделал, как ему было велено.

– Все то же самое, – кивнул он в подтверждение собственных слов. – Конечно, я не поручусь на сто процентов, пока не будет увеличенных фотографий для сравнения. Но отпечатки с теми же особенностями – с точкой на выступе и с аналогичной бифуркацией.

– Забудьте про увеличенные фото, – помрачнел сержант. – У вас ручка еще не охвачена.

Дюбуа снова взялся за инсуффлятор, распылил порошок по дверной ручке. Используя дополнительную подсветку, внимательно изучил результат.

– Я бы сказал, что ручки касался покойный, – выдал он. – Впрочем, для полной определенности нужны дополнительные исследования.

Хис усмехнулся:

– Ручку с внешней стороны пудрить не будем. Ее нынче утром только ленивый не трогал.

Некоторое время он в задумчивости курил.

– Осмотрите револьвер, кэп. Вон он, на столе, в мой платок завернут.

Дюбуа повиновался.

– Бесполезно, – объявил он через несколько минут. – Курок с гравировкой, на нем пальцы не отпечатываются. На левой стороне, на инкрустации слоновой костью, есть размазанное пятно. Точно не установить.

– Что еще можете сказать про револьвер? – с явным разочарованием спросил Хис.

– Ничего. – Дюбуа снова нацепил монокль и склонился над револьвером. – Похоже, пушку тщательно вытерли, прежде чем этот тип взял ее в руки.

– Разумеется, револьвер вытерли, – сонно заговорил Вэнс. – Возиться с ним – только время тратить. Если на поверхности револьвера и найдутся какие-нибудь отпечатки, они стопроцентно будут принадлежать Арчеру Коу.

Несколько мгновений сержант взирал на Вэнса, затем махнул рукой в сторону Дюбуа:

– Благодарю вас, кэп. Вы свободны.

– Хотите, чтобы я предоставил фотографии в подтверждение изысканий?

Вэнс поднялся на ноги, стал давить окурок в пепельнице.