Убийство из-за книги - Дженнифер Роу

Но лицо Сола по-прежнему казалось каменным.

– Так вы, значит, вышли замуж совсем юной, Тилли? – спросила Барбара Бендикс теплым и заинтересованным тоном, какого Кейт ни разу прежде от нее не слышала.

Тилли улыбнулась своим воспоминаниям.

– О да, – подтвердила она. – В двадцать лет. Когда еще училась в университете. Алистер работал, постоянно был в разъездах, занимался продажей… ну, по сути дела, кухонной техники. Ему тоже было двадцать. Мы любили друг друга еще со школы. А когда его призвали, я взяла и сказала ему: пойдем и поженимся, и я буду тебя ждать. Нам казалось, так будет правильно. И мы сразу решили, что у нас будет ребенок, прямо сразу же. В таких делах мне всегда недоставало благоразумия и практичности.

– Не может быть, – восхищенно улыбнулась Барбара, и в голове Кейт забил тревожный набат. Она переглянулась с Иви, привлеченной всеобщим волнением и подошедшей вместе с Полом Морриси поближе.

– Сара, конечно, не помнит, какими они были, эти первые годы, – продолжала Тилли с легким вздохом. – И даже когда Алистер вернулся, она его почти не видела. По работе ему приходилось много ездить, к тому же он был страшно измучен тем, что повидал и пережил…

– Я много виделась с ним, мама, – вспыхнув, возразила Сара. – Почти каждые выходные. И он далеко не всегда грустил. Помню, как он приезжал домой, играл со мной, водил гулять, рассказывал смешные истории, покупал мне что-нибудь и…

– А, ты об этом. – Взмахом руки Тилли отмела воспоминания дочери. – Само собой, он считал нужным скрывать от тебя истинные чувства. Но я-то говорю о настоящем Алистере. Только я знала его. Когда он вернулся с войны, от него осталась лишь пустая оболочка.

– Мама… – начала Сара, но Тилли покачала головой:

– Понимаю, дорогая, понимаю. Легко преклоняться перед тем, кого ты почти не знаешь. Гораздо проще, чем понять и оценить старания того, кто изо дня в день заботился о тебе, когда ты была еще крошкой. Того, кто был вынужден держаться и идти вперед. Да ведь? И так было всегда. – Она окинула мудрым взглядом собравшихся, и полуулыбка затрепетала на ее губах.

Сара отвернулась.

– Вам, Тилли, наверное, пришлось очень тяжело, пока ваш муж воевал во Вьетнаме, – покачала головой Барбара. – Ума не приложу, как вы справлялись с ребенком, да еще учились в университете. Вы ведь, если не ошибаюсь, почти сразу уехали в Перт?

Тилли помедлила.

– М-м… да, – наконец ответила она. – Уехала. Я подумала, что будет лучше чем-нибудь занять себя, закончить учебу и так далее. И моя мама…

– А-а, так вам мама помогала с ребенком, – заулыбалась Барбара. – Как все удачно для вас сложилось. Но, должно быть, вы замучались каждый день мотаться туда-сюда. Ведь ваши родители, кажется, жили возле самого Перта, а у вас, наверное, не было машины?

Тилли растерянно уставилась на нее, потом сумела собраться с мыслями.

– Ну знаете, мы как-то выкручивались, – неопределенно ответила она, жестом давая понять, что пора закрыть тему.

– Вообще-то, мама жила в городе, – ляпнула Сара. – А к нам иногда приезжала на выходные. Так бабушка говорила. Сама-то я этого не помню.

– Сара, послушать тебя, так это был какой-то кошмар! – В смехе Тилли послышались истерические нотки, а взгляд стал испуганным. – Как будто я бросила тебя!

– Ой… извини, – промямлила Сара, глядя на мать исподлобья.

Неловкую паузу невозмутимо рассек гортанный голос Барбары:

– Наверное, Тилли, как раз в это время вы и познакомились с Солом. – Она по-кошачьи улыбнулась, глядя в упор на Мердока. – Я слышала, когда-то он был вашим другом. В сущности, самым близким. Какая жалость, что связь между вами прервалась. Верно говорит Джек, занятно, как такое вообще случается.

