Смерть в белом галстуке. Рука в перчатке - Найо Марш

Лорд Роберт, с огромной белой манишкой, немного напоминающий мистера Пиквика, с сияющей улыбкой подошел к ним под руку с Трой. Леди Аллейн усадила художницу на скамеечку возле себя. Ее очаровали короткие темные волосы, длинная шея и свободная грация Трой. Уже в который раз леди Аллейн пожалела, что это не невестка сидит у ее ног. Именно такую жену она желала бы для сына и, как ей верилось, такую выбрал бы и он сам. Леди Аллейн досадливо потерла нос. «Если бы не то злосчастное дело!» – подумала она. А вслух сказала:

– Мне так приятно видеть вас, дорогая. Я слышала, ваша выставка имеет огромный успех.

Трой искоса посмотрела на нее и любезно улыбнулась.

– Интересно, кто из нас больше удивлен этой встречей. Я ведь вырвалась из затворничества, чтобы вывезти в свет свою внучку.

– А меня привел Банчи Госпелл, – промолвила Трой. – Я так редко бываю нарядной и беззаботной, что, пожалуй, мне это нравится.

– Вообще-то Родерик тоже собирался прийти, но у него одно запутанное дело, и ему уезжать на рассвете.

– О, – обронила Трой.

Лорд Роберт горячо обратился к леди Каррадос.

– Великолепно! – воскликнул он, повысив голос до фальцета, чтобы перекричать оркестр. – Великолепно, Эвелин! Сто лет!.. не получал!.. такого наслаждения! – Он встал на колени перед леди Каррадос и потянулся к ее уху. – Ужин! – пискнул он. – Скажите, что пойдете на ужин со мной! Примерно через полчасика. Согласны?

Она с улыбкой кивнула. Банчи уселся между леди Каррадос и леди Аллейн и легонько, дружелюбно похлопал каждую из них по руке. При этом рука его наткнулась на сумочку леди Каррадос. Та быстро отдернула ее. Он же, восторженно улыбаясь, глядел в зал, казалось, напрочь забыв обо всем.

– Шампанское! – воскликнул сэр Роберт. – Непревзойденная вещь! Я не пьян, мои дорогие, но, с гордостью признаюсь, слегка возбужден. То, что в наше время, кажется, мило именуется «навеселе». О, как поживаете? Здесь великолепно, не правда ли?

Проходившие мимо генерал и миссис Хэлкат-Хэккетт поклонились. Их улыбающиеся губы беззвучно шевельнулись в знак согласия. Они сели между леди Аллейн и сэром Дэниэлом Дэвидсоном, который беседовал с леди Лорример.

Люси, вдовствующая маркиза Лорример, была величественной дамой лет восьмидесяти. Она любила шали и драгоценности, была сказочно богата и весьма эксцентрична. Сэр Дэниэл лечил ее от люмбаго. Сейчас она что-то настойчиво и бестолково говорила ему, а он восхищенно внимал.

– А вот и Дэвидсон! – обрадовался лорд Роберт. – И Люси Лорример! – Привскочив с пружинистой легкостью, он отвесил в их сторону два маленьких поклона. – Как ваше здоровье, Люси?

– Что?! – громко крикнула та.

– Как ваше здоровье?

– Занята! Я думала, вы в Австралии!

– Почему?

– Что?!

– Почему?

– Не перебивайте! – осадила его Люси. – Я разговариваю!

– В жизни там не бывал, – пожал плечами лорд Роберт. – Эта женщина ненормальная. Чета Хэлкат-Хэккеттов неловко улыбнулась. Люси Лорример перегнулась через Дэвидсона и гаркнула:

– Не забудьте о завтрашнем вечере!

– Кто? Я? – изумился лорд Роберт. – Нет, конечно.

– В половине девятого ровно!

– Знаю. Хотя, как вы могли думать, что я в Австралии, если…

– Я не разобрала, что это вы! – прокричала Люси Лорример. – Смотрите, не забудьте! – Оркестр умолк так же внезапно, как и заиграл, и ее голос разорвал наступившую тишину: – Это будет не первый раз, когда вы меня подводите!

