Проклятый дом - Мила Серебрякова

Телефон ожил в третий раз. После двенадцатого гудка Копейкина не выдержала.

– Не звоните мне больше! Я знать вас не желаю. Учтите, еще один звонок – и я сообщу в милицию, вам это с рук не сойдет!

– Ката…

Быстрые гудки оборвали речь звонившей.

В течение часа Катарина мерила шагами спальню, самые нелепые мысли одолевали ее со всех сторон, и в какой-то момент девушке даже начало казаться, что за ней наблюдают. Задернув на всякий случай штору, Ката позвала к себе Наташку. Стоило Натке закрыть за собой дверь и вопросительно вскинуть брови, как Копейкина выпалила:

– Час назад мне звонила Таня. Пучкова!

Реакция со стороны Наташки оказалась весьма бурной. Замахав руками, она отшатнулась, мешком рухнула на кровать и, подражая выброшенной на берег рыбине, начала быстро открывать и закрывать рот.

– Она представилась Татьяной Пучковой, – продолжала Катка. – Заявила, что она жива-здорова, и пыталась договориться о встрече. Якобы сейчас она в Москве.

– А ты?

– Отсоединилась.

– И что делать?

– Ума не приложу.

– Телефон! – вскрикнула Наташка. – Я пойду посмотрю, определился ее номер или нет.

Выскочив из спальни, Ната отсутствовала минуты полторы. Вернувшись, она протянула Катке вырванный из блокнота листок:

– Номер определился, я его записала. По-моему, он действительно московский.

– Зачем мне телефон этой сумасшедшей?

– Кат, а ты уверена…

– Я тебя умоляю, не начинай! Таню убили, – прошептала Копейкина. – Она не могла мне позвонить, она умерла!

– Все равно перезвони, не пускай дело на самотек, не нравится мне это, Кат! Неспроста тебе позвонили, как бы не последовало чего-то посерьезнее.

Когда Наталья, качая головой, вышла из комнаты, Катарина схватила листок с цифрами. Минут пять она гипнотизировала его взглядом, после чего метнулась к компьютеру. Введя в поисковик базы данных семизначный номер, она нажала на «Поиск» и приготовилась. Увы, поиск не дал результатов: в базе данных введенный номер не значился. Какой можно сделать вывод? Либо телефон не московский, либо…

– Либо меня в очередной раз надули и продали диск с устаревшими данными.

Новый, в чем ее клятвенно заверял прыщавый паренек, диск она приобрела пару месяцев тому назад на рынке. Конечно, она отдавала себе отчет в том, что поступает незаконно, ведь данная продукция не предназначена для широкого пользования, но… Иметь дома адресно-телефонную базу данных очень удобно, во всяком случае, Катарину она выручала не единожды. Но, по всей видимости, каждый раз ей подсовывают диски, в которых двадцать процентов информации считаются устаревшими.

Промаявшись еще с полчаса, Катарина взяла трубку.

Один гудок, второй… пятый.

– Алло, – протянул знакомый голос.

– Это Катарина.

– Катка! Хорошо, что ты позвонила. Слушай, я понимаю, тебе трудно поверить, что я жива, но это так. Кат, клянусь, я – Таня Пучкова, твоя подруга!

– Где ты? – задавая этот вопрос, Копейкина ощутила себя зомби.

– В Москве.

– А конкретнее?

– Я остановилась у Лидки.

– Адрес скажешь?

– Лидкин? А как же. Ты сама хочешь приехать, да? Записывай.

Переписав координаты неизвестной ей Лидии, Катарина вдруг спросила:

– Почему Мишка Санаев до сих пор не женат?

– Гм… Хороший вопрос! Мишка же у нас голубой.

– А где работала мать Верки Илюхиной?

– В санатории, поварихой.

– Когда родилась Дашка Корнеева?

– Двадцать седьмого октября, а что? Кат, зачем ты меня об этом спрашиваешь?

– Господи, Танька, неужели это действительно ты?!

– Конечно, я!

– Выезжаю немедленно, буду у тебя примерно через час.

Информацию об их общих знакомых, Мишке, Верке и Дашке, могла знать только настоящая Таня Пучкова. Сомнений практически не осталось – Кате звонила Танюшка. А почему, собственно, практически? Их вообще не осталось, теперь Катарина знала точно – Таня Пучкова жива. И ей до коликов захотелось как можно скорее сесть в «Фиат» и рвануть домой к этой Лидии.

Наталья застала Кату в прихожей.

– Ты уезжаешь?

– Наташ, это была Таня! Я еду к ней.

– Подожди, ты уверена?

– На сто процентов: она знает, что Мишка голубой и что Корнеева родилась двадцать седьмого октября. Все, я побежала.

– Постой, какой Мишка? – с недоумением спросила Натали. – Кто такая Корнеева? Ката, ты можешь остановиться?!

– Нет, – крикнула Копейкина, перескакивая через несколько ступенек.

– Куда она понеслась? – спросила нарисовавшаяся в прихожей Розалия.

– К Татьяне Пучковой, – еле слышно ответила Натка.

– Эта та, что живет в Новой Зеландии?

– В Норвегии.

– Ну да, ну да, припоминаю. А в Москве она как очутилась?

Пребывая в расстроенных чувствах, Наталья ляпнула:

– С того света вернулась.

Розалия сузила глаза:

– Ты сегодня что-то нюхала? Признавайся, нюхала? Что конкретно: стиральный порошок, «белизну», суперклей или средство для чистки унитазов?

– Нет, я сегодня ничего не склеивала, – машинально ответила Наташка и на ватных ногах вернулась на кухню.

А Розалия даже не нашла слов, чтобы крикнуть ей вслед какую-нибудь колкость.

Застряв в пробке, Катарина достала из сумки сотовый. Пришла эсэмэска.

«Мам, срочно положи мне на этот номер 1000 рублей. У меня проблемы. Дома все объясню».

Катарина отправила сотовый обратно в сумку. Старый трюк, пора бы телефонным мошенникам придумать что-нибудь новенькое, их аферы раскусили уже даже доверчивые пенсионерки. Хотя если бы у Катки действительно были дети и она в один из дней получила бы подобное сообщение, еще неизвестно, как бы она на него отреагировала. Проигнорировала бы эсэмэс или побежала класть на счет деньги?

У нужного дома Катарина припарковалась без четверти пять. А стоило ей выйти из машины, как позади нее послышался чей-то злобный бас:

– Куда тачку поставила? Давай, отваливай!

Басил толстый мужик в серой дубленке. Оглядевшись и не заметив транспортного средства ворчуна, Ката пошла в наступление:

– Я что, заняла ваше место?

– Да, мое!

– А где ваша машина?

– Сейчас подъедет.

– Ваше авто ездит без вас?