– В данном случае ничего особо занятного нет, – ответил Сол Мердок, глядя прямо перед собой. – Я закончил учебу и уехал на другой конец страны, в Викторию.

– Но, насколько я могу судить, какое-то время вы двое были неразлучны. – Барбара выпустила когти. По этому давнему и прерывистому следу она упорно шла на протяжении нескольких месяцев. Путеводными нитями ей служили лишь невнятные слухи и пара пыльных старых дневников. Но, как оказалось, чутье не подвело ее, и теперь она неумолимо настигала добычу.

Сара в простодушном изумлении вытаращила глаза на мать, Тилли беспокойно переступила с ноги на ногу.

– Честно говоря, не знаю, на что вы намекаете, Барбара, – настороженно отозвалась она. – Боюсь, все это за пределами моего понимания. Я, знаете ли, не сильна в подобных тонкостях. – Тилли передернуло, и она плотнее запахнула шаль. – Сол действительно мой давний друг. Никакого секрета тут нет. Когда-то у нас с ним было много общего. Правда, Сол? – Она многозначительно улыбнулась, посмотрев на него. – Мы оба были одиночками. Стеснительными и впечатлительными людьми. Оба боролись за мир. Родственные души, встретившиеся в трудные времена.

– И как же Сол относился к Алистеру, который сражался во Вьетнаме, и к малышке, оставшейся у бабушки? – Оскорбительная вежливость Барбары Бендикс не поддавалась описанию.

Бледное лицо Тилли порозовело.

– Барбара, я не понимаю, что вы пытаетесь этим сказать или доказать. Если вы намекаете, что тут имело место предательство, тогда вы просто не понимаете характер этих отношений…

– Да хватит уже притворяться! – Сол Мердок побелел, резкие морщины между бровями и сбегающие от носа к углам губ стали пепельно-серыми. Он прижал пальцы к вискам. – Хватит прикидываться! – выкрикнул он, с гадливостью глядя на нее. – Ты что, не понимаешь, как все это выглядит? Тебе же прекрасно известно, что это было предательство наихудшего свойства!

– Не понимаю, что вы имеете в виду, Сол. – Тилли искренне озадачилась. Ее огромные глаза наполнились слезами.

– Хватит прикидываться! – застонал он в агонии раздражения и неприязни. – Ты знаешь, о чем я. Все ты знаешь!

– Уймись! – вспыхнула Тилли, вдруг выйдя из себя. – Замолчи! Чего ты этим добиваешься? Совсем уж не в себе! Слышала я, что ты чуть не спятил! – Стрельнув глазами из стороны в сторону, она заметила искаженное ужасом лицо и широко распахнутые глаза Малькольма Пула, бдительную улыбку Барбары, Джека Спротта, что-то озадаченно бормочущего Саре с закаменевшим лицом. Тилли перевела дыхание и положила дрожащую ладонь на рукав Квентина Хейла. Судя по выражению лица Квентина, лучше бы она этого не делала.

Барбара пригубила шампанского и фамильярно подмигнула Солу.

– Ладно вам, Сол, все мы здесь взрослые люди. Господи, легкий адюльтер в наши дни – да кому какое дело? Мой второй супружник, чтоб ему пусто было, на этом собаку съел! Сказать по правде, приятно узнать, что у вас была нормальная человеческая юность, Сол. А то сейчас вы такой важный и правильный! Жаль, конечно, того горемыку в джунглях, но…

– Барбара! – Иви действовала быстро и говорила оживленным и беспечным тоном. – Ведите себя прилично! Всех взбаламутили, негодница вы этакая! Вы неисправимы! – Она стояла перед Барбарой Бендикс, как курица перед стервятником, и качала головой, укоризненно улыбаясь. – Пойдемте со мной, полюбуемся видом из окна – довольно выходок в вашем стиле, ясно? – И она с легкостью, наработанной долгой практикой, увлекла прочь хохочущую, явно польщенную Барбару.