Венера Челлини - Наталья Солнцева

Лежа ночами без сна, он думал о своей любви к жене, которая поглощала его целиком, превращая все остальное лишь в атрибуты, в приложение к этому главному событию в его жизни, которое продолжалось, все усиливаясь и становясь все более важным для него. Друзья и коллеги говорили о своих отношениях с женами легко, шутя и посмеиваясь, и все они придерживались мнения, что любовь с годами проходит, надоедает и угасает и что после трех лет супружеской жизни говорить о каких-то чувствах просто смешно. Виктор в таких разговорах не участвовал, потому что ему нечего было сказать. У него все было не так, и это казалось ему странным. Может быть, у него какое-то психическое заболевание, вроде маниакального синдрома влечения к одной женщине? Даже такие мысли приходили ему в голову! Иногда ему хотелось высказать все это Аглае, объяснить, как много она значит в его жизни, как он мечтает о ней, как будто она вовсе не его жена, а просто случайно залетевшая в его квартиру сказочная жар-птица, на которую он и прав-то не имеет, и живет в вечном страхе, что птица эта в один прекрасный момент взмахнет крыльями – да и улетит в дальние края… Но Виктор об этом ничего Аглае Петровне не говорил. Ему казалось, что супруга уставится на него своими горящими глазищами, недоумевая, что это такое взбрело в голову господину Дунаеву и с какой это стати она должна все это выслушивать, а потом засмеется, звонко, закидывая назад голову, как только она одна умеет это делать… Словом, высмеет незадачливого мужа, на этом дело и кончится!

Быть еще и осмеянным Виктору совсем уже не хотелось, поэтому о своих чувствах к жене и о своих семейных и интимных отношениях он никому никогда не рассказывал. Если спрашивали – отшучивался, а не спрашивали, так и того лучше.

Ложась с Аглаей в постель, он всегда волновался, как перед первым свиданием, боясь не угодить ей своими ласками или вызвать неудовольствие какой-нибудь неловкостью. Открыто свои желания он никогда не высказывал и слишком бурного проявления страсти старался избегать, всячески сдерживая свои порывы. Ему казалось, что Аглае это не понравится, что она начнет смеяться, и… Об этом лучше было не думать. Виктор с ужасом замечал, что его потенция дает сбой за сбоем, и это приводило его в отчаяние. Он даже попробовал несколько раз переспать с другими женщинами, но это оказалось так противно, что он отказался от подобных попыток испытать себя.

Самое странное, что Виктор Дунаев был довольно привлекательным мужчиной и пользовался успехом у противоположного пола. Многие женщины искали его внимания и делали более чем откровенные намеки. Виктор умел и повеселиться, и деньги заработать, и поговорить с ним было интересно, потому что он обладал острым умом, понимал юмор и много знал. Чем он был не хорош для собственной супруги, оставалось загадкой.

Однако сегодня Аглая вела себя более чем непонятно. Отчего-то плачет, упрекает, что он задержался! Удивительно! Когда это ее интересовало, где он ходит и почему его нет дома?!

– Что-то случилось? – спросил он, раздеваясь и проходя в комнату.

– Наконец-то! – язвительно проговорила Аглая. – Удосужился поинтересоваться, что происходит с его женой! Спасибо, дорогой, уважил! Проявил заботу…

Войдя в гостиную, Виктор сразу обратил внимание на новый пейзаж, купленный супругой в одном из антикварных магазинов, которые были ее страстью. Пейзаж в дождливо-печальных тонах Виктору не понравился, но сказать об этом он побоялся: как бы Аглая не решила, что ему жалко денег и он специально показывает ей, что раздосадован покупкой. Лучше сделать вид, что не заметил.

– Ну, конечно, так я и знала! – возмутилась супруга. – Ты даже не заметил! Прошел мимо картины, как… Тебе наплевать на то, чем я живу! Ты нарочно делаешь равнодушный вид, чтобы испортить мне настроение! Ты…

Она села в кресло и заплакала.

Виктор окончательно растерялся. Он ничего не понимал. Воистину, сегодня вечер сюрпризов! Аглая устроила ему сцену, теперь плачет! Потрясающе! Может быть, он спит и все это ему снится? Что там положено сделать, чтобы проснуться? Ущипнуть себя? Виктор не успел проверить, так это или нет, потому что Аглая вдруг вскочила и пересела на диван, потянув мужа за руку. Он сел рядом, обнял ее…

– Виктор! Со мной сегодня произошло ужасное! Я видела… видела…

Она вся дрожала, а руки у нее были холодные, как лед.

– Что? Что ты видела?

– М-мертвеца…

– Где?! – изумился Виктор.

– У… у него дома… Я ездила к нему на дачу. Вернее, у него там не дача, а загородный дом, где он проводит много времени. Он… Я хотела взять у него интервью, для журнала. А он… мертвый! Я так испугалась, Виктор, я так кричала, так бежала прочь из той страшной комнаты, где он лежал… с синим лицом…

– Подожди, я ничего не понимаю. Ты что, была там одна?

– Ну да… или нет, я не знаю. Мы приехали…

– Кто «мы»? – перебил ее Виктор. Он уже понял, что Аглая не шутит и что она действительно попала в странную и страшную историю.

– Я и таксист! Я взяла такси, потому что не люблю ездить электричками, ты же знаешь! А машина в ремонте. Тем более, что было довольно поздно, около девяти вечера. Мы заранее договорились на это время… Ну и… я пошла в дом, дверь оказалась открыта… горело только одно окно, в той комнате, в той…

– Успокойся. – Виктор взял ее руку в свою и мягко сжал ее. – Принести тебе горячего чая?

Аглая отрицательно покачала головой.

– Нет! Я… хочу рассказать, как это было… Мне так страшно!

– Хорошо. Ты пошла в дом одна?

Она кивнула.

– Я попросила таксиста, чтобы он подождал меня. Мне не хотелось задерживаться надолго, потому что было уже довольно поздно, стемнело, и я… мне… было не по себе. Не знаю, почему! Я прошла в темноте через коридор и пару комнат туда, где горел свет…

– Почему ты не позвала хозяина?

– Я звала, но никто не откликался. Я подумала, что он не слышит, мало ли… всякое бывает. Ну и… зашла, а он… лежит на полу… Виктор! У него было такое ужасное, синее лицо…

– А… отчего он умер, по-твоему?

– Его убили! – Аглая сказала это с полной убежденностью, глядя на мужа широко открытыми глазами, как будто у нее не было по этому поводу ни малейших сомнений.

– Ты уверена? – на всякий случай переспросил Виктор, хотя это было лишнее.

– Конечно, уверена!

– А как? Застрелили? Ножом… или…

– Нет, я ничего такого не видела. И крови не было. Мне кажется, его ударили по голове чем-то тяжелым. Я очень испугалась и убежала, но… там, рядом с ним, валялась бронзовая статуэтка…

– Статуэтка?

– Ага… очень изящная, что-то вроде Венеры… в стиле Бенвенуто Челлини. Ты знаешь, как я обожаю такие вещи, и я невольно… запомнила. Мне хотелось посмотреть на эту Венеру поближе, но я… побоялась…

– Ты ничего там не трогала?