Она откинулась в кресле, хихикая и обмахиваясь веером, а лорд Роберт обвел присутствующих насмешливым взглядом.

– Право же, Люси! – урезонила ее леди Аллейн.

– Он самое рассеянное существо в мире, – настаивала Люси Лорример.

– Что касается этого, – сказал сэр Роберт, – вынужден возразить. Я наипаче всего раб порядка, клянусь честью. Я мог бы рассказать вам, не будь это так скучно, что буду делать завтра вечером и как обеспечу свое точное прибытие на прием к Люси Лорример.

– Внезапно вспомните о нем в четверть девятого и возьмете такси, – фыркнула Люси.

– Ничего подобного.

В разговор неожиданно вмешалась миссис Хэлкат-Хэккетт.

– За пунктуальность лорда Роберта я готова поручиться. Он всегда приходит в условленное место в условленное время. – И она язвительно захихикала, по необъяснимой причине создав вокруг неприятную атмосферу. Всем почему-то сделалось неловко. Леди Аллейн бросила на нее резкий взгляд. Люси Лорример умолкла посреди безнадежно замысловатой фразы. Дэвидсон поставил бокал и внимательно посмотрел на американку. Генерал Хэлкат-Хэккетт громко и нервозно произнес: «Что?» Сэр Роберт с благодушным удивлением уставился на свои пухлые маленькие ручки. Необъяснимое напряжение исчезло при появлении сэра Герберта Каррадоса, который вел под руку некрасивую протеже Хэлкат-Хэккеттов. Девушка прижимала к лицу шифоновый носовой платок и не без отчаяния глядела на свою наставницу. Каррадос являл собой воплощение британского рыцарства.

– Боевая потеря! – лукаво произнес он. – Миссис Хэлкат-Хэккетт, боюсь вы на меня очень рассердитесь!

– Ну что вы, сэр Герберт! – воскликнула миссис Хэлкат-Хэккетт. – Это совершенно невозможно.

– Как? – произнес генерал.

– Эта молодая леди, – продолжал Каррадос, сжимая локоть девушки, – едва начала со мной танцевать, как у нее разыгралась зубная боль. Ужасное невезение – для нас обоих.

Миссис Хэлкат-Хэккетт сверлила глазами свою подопечную с выражением, напоминавшим злобное отчаяние.

– Что такое, милая? – вопросила она.

– Боюсь, мне лучше пойти домой.

Леди Каррадос взяла ее за руку.

– Это действительно неудача, – промолвила она. – Не поискать ли нам здесь чего-нибудь от?..

– Нет, нет, прошу вас, – сказала девушка. – Я, право, думаю, мне лучше пойти домой. – Я… я уверена, там мне станет лучше. Правда.

Генерал вдруг проявил человечность. Он встал, обнял девушку за плечи и обратился к леди Каррадос:

– Лучше домой. Что? Коньяк и гвоздичное масло. Чертовская неприятность. Прошу извинить нас. – Потом повернулся к жене: – Я отвезу ее. Ты оставайся. Я потом за тобой вернусь. Идем, дитя мое. Возьми свою накидку.

– Тебе незачем возвращаться за мной, дорогой, – возразила миссис Хэлкат-Хэккетт. – Я отлично справлюсь. Побудь с Розой.

– Если позволите, – пискнул лорд Роберт, – я был бы рад доставить вашу жену домой, Хэлкат-Хэккетт.

– Нет, нет, – начала было миссис Хэлкат-Хэккетт, – прошу вас…

– Что ж, – сказал генерал. – Все устроилось как нельзя лучше. Что? Попрощайся. Что? – Они обменялись рукопожатиями с присутствующими и откланялись. Сэр Герберт Каррадос пошел проводить их. Миссис Хэлкат-Хэккетт пустилась в длинные объяснения и извинения перед леди Каррадос.