Глухая пора листопада - Михаил Март

Тане с трудом удалось выпроводить Андрея. Он ушел обиженным. Наверное, такого человека надо бы приласкать и пожалеть. Но она не могла. Смерть Лены лежала на его совести, тут и гадать не надо. С другой стороны, Таня и с себя не снимала ответственности. Она поставила перед Андреем условие: «Или я, или она!» В двадцать один год девушка обладала характером столь же жестким, что и ее соперница, хотя та была ровно в два раза ее старше. У Андрея имелся выбор. Он его сделал. Возможно, с испуга.

Елена не потерпела бы его ухода. Она безумно любила мужа, как может любить только женщина. Нет, у разбитого корыта такие дамочки не остаются. Они с Андреем в своих отношениях подошли к самому краю. И вопрос стоял ребром: кто кого опередит. В любом случае дело кончилось бы похоронами. Андрей оказался умнее. Хоронить будут ее. Но все ли он сделал так, как надо? Не заподозрила ли она его? В последнее время он носил жену на руках. Пылинки с нее сдувал. Не показалось ли ей это странным? Любящие женщины чувствуют фальшь. Их очень трудно обмануть.

Надо ждать развязки.

Таня вновь достала дневник и взялась за чтение, пролистав его на несколько страниц назад.

…Наконец-то я мог торжествовать. Сыворотка жизни была изобретена. Требовался срочный эксперимент. Раньше времени хвастаться мы не стали. Но без помощи Гальперина нам не обойтись. Мы с Белухиным пришли к нему.

– Нам нужен богатый клиент не из нашего города для эксперимента.

Он все понял, так как был в курсе наших дел. Ляле я ничего не рассказывал, зная ее страсть к сжиганию ценных материалов. Гальперин в нас верил.

– Так! – он встал. – Все плюсы и все минусы.

– Минусом станет смерть, если не вколоть сыворотку в течение суток. Но продляющий жизнь элемент непременно оставит следы на стенках желудка или в мочевом пузыре. Вскрытие это покажет, и выводы будут однозначны. Умереть мы ему не дадим, конечно. Сам эффект ошеломляющий.

– Хорошо. Мне надо подумать. Сутки или двое. Вами я рисковать не могу. Но, с другой стороны, все должно проходить на ваших глазах. Тут требуется неординарный ход. Цель – деньги. Нужны они нам или нет – вопрос десятый. Важно получить их чистым путем.

– Вот ты и займешься выкупом, а мы экспериментом.

Гальперин сдержал свое слово. Конечно, с его опытом высококлассного мента такие операции ничего не стоили. К тому же тут имел место фактор неожиданности. Человек незащищен, если не ждет удара в спину.

Клиент жил в Екатеринбурге. В доме находился один. Жена с дочкой уехали в Челябинск навестить бабушку. Нам пришлось надеть на себя маски – вязаные шапки с прорезями для глаз и рта. Самое смешное, что я не испытывал страха и даже не волновался. А мой партнер Белухин явно нервничал. Две недели наблюдений за жертвой открыли перед нами целый пласт его жизни.

Мы пришли в его квартиру заранее. Ключи у нас уже были. Сделали со слепков. Меня больше интересовали приключения, связанные с экспериментом, а не результат. О том, что нас могут арестовать, мы вовсе не думали. Во всяком случае, я. Вся эта история очень смахивала на детскую игру.

В отсутствие жены к хозяину квартиры после школы приходила младшая сестра. Так как наш герой не умел делать даже яичницу, она готовила ему обед, накрывала стол и уходила. Главное, на столе неизменно оставляла стакан томатного сока, и он всегда его выпивал. Вот в этот стакан я и вылил экспериментальный раствор. Задача была простая. Не дать клиенту умереть в течение суток. На этот случай в моем кармане был заготовлен шприц с противоядием, хранящийся в футляре.

Квартира нашего клиента имела пять комнат. Не бедный мальчик. Звали его Леонид Николаевич Нечувилин, тридцатипятилетний плейбой и очень удачливый бизнесмен. Надо сказать, что нам даже прятаться не пришлось. Придя домой, он не зашел ни в одну из комнат, а помыл руки и отправился на кухню. Мы терпеливо ждали, пока он пообедает. Пару раз я осторожно заглядывал на кухню. Меня он видеть не мог, так как сидел спиной к двери. Стакан с соком опустел. Первый шаг сделан.

Мы прятались в гостиной. Для большей внушительности я положил рядом с собой травматический пистолет, который не отличался от настоящего.

Нечувилин вошел в комнату и замер. Входную дверь мы предварительно заперли на замок. Бежать некуда.

– Маски на наших лицах, Леонид Николаевич, говорят о том, что убивать мы вас не станем. Трупы не могут описать внешность убийц. Это в кино убийца всегда ходит в маске. Оно и понятно. Личность убийцы скрывают не от жертвы, а от зрителей. Но к логике это не имеет никакого отношения. Присаживайтесь, нам есть о чем с вами поговорить. Будем вести себя цивилизованно, тогда, глядишь, и наша сделка состоится.

Мужчина оказался на удивление спокойным и не пугливым. Он прошел в комнату и сел в глубокое кресло.

– Вам, как я догадываюсь, нужны деньги? Они у меня есть. Не очень много, но есть. Вот только я снимаю со счета мелкие суммы и мое присутствие в банке обязательно. Если я возьму большие деньги, то это вызовет подозрение и служба безопасности моментально среагирует. Вас тут же схватят. А с меня глаз не спустят. Девяносто процентов вымогательств заканчиваются крахом во время передачи денег.

– Да, да. Мы все знаем. Оголять ваши карманы мы не станем. Голому человеку нечего терять. На вашем счету лежит шесть с половиной миллионов долларов. Мы возьмем миллион сто тысяч. Сто тысяч пойдут банку в качестве процентов за обналичку. Таковы их зверские правила. Ну и, разумеется, они не будут задавать вопросов.

– Мой банк будет задавать вопросы и десять процентов в свой карман не положит. Я бы хотел понять: чем вы мне угрожаете? В чем ваша фишка, что называется?