Превосходство Борна - Роберт Ладлэм

Крики неожиданно наполнили темноту какофонией молодых голосов. Вслед за криками появились и подпрыгивающие, догоняющие друг друга фигуры. Кругом были видны разгоряченные улыбающиеся лица и крики, крики, крики... Вебб опустился на колени, прикрывая лицо и шею обеими руками. Это единственное, что он мог сделать в целях самозащиты. Он старался раскачиваться из стороны в сторону, чтобы не быть, по крайней мере, неподвижной мишенью. Его темная одежда дополнительно маскировала его от прицельных выстрелов, но она же была бесполезна, если бы охрана, находящаяся где-то рядом с ним, вдруг открыла огонь: вспышки выстрелов вполне могли высветить его фигуру. А, кроме того, прицельный выстрел мог быть не единственным средством, которое мог применить убийца. Вполне достаточно выстрела из пневматического оружия с использованием пули, начиненной парами цианида. Смерть в этом случае могла наступить в течение минуты, а может быть даже и нескольких секунд.

Неожиданно чья-то рука сжала его плечо! Он резко повернулся, разводя в стороны свои руки, стараясь освободиться от неожиданного прикосновения. При этом он сделал бросок влево, двигаясь подобно дикому животному.

— С вами все в порядке, Профессор? — спросил охранник, приближаясь к нему откуда-то слева, моментально Дэвид поднялся на ноги. В отблесках лучей карманного фонаря можно было заметить, что человек улыбался.

— Что это было? Что вообще происходит здесь?

— Ничего страшного! — прокричал второй человек, появляясь справа от Вебба.

— Что?

— Это всего лишь дети, похожие на ночных духов. Одно удовольствие видеть их!

Вскоре шум и крики стихли. Городок вновь погрузился в тишину. Где-то вдали, между высокими каменными зданиями, которые располагались вдоль игрового поля стадиона, можно было наблюдать пульсирующие яркие вспышки, которые временами озаряли уже пустые трибуны. Футбольный матч между студенческими командами наконец-то завершился. Возбужденная охрана продолжала смеяться.

— Ну, как, профессор? — продолжил разговор тот, который был слева от Дэвида. — Вам лучше, когда мы находимся рядом с вами?

Все закончилось. Его внутреннее состояние начинало приходить в норму, но он все еще не был уверен по поводу произошедшего. Почему еще остается какая-то тупая боль в груди? Почему он был так напуган? Что-то происходило, но он все еще не мог дать этому свою оценку.

— Почему этот случай так расстроил меня? — сказал Дэвид, когда они сидели за завтраком в старом викторианском доме, который они арендовали вот уже некоторое время, с тех пор как Дэвид выписался из госпиталя.

— Ты совсем забросил свои прогулки по пляжу, — произнесла Мари вместо ответа на его вопрос. Она положила перед ним вареное яйцо и несколько тостов. — Тебе бы неплохо немного поесть, прежде чем ты возьмешься за сигареты.

— Нет, послушай. Это действительно беспокоит меня. Всю последнюю неделю я чувствую себя как утка на плохо защищенной галерее. Это ощущение вновь появилось у меня еще вчера во второй половине дня.

— Что ты имеешь в виду? — Мари не спускала с него глаз, продолжая заниматься посудой. — Мне кажется, что иногда твои ощущения прямо указывают на что-то. Расскажи мне подробней о них. Однажды они спасли мне жизнь, в Цюрихе, на Гуизон-Квей. Может быть, на этот раз за ними не стоит ничего страшного.

— Мне иногда кажется, что при такой охране, похожей скорее на военный парад, когда тебя окружают шесть человек: по одному спереди и сзади и по двое справа и слева, все равно не составляет труда для человека, внешне похожего на студента, приблизиться к нам и выстрелить в меня из пневматического оружия? Звук выстрела никто не услышит, потому что его очень легко прикрыть кашлем или смехом. А тем временем я уже смогу получить смертельную дозу стрихнина.

— Ты лучше меня знаешь, что они могут применить.

— Конечно. Потому что мне самому приходилось делать подобные вещи.

— Нет. Так мог поступить Джейсон Борн, а не ты. Но что все-таки случилось вчера?

Вебб продолжал неподвижно смотреть на тарелку. Затем, отодвинув ее в сторону, он вернулся к событиям того дня. — Семинар, как обычно, затянулся. Стало уже темнеть, когда мы направились к автомобильной стоянке. В этот день должен был быть футбольный матч между студенческими командами. Неожиданно меня и мою охрану окружила возбужденная толпа болельщиков. В сущности, они были еще дети: их возбудил этот, как все считали, очень ответственный матч, и они бежали, прыгали, жгли бенгальские огни, громко кричали. Некоторые даже пытались петь песни. И можешь поверить мне, что в эти несколько минут мне показалось, что это вот-вот начнется. Я был снова Борном, ощущая всем своим существом окружающую меня опасность. Все мое существо было близко к панике.